Спаффи - это...
Спайк и Баффи. Легендарный вампир и не менее легендарная истребительница. Враги,
союз которых спасет мир. Спаффи - это удивительная история борьбы, веры, страсти
и, конечно же, любви. Любви, которая существует вопреки всему. Подробнее
Логин: Пароль:
» » Фанфик «Welcome to my Nightmare» R
Фанфик «Welcome to my Nightmare» R / 23.04.20 by Valerie
Нравится 1
Просмотров: 170554
Комментариев: 0
Название: «Welcome to my Nightmare»
Автор: HorrorLover
Ссылка на оригинал: https://ficbook.net/readfic/9317874
Рейтинг: R
Сезон: события после окончания сериала
Персонажи: Баффи/Спайк, Уиллоу, Ксандер, Тара, Джайлз, Аньянка, Ангел (упоминания)
Краткое содержание: Из-за того, что случилось со Спайком, Баффи не находит себе места и, в итоге, оказывается в психбольнице, где ее лечит весьма странный врач. Все бы ничего, но с истребительницей не все так просто, как кажется. Хотя, собственно, когда у нее в жизни все было просто?
Завершён: да
От автора: кроссовер по фандомам Баффи, Алисы в стране чудес и игре Alice: Madness Returns (персонажей из книги и игры по Алисе здесь нет, но присутствуют элементы из них)
Предупреждения: есть спойлеры на все сезоны сериала и на комиксы, местами фривольное обращение с персонажами
Отказ от прав: да
 
Пролог


Ночь наполнена самыми разными звуками: от мягкого шелеста мельчайших листочков деревьев до пробирающего до мурашек уханья совы где-то далеко-далеко в ночном небе.
Ночь наполнена запахами: от свежего запаха росы, дрожащей в мертвенно-бледном свете луны, до тягучего запаха разложения, забивающегося в нос и не дающего дышать, странно манящего из ночных глубин.
В ночи слишком много жуткого, а, в особенности, в ночном лесу, где кроны деревьев крепко переплетаются подобно паутине, а сухие ветви так и норовят выколоть глаз какому-либо случайному путнику. Лесные дорожки-тропинки заманивают вглубь, заставляя плутать, звуки сбивают с ног, а запахи забивают мысли. Где-то там, среди деревьев медленно шла маленькая женская фигурка, часто оглядываясь по сторонам и пугливо вздрагивая из-за треска сухих веток под ногами.
– Сломана…
Испугавшись звука собственного голоса, девушка дрогнула и стала медленно опускаться вниз до тех пор, пока кончики пальцев не коснулись прохладной земли.
Она резко встала, прислушиваясь. Вот лес кишел различными звуками, но вдруг все замерло, даже крики совы внезапно оборвались. Тишина вмиг стала оглушительной.
– Что-то случилось, милая?
От звуков этого голоса ее сердце пропустило пару ударов и рухнуло куда-то вниз. Она резко обернулась, но ничего не увидела.
– Что-то… сломано, – сказала она неуверенно, пытаясь уловить хоть малейший шорох вокруг себя.
– Что же сломано? – спросил этот странный голос в ответ.
Девушка резко вздохнула, услышав щелчок ветки совсем рядом с собой.
Страх медленно расползался по ее венам, отравляя кровь, он холодил кожу, сковывал ее тело ледяными тисками, не давал ей мыслить трезво. Она, всхлипнув, поежилась, крепче сжав в руке деревянный кол.
– Я, – сорвалось с ее губ, – я сломана.
Еще треск, где-то слева от нее. Она резко повернула голову в том направлении, но все, что она успела увидеть – полу плаща, мелькнувшую среди стволов.
Она посмотрела направо. Ее взору предстали две тропинки, которые, петляя, уходили в разные стороны, скрываясь в туманной дымке.
– Что ты выберешь, милая? – вкрадчиво прошептали ей на ухо.
Она похолодела от страха и, выронив деревяшку, опустилась на колени. Ее сердце, казалось, было готово вырваться из груди прямо в руки этого незнакомца. Фигурально выражаясь, конечно же, ведь даже не было понятно, были ли у него вообще руки.
«Налево или… направо?» – подумала она, нахмурившись.
– Следуй прямо в норку, милая, – снова этот голос. – Ответ где-то рядом, тебе лишь нужно сделать шаг в нужном направлении.
«Что, и никаких тебе пророчеств даже? – хотелось съязвить ей, – Просто сделать шаг и…»
Решительно поднявшись с колен, она снова закрыла глаза, пытаясь нащупать голос своей интуиции.
– Где же подводные камни?
Голос лишь тихо рассмеялся в ответ.
– Нельзя сказать, что их нет, и что они есть, тоже не скажешь. Доверяй себе и таких камней будет меньше. Возможно.
Девушка хмыкнула, но глаз так и не открыла.
«Чертов загадочник. Так и вижу себя, начищающую твою нахальную…»
Додумать мысль она не успела, так как поднявшийся вдруг резкий ветер столкнул ее на правую сторону. Не удержавшись, она рухнула вниз… и провалилась под землю.

Глава 1. Вперед в нору


Она все падала вниз, пытаясь ухватиться за торчавшие со всех сторон корни деревьев, чтобы хоть немного замедлить падение. Вот только все это было бесполезно, поскольку корни были слишком тонкими и обрывались, едва она касалась их. Она и предположить не могла, сколько еще продлилось бы ее путешествие вниз, как вдруг она обо что-то сильно ударилась и больно приземлилась на лопатки в какой-то странной комнате.
– Ауч… Вот же упала так упала, – пробормотала девушка, осторожно поднимаясь и морщась от боли в спине. Ее светлые, чуть ниже плеч, волосы были все в мелких листочках и веточках. Она резко встряхнула волосами и выпрямилась.
Наконец, она смогла оглядеться вокруг. Комната была широкой, без намека на какую–либо мебель, кроме небольшого аккуратного стола в середине, на стенах висели старинные лампы, мягко освещая пространство. Стены помещения, где она стояла, были настолько высокими, что, даже задрав голову, потолка было не увидеть – он терялся где-то во тьме.
В углу прямо напротив стола вырисовывались очертания массивной дубовой двери. Девушка приблизилась к ней и подергала ручку. Та оказалась заперта.
Чертыхнувшись, девушка обернулась и подошла к столу. Стол как стол, ничего примечательного, кроме того факта, что он был письменным и с выдвижными ящиками, которые, если их хорошенько дернуть, оказались не заперты.
Ухмыльнувшись, девушка выдвинула ящики на себя. Внутри оказались…
– Зачем кому-то класть в письменный стол кексы? Ладно вороньи перья и старый, ржавый ключ, но кексы… идиотизм, – рассуждала девушка, вытряхивая содержимое ящиков на пол.
Взяв один из кексов в руку, она заметила сверху надпись из глазури «Съешь меня».
Что–то смутно знакомое шевельнулось в ее памяти, и она с подозрением осмотрела угощение вдоль и поперек.
– Странно все это. Тот голос, нора, теперь эти кексы. Чего-то тут явно не хватает, – задумчиво сказала она, осматривая и второй кекс тоже. – И угораздило же меня пойти сегодня не той дорогой.
Посмотрев на перевернутый ящик, лежащий на полу, она заметила, что он с двойным дном. Присев на корточки рядом, она одним движением выдернула нижнюю часть ящика, и на пол с металлическим стуком упал изящный серебряный нож с длинным тонким лезвием.
Девушка осторожно взяла нож за рукоятку и повернула к себе лезвие, на котором сверкнула надпись «Вострый нож (the vorpal blade)».
– Только я решила, что страннее уже некуда, и вот, опять двадцать пять.
Оставив нож на полу, она выгребла из содержимого ящиков ключ и, встав, снова подошла к двери. Повертев ключ в руках, она вставила его в замочную скважину и повернула. Раздался тихий щелчок, ручка двери поддалась, и дверь наконец-то открылась. Девушка посмотрела на свою руку, в которой секунду назад держала ключ. Пальцы были в каких-то рыжих пятнах и еще этот запах. Она поднесла руку ближе к носу и поморщилась. Пахло кровью.
– Мерзость какая…
Глубоко вздохнув, она шагнула в дверной проем и снова чуть не упала, споткнувшись о низкий порог. Ругнувшись, она посмотрела вокруг и еле сдержала вздох удивления. Прямо перед собой она увидела исполинский гриб какого-то странного бело-голубого оттенка, который, к тому же, излучал мягкое сияние. Вокруг также росли огромные деревья с листьями различных оттенков и другие, не менее странные, грибы. До слуха девушки вдруг донеслись подозрительные скрипучие звуки. Она повернулась в том направлении и нос к носу столкнулась с…
–Эй, милая, поаккуратней.
Девушка во все глаза таращилась на того, кто, как она до этого считала, был давно мертв.

***
Эти белые взъерошенные волосы, которые обычно всегда идеально уложены, теплые и, в то же время, насмешливые голубые глаза, эта его ухмылка… единственное, вроде как, он не носил шляп. Вообще. А тут была самая настоящая шляпа, небольшой темно-бордовый цилиндр с черными гоглами в виде украшения, костюм. Стоп… костюм?! Это еще более странная вещь, но да, на нем был костюм: бордовый, в тон шляпе, удлиненный пиджак, напоминающий плащ, черная жилетка, темно-красная рубашка с бордовым галстуком-бабочкой, черные брюки, которые потрясающе на нем смотрелись… так, не отвлекаться. На ногах красовались черные высокие ботинки со шнурками, так напоминающие его старые Мартинсы. Единственное, чего не хватало, это, наверное, пачки сигарет и черного лака, но это, совершенно точно, был он.
Она чуть сощурила глаза, словно не веря в то, что она перед собой видит, и спросила:
– И кто же ты здесь?
Он недоуменно посмотрел на нее и ответил:
– Как понимать твой вопрос, леди? Если хочешь познакомиться, то я Шляпник, – он снял шляпу и учтиво поклонился ей. – Точнее будет сказать, что я шляпных дел мастер. А вот зовут меня Уильям, – он немного задумался, – как Шекспира. А кто же ты, прелестное создание?
Девушка слегка покраснела от такого представления и, кашлянув, ответила:
– Баффи. Баффи Энн Саммерс, – она замялась. – Ты… меня не помнишь?
Шляпник задумчиво склонил голову вбок, рассматривая ее:
– Я совершенно точно тебя раньше не видел до сегодняшнего дня.
Баффи судорожно вздохнула.
– Я… то есть, мне кажется, что я… знала тебя раньше, – слова давались ей с трудом, мешали вдруг нахлынувшие чувства.
От Шляпника не укрылось ее состояние. Он обеспокоенно посмотрел ей в глаза, при этом слегка сжав ее хрупкие плечи.
– Милая, что с тобой? Я могу тебе помочь чем-то?
Баффи покачала головой, но предательский всхлип, сорвавшийся с ее губ, выдал ее. Девушка спрятала лицо в ладонях.
Шляпник, наверное, сам от себя не ожидал такого участия, когда, поддавшись какому-то странному порыву, осторожно прижал девушку к себе, от чего та вздрогнула и прошептала:
– Спасибо…
– Что ты, не надо. Я просто не могу видеть чьи-то слезы, это всегда сбивает меня с толку. Тебе просто нужно… точно! Милая, не хочешь ли присоединиться к нашему чаепитию?

***
Спустя примерно десять минут Баффи и Шляпник вышли на ярко-зеленую поляну, окруженную огромными деревьями и небольшим, весело журчащим ручейком. На поляне стоял длинный стол, накрытый, наверное, персон на двадцать, если не больше. На столе в полном хаосе стояли чайники, кружки, тарелки, ложки, еще какая-то гора неизвестной посуды, а также внушительного размера перечница и не уступающий ей в размерах кальян. За столом сидело несколько существ, повернувшихся и теперь глядящих в их сторону.
Баффи вдруг остановилась, как вкопанная, таращась на странно знакомых личностей за столом.
– О, я вижу, вы еще не начали застолье, – обрадовался Шляпник, взяв Баффи за руку и подведя ее поближе. – Знакомьтесь, это – Баффи. Баффи, это…
– Уилл, успокойся, не будь таким сумбурным, – радостно улыбаясь, сказала девушка с ярко-рыжими, до плеч, волосами, облаченная в воздушное, персикового цвета, платье ниже колен и туфельки в тон. Она вышла из-за стола и направилась к Баффи. – Приятно познакомиться, Баффи, меня зовут Уиллоу, – она радостно потрясла девушке руку. – Я – здешняя Гусеница, – она хихикнула, – а еще я немного владею магией и являюсь хранителем истории этой страны.
– Вау, не многовато ли обязанностей для милашки Гусеницы? – черноволосый юноша с повязкой на глазу, сидевший рядом с рыжей ведьмой, широко улыбнулся, помахал рукой Баффи и тоже подошел к ней. Он был одет в нечто с претензией на костюм: свободная льняная рубашка, заправленная в темно-фиолетовые брюки на подтяжках, слегка подвернутые внизу, и грубоватого вида темно-коричневые высокие ботинки на шнуровке. – Приветствую, милая леди, я Ксандер, колдовать не умею и про эту чертову страну знаю не так уж и много. Здесь меня знают, как Мартовского Зайца. Извини меня, я немного нервничаю с самого утра, поскольку кое-какая рыжая Гусеница, – Ксандер ткнул в бок все еще улыбающуюся Уиллоу, – предсказала нам всем скорое появление здесь очень важной персоны, и что данная персона изменит здесь все. Надеюсь, в положительную сторону.
Баффи хотела было уже что-то сказать, как на поляне показались еще две подозрительно знакомые фигуры.
– Уиллоу, Ксандер! Кто это?
Баффи во все глаза смотрела на подошедших к ней двух существ и вдруг начала истерически смеяться.
– Нет, ну быть того не может! Похоже, со мной кто-то сыграл злую шутку, – наконец выговорила девушка, смахивая слезы и сдерживая смех. – Дайте-ка угадаю, – она задумалась на секунду. – Труляля и Траляля?
На нее с едва скрываемым раздражением уставилась девушка в белом длинном платье и синем камзоле, из кармана которого свисала золотая цепочка карманных часов. На голове у девушки прямо среди ее вьющихся светлых волос виднелись самые настоящие белые кроличьи ушки.
– Отличная шутка, что тут сказать, – она фыркнула и скрестила руки на груди. – И ничего, что мы совершенно не похожи на близнецов, да? Кто ты вообще такая и откуда тут взялась?
Ее спутник в твидовом костюме и галстуке-бабочке ухмыльнулся и, сняв очки, начал протирать их отработанным и слишком знакомым движением.
Баффи хмыкнула:
– Я – Баффи. А ты кто, позволь спросить?
Девушка-кролик и ее спутник переглянулись и уставились на нее:
– Баффи? Так это правда?
– Да, а что? Что-то не так?
– Нет, ничего, просто… наша разлюбезная Гусеница все утро нам твердила о прибытии сюда некоего воина, истребительницы, которая будет призвана, чтобы спасти нашу страну от большого зла.
«Ну вот, снова-здорово, опять эти пророчества, а я уже надеялась на что-то новенькое», – подумала Баффи, тяжко вздыхая.
– Если ты та самая, о ком мы думаем, Баффи, то нам совершенно точно необходима твоя помощь, – подал голос спутник девушки в белом, водрузив очки на нос. – Кстати, мы так и не представились, прости за такую неучтивость. Здесь я известен, как Чеширский Кот, но мое имя Руперт. А это, – он указал на девушку-кролика, – Белый Кролик или Аньянка, как тебе больше нравится.
В ответ на его реплику Аньянка скосила на него глаза и нетерпеливо топнула ножкой:
– Руперт, я опаздываю к Герцогине и совершенно не собираюсь терять время с вами всеми. Вы хоть представляете, сколько стоит такой разговор? Тысяча фунтов за одно слово!
Ксандер, Уиллоу и Шляпник все разом прыснули, услышав эту фразу.
Баффи вдруг тепло улыбнулась, глядя на Аньянку, и выдала неожиданную для себя фразу:
– И ведь ты совсем не изменилась.
Аньянка одарила ее тяжелым взглядом и, вытащив часы из кармана, вдруг охнула и поспешила ретироваться, не забыв махнуть всем на прощание.
– И вот так всегда, – усмехнулся Руперт, смотря в след поспешно убегающей фигуре в белом, которая вскоре скрылась из виду среди громадных грибов.

***
– Баффи, я могу доказать тебе, что это действительно должна быть ты! – Уиллоу, казалось, вся светилась от счастья. – Идем.
Она схватила ничего не понимающую девушку за руку и потащила к огромному кальяну.
– Вот, вдохни немного дыма и выдохни себе под ноги, – Уиллоу протянула трубку Баффи, и та послушно выполнила то, что ей сказали.
Стоило ей выдохнуть дым, как вдруг мощный вихрь поднял ее метра на два над землей, закрутил и, спустя, какое-то мгновение Баффи, обмершая от страха, уже стояла на земле.
Уиллоу удовлетворенно осмотрела ее и самодовольно улыбнулась:
– Что и требовалось доказать, – взмахнув руками в замысловатом жесте, Уиллоу сотворила зеркало. – Только посмотри на себя!
Баффи удивленно заглянула в зеркальную гладь и не узнала себя. На ней вместо голубого пальто и черных джинсов с тяжелыми ботинками теперь было темно-синее платье с пышной юбкой до колен и небольшими рукавами-фонариками. Талию нежно обнял изящный черный корсет, на ногах красовались черно-белые чулки в горизонтальную полоску и черные сапоги с пряжками до колена, кроме того, она почувствовала наличие чего-то чужеродного рядом с голенью в правом сапоге. Запустив туда руку, она вытащила тот самый вострый нож, который ранее обнаружила в ящике письменного стола. Вот только теперь он больше походил на короткий меч, чем на нож. Посмотрев на опасно блеснувшее в ее руках лезвие, Баффи снова перевела взгляд на свое отражение в зеркале. На нее яркими зелеными глазами уверенно смотрела девушка, нет, воин, готовый сразить всех и вся. Собственно, в своей обычной, но отнюдь не заурядной жизни именно этим она и занималась – сражалась со всем и вся, так что, ей-то уж точно не привыкать.
– Вот, именно об этом я и говорила, – удовлетворенно кивнула ведьмочка. – Ты точно она. Ты – Алиса.
Баффи с сомнением посмотрела на нее:
– То есть, чтобы стать Алисой, обязательно нужно было превратиться в Сейлор Мун?
Уиллоу задумалась.
– Вообще-то совсем не обязательно, но согласись, что правильная одежда, не так уж важно, какая, добавляет уверенности, – ответила она и снова улыбнулась. – Плюс, ты отлично выглядишь, а это то, что нужно для этой страны.
Баффи фыркнула, и уже хотела было что-то сказать, как вдруг раздался оглушительный грохот, заставивший девушку упасть на колени. Вокруг начал происходить какой-то кошмар: землю начало сильно трясти, поднялись столбы пыли, высоко в небе раздались раскаты грома, воздух нагрелся и вокруг разом потемнело.
Баффи зажала уши ладонями и зажмурилась. Буквально через пару мгновений все прекратилось, и девушка осмелилась открыть глаза и оглядеться.
Вокруг по-прежнему было темно, словно при наступлении сумерек, по всей земле, насколько хватало глаз, паутиной разбегались трещины разного диаметра, кое-где даже виднелись глубокие ямы, в воздухе летал тлеющий пепел, пахло гарью. Баффи осторожно поднялась с земли, поискала глазами Уиллоу. Рыжая ведьма лежала на земле без сознания в метре от нее. Баффи подошла к ней, нагнулась и осторожно потрясла ее за плечо.
Уиллоу открыла глаза и тут же закашлялась: пепел попал ей в нос.
– Что это было? – спросила Баффи, помогая Уиллоу сесть. – Нам всем лучше бы найти безопасное место…
– Это происходит все чаще в последние три месяца, – пробормотала Уиллоу. – Но до сегодняшнего момента это были лишь намеки, небольшие сейсмические толчки и периодические напоминания в виде затяжных ливней и гроз без особого ущерба, но не так, не в таком масштабе, – Уиллоу посмотрела куда-то за плечо Баффи. – И, похоже, что на этот раз это и есть точка невозврата.
Баффи оглянулась и замерла. Вдали за горами, гигантскими деревьями и грибами бушевал чудовищных размеров столб красно-черного пламени.

Глава 2. В путь


К девушкам с обеспокоенным видом подошли Шляпник, Ксандер и Руперт.
– Баффи, ты как, в порядке? – спросил Шляпник, протягивая девушке руку.
Баффи не успела ответить. Ошеломляющая внезапная боль в плече заставила девушку согнуться пополам, как только она коснулась руки Шляпника. Из глаз хлынули слезы, Баффи захрипела и схватилась за горло: воздух разом исчез, создалось ощущение вакуума. Девушка из последних сил закричала, и мир вокруг вдруг лопнул и переменился.
Вокруг было слишком светло. Ее окружили ослепительно-белые стены пустоватой комнаты и одно большое окно, сама Баффи сидела на кровати со светлым постельным бельем. Рядом стоял небольшой столик, на нем выстроились в ряд какие-то странные оранжевые и белые баночки, а также находилась настольная лампа и нечто, смахивающее на шприц.
Рядом с ее кроватью кто-то сидел.
– Баффи, наконец-то ты очнулась.
Голос странный, незнакомый, мужской. Она никогда его раньше не слышала.
– Извини, накануне пришлось тебя немного успокоить, ты была весьма нервной.
Баффи пристально уставилась на него и задала очевидный вопрос:
– Вы кто?
Мужчина с очень короткими, светлыми волосами, в темно-зеленом свитере и белом халате, небрежно накинутом на плечи, ответил ей тем же взглядом. Его желтые глаза были отталкивающими, пугающими. Тонкие бледные губы растянулись в неприятной усмешке.
– Доктор Стюарт Фокс. Я – твой психиатр, Баффи.
Девушка прищурилась, не веря в то, что слышит.
– Психиатр? Да еще и мой? Чем я заслужила такую честь?
Доктор усмехнулся:
– Похоже, ты все забыла, или просто делаешь вид, что не помнишь. Что ж, я освежу твою память, – с этими словами он поднялся со стула и стал мерить шагами комнату. Баффи отметила про себя, что он был довольно высоким. – Ты попала сюда три месяца назад с типичным обмороком из-за ослабленного организма, что явилось следствием обыкновенной бессонницы, которая вскоре переросла в нервный срыв. Мы наблюдали тебя все это время, и совсем недавно обнаружили признаки кататонического синдрома. Было решено оставить тебя здесь, а твоим врачом назначили меня.
Глаза Баффи расширились от удивления.
«Три месяца? Прошло целых три месяца?! Но почему? И что это за синдром такой?»
Словно прочитав ее мысли, доктор ответил:
– Кататонический синдром – это состояние психического расстройства с нарушением в двигательной сфере, проще говоря, это заторможенность или ступор, или же крайняя степень возбуждения.
– Но как… как это вообще возможно? – тихо спросила девушка странно изменившимся голосом. – Я ничего не помню, совершенно ничего…
– Баффи, ты все это время была под воздействием таблеток, возможно, поэтому твоя память самую малость повредилась. Но я не вру тебе, а если ты мне все же не веришь, специально могу показать твое личное дело.
Баффи судорожно вздохнула. Она едва осознавала происходящее.
Доктор посмотрел на часы:
– Я бы рад и дальше поболтать с тобой, Баффи, в такой вот непринужденной манере, но вынужден сообщить тебе, что нас ждет очередной сеанс гипноза.
Баффи вздрогнула и покосилась на него с подозрением.
– Тебе придется лечь, закрыть глаза и расслабиться. Только это, большего от тебя я не прошу.
Баффи, поджав губы, послушно легла на подушки и закрыла глаза.
– Слушай мой голос, Баффи, – голос доктора зазвучал настолько размеренно, что девушке захотелось спать безо всякого гипноза. – Сфокусируйся. Подожди. Представь: ты плывешь среди облаков, ты сама – облако, пушистое и теплое, и такие же пушистые и теплые потоки ветра обвивают тебя, уносят тебя вперед к воздушному замку. Расслабься.
Баффи поморщилась:
– Я вижу этот замок… Он весь красный, он объят пламенем… это ад! Я в аду!
– Забудь это. Оставь это видение, очисти его от пламени и крови. Найди свой меч, Алиса.
– Что? Я не Алиса, я Баффи, я всегда была ей!
Вдруг она ощутила, как руки доктора сжали мертвой хваткой ее плечи. Его прикосновение обожгло льдом, в ушах зазвенел пробирающий до мурашек шепот:
– Иди в Страну Чудес.
Баффи почувствовала сильное давление и поняла, что куда-то падает. Куда-то в темноту.

***
Баффи резко открыла глаза и села в кровати, тяжело дыша при этом, будто бы только что пробежала целый марафон. Снова комната, только на этот раз выглядит все иначе: стены темно-синего цвета, единственное окно задрапировано тяжелыми красными шторами, много книжных полок и шкафчиков, полных всяких банок, склянок и сушеных растений. Рядом стоял небольшой прикроватный столик, на нем курились приятно пахнущие благовония.
– Баффи! Ну, наконец-то!
Рядом с кроватью на колени опустился Шляпник, обеспокоенно глядя на девушку.
– Спайк? Что происходит? Я не… – Баффи осеклась. – Прости, зря я так… ты ведь не он.
Шляпник только усмехнулся:
– Вот тут ты не совсем права, Баффи. Видишь ли, какая бы ни была у меня ипостась, я все равно тот, кто я есть. По крайней мере, образ, память о его прошлых жизнях. Уильям, Спайк, Шляпник – все это я, его сущность, со всеми воспоминаниями о всех его поступках и чувствах. Человек или вампир, или еще какое существо, не важно, какая у меня оболочка, сути это не меняет. Все мои жизни связаны между собой. А еще… что-то немыслимо тянет меня к тебе, и назвать это иначе, чем волей Высших Сил, я не могу. Видимо, Спайк всегда будет любить Баффи и этого уже не изменить.
Баффи покраснела, ее губы тронула смущенная улыбка.
Шляпник тоже улыбнулся ей:
– Ты светишься.
Баффи удивленно моргнула. Дежавю.
Это точно где-то уже было. Мелькнуло воспоминание: дождь, кошмарное зеленое платье, заплаканная невеста, друзья, Спайк, говорящий ей те же слова…
Баффи встряхнула головой, прогоняя это видение прочь.
– Спайк... то есть, Уилл… я едва могу вспомнить свое прошлое. Вернее, какие-то его отрывки, крохотные частицы. Почему я не могу вспомнить?
Уилл снял шляпу и задумчиво взъерошил свои волосы.
– Скорее всего, это происходит потому, что ты находишься не в своей реальности. Здесь у тебя другое предназначение. Ты все еще Баффи, истребительница. Но в то же время это не совсем так.
Баффи кивнула и вдруг замерла, кое-что осознав:
– Подожди-ка… а откуда ты все помнишь? Почему, когда мы встретились впервые здесь, ты не подал вида, что узнал меня?
Уилл в ответ вытащил из кармана небольшой подозрительно знакомый амулет серебристого цвета.
– Его дала мне Уиллоу. Она посчитала, что он поможет мне кое-что прояснить, особенно, в отношении тебя, – с этими словами он вложил вещицу в протянутую руку девушки.
Как только амулет коснулся руки Баффи, в ее мозгу начали проноситься прочь воспоминания, словно кто-то включил режим быстрой перемотки. Она будто заново пережила все события прошлых лет. Вот она в страхе зажмуривается, пока ее первый вампир рассыпается в пыль, замарав при этом ее любимую кофту. Джайлз с улыбкой протягивает ей толстенную древнюю книгу с надписью «Вампир». Неловкое знакомство с Ксандером и Уиллоу, ее новыми друзьями. Преображение Ангела во время их первого поцелуя и ужас, охвативший ее тогда. Первая встреча со Спайком в аллее и их тогдашний разговор, с ее короткими вопросами и его такими же ответами: «Ты кто?», «Узнаешь в субботу», «Что будет в субботу?», «Я убью тебя». Ее мама, защищающая ее от Ангела и ударившая Спайка топором. Ангел, ставший Ангелусом и разбивший ее сердце. Спайк, предлагающий ей объединиться. Баффи, пронзающая Ангела мечом и отправляющая его в Ад. Истребительницы, Кендра и Фэйт. Умирающая на ее руках Кендра. Фэйт, убившая человека. Баффи, ранившая Фэйт ее же ножом. Ангел, пьющий ее кровь. Ангел, бросающий ее и уезжающий в Лос-Анджелес. Поступление в колледж. Кольцо Гем Амара, амулет, и поединок со Спайком при свете дня. Райли, пока что единственный ее нормальный парень. Инициатива. Странное поведение Спайка после вживления ему чипа. Неудачное заклинание Уиллоу, из-за которого Баффи и Спайк чуть ли не женятся. Адам, секретное творение Мэгги Уолш. Магический ритуал, объединяющий Джайлза, Уиллоу и Ксандера и помогающий Баффи убить Адама. Демон мести, Аньянка, твердящая о своей любви к Ксандеру, а затем плачущая у алтаря. Уиллоу, ошибающаяся в магии и отношениях снова и снова, и всепрощающая Тара. Ее неожиданно появившаяся сестра Дон. Демоническая богиня Глори. Баффи-бот. Баффи, целующая Спайка, изуродованного пытками Глори, и говорящая тихое «Спасибо». Смерть мамы. Райли, бросивший ее ради миссии. Ее странные и болезненные отношения со Спайком. Уиллоу с черными, как смоль, глазами и такими же волосами, пытающаяся стереть все и вся после смерти Тары.
Воспоминания все больше разгонялись, мелькавшие картинки смазывались, Баффи не успевала следить за происходящим. Последнее, что она увидела – это то, как все нарастающий свет того самого амулета окутал Спайка с ног до головы, их сплетенные руки, объятые пламенем, себя, говорящую: «Я люблю тебя», и Спайка, ответившего: «Нет, не любишь, но спасибо, что говоришь это», и причинившего ей столько боли этой фразой.
Баффи обронила украшение на кровать, одновременно вскакивая на ноги и отходя от него подальше.
– Из-за этого амулета ты сгорел там, в Адской Пасти. Ты сгорел, а я… ты не представляешь, сколько раз я пыталась переиграть эти моменты здесь, – Баффи указала пальцем на свой висок. – Каждый раз, когда я об этом думаю, мне хочется быть там, на твоем месте и гореть вместе с убер-вампирами и всеми, кто не выбрался, – голос девушки надломился, в горле появился предательский комок. – Я понятия не имела, что амулет должен был действовать вот так… Если бы я только знала, я никогда и ни за что не отдала его тебе…
Баффи сделала глубокий вдох, успокаиваясь и смахивая непрошеные слезы.
Шляпник неслышно подошел к ней, взял ее за руки, заглянув ей в глаза:
– Милая, Спайк не винил бы тебя ни в чем. Ты сделала то, что посчитала нужным в тот момент. И твое решение было правильным и смелым.
– Эх, жаль прерывать такую милую и трогательную сцену, но Баффи, Уилл прав, ты в другом измерении и здесь у тебя иное предназначение.
Баффи оглянулась и заметила в дверном проеме довольно улыбающегося Ксандера. Девушка усмехнулась:
– Что ж, видимо, выбора у меня все же нет, и нужно помочь вам прибраться. Покажешь, где сидит зло и как мне надрать ему задницу?

***
– Запомни, Баффи: цель твоего путешествия находится в трех днях пути. Путь пролегает через Долину Слез, Фарфоровые горы, Шахматный лес и поле красных и белых цветов, прямиком во владения Красной Королевы. Уиллоу сможет телепортировать вас через Долину к подножию Фарфоровых гор. Только туда, к сожалению, далее находится область, подавляющая магическую энергию, это значит, что на сотворение заклинаний перемещения потребуется гораздо больше времени, чем обычно. Карта с отмеченными точками твоего маршрута будет лежать в твоей сумке. Ты все поняла?
– Да, – ответила Баффи, сосредоточенно, рассматривая карту. Они находились в соседней комнате, которая сильно смахивала на библиотеку из-за, очевидно, большого количества книжных полок. Хотя нет, можно сделать небольшой акцент: это была «ведьминская» библиотека, т.к. большинство книг здесь были по оккультным наукам, а также по истории магии и возникновению данной страны.
Стоявший рядом с Баффи Руперт только что закончил протирать свои очки и обратился к Уиллоу:
– Что ж, пора.
Рыжая ведьма глубоко вздохнула и, принявшись бормотать заклинание, начала создавать руками воронку, вычерчивая в воздухе круги. В тех местах, где были ее пальцы, засиял ярко-голубым цветом овал, постепенно расширяясь, пока не принял форму, достаточную для того, чтобы в него смог пройти взрослый человек.
Уиллоу сделала шаг назад, тяжело дыша и опуская руки.
– Превосходно. Баффи, ты готова?
Баффи кивнула в ответ, быстро сунув нож в ножны, висящие у нее на поясе, и сжав ремень сумки, перекинутый через плечо, разбежалась и прыгнула в ярко-синий поток света, в последний момент услышав за своей спиной отчаянный крик:
– Стойте! Вернитесь!
Но было уже поздно. Портал с шипением закрылся.

Глава 3. Фарфоровые горы


Баффи резко вышвырнуло на цветочную поляну. Девушка успела сгруппироваться, поэтому ей удалось ничего не сломать и даже не наставить себе синяков. Она поднялась, отряхиваясь, и наклонилась, чтобы поднять сумку, но вдруг замерла, осознав, что она тут не одна.
– А вы что тут забыли?!
Перед ней стояли Ксандер, Уиллоу и Шляпник.
– Баффи, успокойся, – Ксандер примирительно поднял руки перед собой. – Мы решили, что поможем тебе.
Баффи нахмурилась:
– Зачем? Это вроде как моя миссия. Тем более, я не хочу, чтобы вы пострадали в ходе ее выполнения.
– Мы знали, что ты так скажешь, поэтому подготовили несколько аргументов в пользу нашего решения.
С этими словами Ксандер достал небольшой сложенный вдвое листок бумаги из кармана, прочистил горло и зачитал:
– Во-первых, Баффи, ты не знаешь здешних мест, а мы вроде как изначально были здесь, и, пусть у тебя и есть карта, но мы можем помочь тебе не заблудиться. К тому же, у нас есть Уиллоу, а она, как ты помнишь, мудрая Гусеница с магическим даром, а это, несомненно, добавляет нам очков к крутости и повышает шансы на выживаемость. Что касается меня, то я вам, в случае чего, разбавлю атмосферу, клянусь, – Ксандер лучезарно улыбнулся и, видя, что Баффи все еще не сменила гнев на милость, добавил:
– Ах, да, и не будем забывать про Шляпника. Этот малый дерется так, словно в драке родился, настоящий боец, ты бы только видела, – Ксандер подмигнул, – правду говорю.
Последняя его реплика, похоже, возымела действие, поскольку лицо Баффи смягчилось.
– Что ж, ладно, ваша взяла, идем все вместе. Однако у меня есть одно условие: постарайтесь не вляпаться в неприятности.
Лицо Ксандера просияло:
– Не волнуйся, не вляпаемся.

***
Три часа спустя. Ущелье.
– Ксандер, фраза «не вляпаться в неприятности» не подразумевала то, что мы обязаны наткнуться на гнездо Брандашмыга! – крикнула Уиллоу, отбиваясь заклинанием от весьма свирепого, маленького создания с длинной шеей и таким же длинным хвостом, пытающегося перекусить ведьме руку своими мощными челюстями. – Он слишком шустрый! Кто-нибудь, отвлеките его! Быстрее!
Шляпник подобрал с земли пару плоских камней, и метнул один за другим в Брандашмыга, целясь прямиком ему в челюсть. Существо взвыло от боли, тут же забыв о ведьме. Воспользовавшись моментом, Ксандер подскочил к Брандашмыгу, схватив его за хвост, и потянув на себя. Существо с ревом развернулось, практически вонзив клыки в плечо парня, как Уиллоу, выкрикнув заклинание, поместила Брандашмыга в магический шар, из которого тот вырваться уже не смог, как ни пытался.
– Спасибо, Уиллоу, – виновато улыбнулся ей Ксандер, – и это…
Ведьма отмахнулась:
– Забудем. Я не собираюсь обвинять тебя в чем-либо, так что…
Сзади раздался удивленный возглас Баффи. Уиллоу и Ксандер обернулись на звук.
Пока они были заняты Брандашмыгом, к девушке шустро подбежало нечто маленькое, похожее на гнома, синего цвета, с большим носом и белой фарфоровой сахарницей на голове. В руках у него была огромная вилка наподобие копья, которую он теперь норовил воткнуть Баффи в ногу. Девушка отпрыгнула в сторону, выхватив вострый нож.
– Ребята! Тут какие-то смурфы пытаются разделать меня, как свинку! – крикнула Баффи, умудрившись сорвать с головы гнома сахарницу и отшвырнуть его в сторону сильным ударом ноги.
Гном оказался в опасной близости от Шляпника, чем тот не преминул воспользоваться, вонзая по самую рукоять лезвие только что извлеченного из-за пазухи короткого меча в голову синего существа. Гном взвыл, из последних сил попытавшись выдернуть меч, прежде чем его безжизненное тело не рухнуло на землю, подняв столб пыли.
– Королева явно знает, что ты в ее владениях, – нахмурилась Уиллоу, разглядывая синее существо и его «оружие». – Иначе этих миньонов не было бы здесь.
– Что будем делать? – спросила Баффи, переминаясь с ноги на ногу. – Если нас заметили, в безопасности добраться до ее замка у нас вряд ли получится.
Ксандер положил руку на плечо Уиллоу:
– Не забывайте о нашей мудрой Гусеничке. Как думаешь, сможешь переместить нас к Шахматному лесу?
Ведьма задумалась:
– Возможно, но не сразу, на это потребуется как минимум часа три-четыре. Если помнишь, здесь есть некоторые ограничения, и моя магия не подпитывается, нет подходящих источников. У меня, конечно, есть при себе кристаллы, но они слабы, поэтому мне в любом случае нужно время.

***
– Ты уверен, что мы тут в безопасности? – спросила Баффи, обернувшись к Шляпнику и подбросив сухих веток в костер. Магическое пламя на миг всколыхнулось, поменяло цвет на ядовито-зеленый, и вновь успокоилось, мерно потрескивая.
Уилл утвердительно кивнул, сняв шляпу и поместив ее рядом с собой. Они сидели на траве возле большого, раскидистого дерева и небольшой пещеры из белого фарфора, который был расписан под ботаническую живопись. Уиллоу была неподалеку, подпитывалась от кристаллов. Со стороны можно было подумать, будто бы ведьма просто занималась медитацией, что было бы отчасти правдой, если бы сама она в этот момент не была окутана яркими оранжевыми и желтыми искорками. Искорки постоянно перемещались, перетекая из кристаллов в тело ведьмы и наоборот. Ксандер дремал, лежа на траве рядом с Уиллоу.
Постепенно наступала ночь. Верхушки фарфоровых гор темнели, исчезали, прячась в тенях густых облаков. В траве шныряли мерцающие светлячки. Редкий ветерок колыхал листья деревьев, шевеля светлые пряди Баффи. Девушка подставила теплому ветерку лицо, зажмурившись от удовольствия.
– Огонь магический. Ты этого не видишь, но пламя создает завесу, поле, если хочешь, оно скрывает нас от посторонних глаз и ушей. Главное – не дать ему погаснуть.
Медленно тлеющие искорки пламени витали в воздухе, подпрыгивая в такт его словам, словно в замысловатом, демоническом танце. Баффи лениво наблюдала за ними.
– Ладно, ты меня успокоил, – наконец сказала она и перевела взгляд на Шляпника.
Уилл, казалось, погрузился в собственные мысли и перестал замечать все вокруг. Он напряженно всматривался куда-то вдаль, в сторону темных и неприветливых гор.
Баффи решила отвлечь его вопросом:
– Слушай… а что там, в Шахматном лесу? Вы так отзываетесь о нем, словно там самое безопасное место на свете, прямо как швейцарский банк.
Уилл нахмурился, не спеша отвечать.
– Там… владения Белой Королевы. Это место безопасно, благодаря ей. Она – вторая по силе среди ведьм после Уиллоу. Думаю, она сможет показать нам более короткий путь к замку.
«И я, кажется, догадываюсь, кто она», – подумала Баффи про себя, а вслух спросила:
– А что можно сказать о второй Королеве, Красной?
Шляпник на секунду задумался:
– Я ни разу не видел ее. Знаю только, что она – само зло, его корень, и что только у тебя есть сила свергнуть ее и вернуть нашу Страну Чудес в прежнее состояние.
– Но почему ты считаешь, что это именно я?
– Потому, что, – Уилл ловко вытащил у нее из ножен вострый нож, – этот предмет нельзя отыскать просто так. Это старинный магический артефакт, который показывает свое местонахождение только истинному воину. И на сей раз этот воин – ты.
– Прямо как в легендах об Артуре и Экскалибуре. Только его меч был в камне, а мой – в ящике письменного стола.
Уилл улыбнулся в ответ, глядя на нее:
– Именно.
Баффи, поддавшись непонятному порыву, коснулась кончиками пальцев его щеки. Он вздрогнул, улыбка погасла.
– Наверное, таким ты был раньше, да? – девушка убрала руку. – Когда был Уильямом. Я имею в виду, ты ведь совсем не похож на того Спайка, которого я знаю, вот я и решила, что…
– Не объясняй, я понял, о чем ты. Если хочешь узнать, расскажу, так уж и быть. Я был незадачливым поэтом-любителем, стихи которого никто ни во что не ставил. Думаешь, откуда у меня такое прозвище, «Кровавый»? Отнюдь не потому, что я изначально был кровавой занозой в заднице у всей Англии. Нет, просто моему окружению говнюков не нравились мои произведения, отсюда и прозвище, якобы от них кровь из ушей хлещет. Это уже потом, когда Дру обратила меня, эти уроды поплатились за свои слова. До этого… я был неудачником, Баффи. Мягкотелым, мечтательным, излишне чувствительным. Поверь, ты вряд ли захотела бы знать меня такого.
– Может и захотела бы, откуда тебе знать, – насупилась Баффи. – По крайней мере, с одним чувствительным парнем я уже встречалась.
На губах Уилла заиграла усмешка:
– Это ты про Ангела?
Баффи посмотрела на него с легким возмущением.
Сзади неожиданно раздался голос Уиллоу:
– Ребятки, очень не хочется прерывать вас, но если хотите переместиться в лес, то поторопитесь, силы кристаллов надолго не хватит.
Словно услышав ее слова, земля вдруг задрожала, с гор посыпались куски фарфора, высоко в небе раздались грохочущие звуки приближающегося грома.
– Скорее!

***
Портал выплюнул всю компанию на опушку густого леса. Уиллоу, Ксандер, Шляпник и Баффи поднялись с травы, потирая ушибленные места и периодически охая.
Уиллоу отряхнулась и, прошептав заклинание, создала из воздуха сияющий желтый шар.
– Он покажет нам дорогу, – ответила она, увидев недоуменные взгляды спутников. – Как вы знаете, в лесу легко заблудиться и потерять драгоценное время.
Ведьма сделала глубокий вздох и нетвердым шагом направилась ко входу в лес, состоящий из густых, мрачных деревьев, удерживая шар на слегка дрожащей ладони перед собой. Остальные отправились следом за ней, то и дело растерянно оглядываясь по сторонам. Глухой лес позади них сомкнул ветви, сплетая их между собой, и скрывая выход наружу. Однако этого путешественники так и не заметили.

***
Они шли, а лес все не кончался, становясь все более и более зловещим. В довершение всего, постоянно видоизменялись и сами деревья. Среди типичных буков, кленов, дубов, елей и сосен начали встречаться совсем необычные, по виду напоминающие шахматные фигурки пешек, короля, ферзя, коня, слона и ладьи.
Баффи с удивлением разглядывала практически каждую фигуру, встречающуюся у нее на пути.
– Чем дальше, тем все страннее и страннее, – пробормотала она, задрав голову и чуть не споткнувшись о сухой корень дерева, так некстати торчащий из-за неприметного куста. Шагавший рядом Шляпник вовремя подхватил ее под локоть.
– Милая, будь аккуратней. Ты нам нужна живой и, желательно, невредимой.
Баффи в ответ иронично заметила:
– В вашей Стране Чудес будешь тут живой. Слишком все тут странно и непредсказуемо. Но спасибо, постараюсь оправдать ваши ожидания.
Идущие впереди Уиллоу и Ксандер вдруг остановились.
– Кажется, мы пришли, – проговорила Уиллоу, сжав ладонь в кулак, от чего шар вспыхнул и взорвался в воздухе снопом мелких искорок.
Прямо перед ними выросли огромные, железные, заскорузлые, витиеватые ворота. По бокам их украшали покрытые зеленым мхом и трещинами две грязно-серые фигуры ферзей, сделанные, судя по всему, из когда-то белого мрамора. От фигур уходили в стороны высокие, обвитые плющом стены, тоже сделанные сплошь из древнего и уже заплесневелого мрамора. Ворота с жутким скрипом отворились в немом приглашении войти.
– Очевидно, нас уже тут заждались, – слегка охрипшим голосом произнес Ксандер, с недоверием косясь на вход.
– Значит, не будем медлить, – откликнулась Уиллоу, решительно входя внутрь. Ксандер вздохнул и тоже вошел. Шляпник и Баффи поспешили следом.
Когда они все оказались по ту сторону, ворота сразу же захлопнулись с таким громким скрежетом, что вся компания дружно вздрогнула.
Взору их открылась изумительная картина: они оказались на просторной поляне, окруженной гигантскими деревьями, в самой середине которой возвышался миниатюрный, но изысканный замок из светло-серого камня с четырьмя башенками. В нем была всего пара этажей, но менее привлекательным от этого он не становился. Облицовка камня была выполнена в виде шахматного рисунка.
Перед замком было что-то, похожее на широкое поле, разделенное на равные квадраты разных цветов: ярко-зеленые и темно-коричневые, почти черные.
На квадратах с обеих сторон виднелись расставленные в ровные ряды уже знакомые фигуры черного и белого цветов, сделанные, похоже, из бронзы. Нескольких фигур со стороны черных не хватало.
– По-моему, это место страшно похоже на шахматную доску, – подтвердила всеобщие домыслы Баффи, пристально вглядываясь в фигуры на поле.
Уиллоу подошла ближе, но вдруг остановилась, подняла перед собой руку и медленно провела ей в воздухе.
– Мы не сможем пройти. Здесь сосредоточена магическая энергия, она не пропустит нас. Хотя… нет… подождите…
Ведьма закрыла глаза, наклонив слегка голову к плечу, словно пытаясь что-то услышать.
– Белая Королева говорит со мной, я слышу ее голос в своей голове. Чтобы пройти к ней, мы должны сыграть.
Ксандер обескураженно оглянулся вокруг:
– Сыграть? Во что? Я, например, не вижу здесь никаких приспособлений для хоть каких-либо известных мне игр.
Шляпник и Баффи выглядели не менее озадаченными.
Уиллоу в ответ фыркнула:
– Ты иногда недальновиден, Зайчик. Это место, – она обвела рукой площадку с рисунком из квадратов, – и есть наше игровое поле. Фигуры уже расставлены. Нам нужно лишь сыграть шахматную партию. И выиграть ее, разумеется.
Ксандер сделал вид, что глубоко обижен, и отвернулся, ничего не сказав. Баффи задумчиво закусила губу. Шляпник сосредоточенно разглядывал мыски своих ботинок.
– Одна я играть не могу. Мне нужен помощник. Ксандер, как я понимаю, помогать не настроен, – она многозначительно посмотрела на черноволосого парня, который в ответ метнул на нее странный взгляд и пробурчал:
– Нет уж, я пас. Лучше обеспечу тебе моральную поддержку.
– Отлично. Баффи?
Баффи развела руками в ответ с виноватой улыбкой:
– Уиллоу, я бы с радостью, вот только я ничего не смыслю в шахматах. Помощник из меня так себе получится.
Ведьма тяжело вздохнула, и перевела взгляд на Шляпника:
– Уилл, а ты?
Тот снял шляпу, ероша свои и без того растрепанные белые волосы и, наконец, выдал:
– Что ж, видимо, выбора у меня нет. Я постараюсь помочь тебе выиграть.
Лицо рыжей ведьмы просияло. Она закрыла глаза и спустя пару секунд произнесла взволнованно:
– Нам дали согласие. Уилл, приготовься. Партия только одна, второго шанса у нас не будет. У нас нет права проиграть.

Глава 4. Шахматная Королева


Уиллоу и Шляпник подошли ближе к шахматному полю. Ксандер и Баффи встали неподалеку.
Ведьма указала на два пустых места у края доски в середине, сказав чуть дрожащим от волнения голосом:
– Уилл, ты будешь Королем, я – ферзем. Эти две пустых клетки – наши места.
Уилл кивнул и, сделав шаг вперед, встал на пустующую клетку. Стоило ему коснуться поля, его вид тут же изменился: вместо шляпы на голове появилась тяжелая, черная с золотом, корона, привычный костюм сменили черные доспехи с изящной, еле заметной, гравировкой, плечи покрыл длинный черный плащ, а на поясе появились ножны с боевым мечом.
Уиллоу, занявшую место рядом, также постигли изменения: черно-золотая корона тонкой работы теперь украшала ее голову, платье сменилось на черные латы с вкраплениями сапфиров по центру, на плечах был черный плащ из тяжелой ткани, а на поясе – ножны с выглядывающей из них рукоятью меча. Образы истинных короля и королевы.
Уиллоу посмотрела на армию пешек перед собой, закрывающую их от противника:
– У нас не хватает фигур, Уилл.
Шляпник нахмурился и, обернувшись к Баффи с Ксандером, произнес:
– Друзья, умеем мы или не умеем играть в шахматы, сейчас это не важно. Поможете нам?
Баффи и Ксандер, тяжко вздохнув, кивнули и также прошли на поле, заняв место пешек. Их вид тоже претерпел изменения: теперь это были два рыцаря, оба с мечами, закованные в черные доспехи, но без шлемов.
Через пять клеток от них расположились белые шахматные фигуры. Очевидно, что против них играла сама Белая Королева, пусть она и не находилась в этот момент здесь.
Ведьма, поморщившись, потерла лоб:
– Очередное послание. У Королевы белые фигуры, значит, она делает шаг первой.
И, словно в подтверждение ее слов, с той стороны поля на две клетки вперед выехала белая пешка.
– Стандартное начало партии, – хмыкнула Уиллоу и, видя непонимающие взгляды остальных, поспешила объяснить:
– Обычно большинство игроков начинают игру именно так. А еще, смотрите: доска разделена на горизонтали и вертикали. Горизонталь обозначается цифрами, от одного до восьми. Вертикали – буквами, от A до H. Всего клеток 64, фигур – 36. Белая пешка Королевы стоит на позиции e4. Думаю, что нужно сделать тот же ход. Пешка на e5!
Повинуясь команде, черная пешка передвинулась на две клетки вперед. Тут же в ответ на данный ход белый конь сдвинулся на четвертую клетку.
– Королева сделала ход конем на f3. Думаю, нам тоже стоит выдвинуть ту же фигуру. Конь на f6!
Черный конь встал на нужную клетку. Теперь фигуры стояли зеркально.
Пару секунд спустя еще один белый конь оказался на поле.
– Хм, похоже, Королева не спешит, раз выставила коня на c3. Чувствую, партия будет долгой.
Она внимательно оглядела поле:
– Баффи, встань, пожалуйста, на d6.
Девушка послушно прошла вперед на несколько клеток, заняв место.
Далее сделала ход Королева, сыграв белым слоном.

***
По общим ощущениям прошло около двух часов. Партия была сложной, команда Уиллоу практически выбилась из сил, в результате чего ферзь в процессе игры выбыл. На шахматном поле со стороны белых остались две пешки, слон и ферзь, а со стороны черных – только пешка Баффи и король Шляпника, который находился на королевском фланге.
– Рискованно. У нас почти не осталось фигур, – Уиллоу заметно нервничала, переминаясь с ноги на ногу, – Что же делать?
В этот момент белые дали шах ферзем, и черный король в лице Шляпника был загнан в угол.
Ведьма в страхе закрыла рот рукой, наблюдая за происходящим. Ксандер и Баффи, затаив дыхание, следили за ходами Королевы.
В этот момент Белая Королева сыграла королем, явно собираясь следующим ходом поставить мат ферзем. Однако у черного короля больше не было ходов. Это совершенно точно был пат.
– Как же…? Как здесь получился пат? – потрясенно пробормотала Уиллоу, опускаясь на колени. – Ведь должен же быть мат… Неужели это ничья?
Их игровое поле вдруг объяло голубоватое свечение, которое, ярко вспыхнув, сняло невидимый магический барьер. Чары, развеявшись, вернули игрокам их прежний облик, они больше не были игровыми фигурами.
В их головах внезапно зазвучал мягкий, но звучный голос:
– Поздравляю с ничьей, игроки. Партия была сильной, напряженной, но лично мне было очень интересно играть с вами всеми. Уиллоу, ты почти проиграла, но тебе повезло, что я была не слишком внимательна к деталям, и поставила пат. Не смотря на это, я считаю тебя достойным противником, поэтому разрешаю вам всем войти. Милости прошу, будьте как дома.
Вокруг ошеломленной команды вдруг плотным вихрем закрутились светящиеся белые искорки, и в мгновение ока все исчезли с поляны.

***
Они не заметили, как очутились в светлой, залитой солнечными лучами, зале внутри замка. Стены, пол и потолок были выложены из светло-серого камня, с потолка свисала громоздкая люстра со свечами, на стенах висели гобелены с росписями, изображающими, в основном, охоту, балы и сценки из греческих мифов. Стекла небольших окон были выполнены из разноцветной слюды, на которой также были изображены мифические сюжеты. Зала связывала изящной аркой небольшой тронный зал.
Прямо перед путниками, в длинном серебристом, бархатном платье с бледной цветочной вышивкой на нем, и длинными рукавами, со светлыми, ниже плеч, волосами и небольшой, цвета слоновой кости, короной на голове, стояла Белая Королева. Ее зеленые глаза сияли, на пухлых губах играла едва заметная улыбка.
Баффи удивленно спросила:
– Тара?
Королева тепло улыбнулась ей:
– Не совсем, но все-таки ты права, да, я – ее воплощение.
Это было так странно: видеть Тару и, в тоже время, осознавать, что это была не совсем она. Тара здесь была живой, и выглядела такой счастливой и умиротворенной. Она словно светилась изнутри. Баффи не могла отвести от нее восхищенного взгляда.
– Вы наверняка сильно устали, пока добирались сюда, да еще эти шахматы, – Королева махнула рукой в сторону окна, где было видно шахматное поле. – На верхнем этаже два крыла, в каждом уж заготовлены по две гостевые комнаты. В них вас уже ждут сменная одежда и ванны с горячей водой. Ужин подадут через час. Сегодня вы – мои гости, поэтому располагайтесь.
Путники радостно заулыбались в ответ на такое теплое приветствие, громко поблагодарили Королеву, и поспешили наверх. Все, кроме Баффи.
– Тара, я… все еще не понимаю, как и почему ты…
– Жива? – подсказала Королева, внимательно посмотрев на нее. – Я открою тебе небольшую тайну об этом мире, Баффи. Все, кого ты здесь видишь – это результат сильных эмоций. Если проще, то люди и существа, которых ты в своей жизни знаешь или когда-то знала, и которые заставили тебя испытать по отношению к ним очень сильные чувства, появились в этом мире. Этот мир тоже результат эмоций, но главное – психики. Если ты попала сюда, то это значит, что с тобой что-то произошло, что-то очень неприятное.
– Подожди, что ты хочешь этим сказать? Что я – не совсем я, или, что этот мир не реален?
– Нет, дорогая моя, я не имею в виду ничего из этого. Этот мир так же реален, как и ты. Просто он, скажем так, скрыт от чужого разума. И это – твой мир. Ты его создала. И здесь, уверяю тебя, все очень даже реально.
Баффи выглядела обескураженной:
– Тогда я не понимаю…
– Скоро ты все поймешь, – мягко сказала Королева, подойдя к девушке почти вплотную. – Позволь дать тебе несколько советов. Первый: находясь в этом мире, смотри сердцем, не глазами. Ответ на главный вопрос ты сама знаешь, просто ты его еще не осознала. Второй: я знаю, что ты привыкла полагаться на свои сны, и что чаще всего они сбываются, но прошу тебя, здесь ни в коем случае снам не доверяй. Они собьют тебя с толку и уведут с верной дороги. Запомни, что только эта стратегия позволит тебе выжить здесь вплоть до того момента, пока ты не завершишь свою миссию.

***
В дверь вдруг громко постучали.
Уиллоу, как раз закончив переодеваться, посмотрела в сторону звука, сказав:
– Открыто, входите.
В комнату, тихо шелестя юбками платья, вошла Королева.
– Извини, Уиллоу, что я так врываюсь, но мне нужно поговорить с тобой.
Уиллоу, кивнув, присела на кровать, жестом приглашая Королеву сесть рядом.
– Конечно, о чем?
Королева, заняв место рядом с ведьмой, тяжело вздохнула, собираясь с мыслями, затем проговорила:
– Заклинание выхода.
Рыжая ведьма удивленно вскинула брови:
– Что? Ты серьезно?
– Уиллоу, это заклинание поможет ей победить главную угрозу. Оно высвободит все ее негативные эмоции, которые, в свою очередь, наделят ее сокрушительной мощью. У Красной Королевы не будет козырей, против такой силы она не выстоит. Баффи гораздо сильнее ее, я это чувствую.
– Это заклинание, конечно, очень сильное, но оно еще и опасное. Я боюсь, что будут необратимые последствия…
– Уверяю тебя, с ней ничего плохого не случится. Доверься мне. Я могу стать ей защитой.
Уиллоу округлила глаза.
– Вернее, не совсем я, но у меня есть кое-что, что оградит ее от всего плохого.
Королева запустила руку в карман платья, вытаскивая наружу небольшое кольцо с зеленым камнем, напоминавшее перстень. Замысловатая окантовка, обрамляющая камень, складывалась в рисунок черепа.
Рыжая ахнула:
– Это же…
– Да, это кольцо Гем Амара. В мире Баффи это кольцо даровало вампирам неуязвимость ко всем видам оружия и даже к солнечному свету. Но здесь… здесь это – талисман, защищающий его носителя от зла. С моей небольшой помощью и помощью этого талисмана Красная Королева не сможет обнаружить ее, пока Баффи не снимет кольцо, – Королева сделала небольшую паузу. – Думаю, передать талисман Баффи должен Уилл. Что-то мне подсказывает, что это будет правильным решением.
Уиллоу восторженно посмотрела на Королеву:
– Не верю… ведь получается, что у нас теперь есть реальный шанс спасти нашу страну! А я еще колебалась…
– Больше так не делай. Баффи всегда была и будет шансом на спасение. Что ж, – Королева поднялась с края кровати, – думаю, с этим мы разобрались. Теперь, поскольку час уже поздний, считаю, что вам всем лучше хорошенько отдохнуть, ведь впереди у вас осталась непростая часть пути. Вам понадобятся все ваши силы, чтобы пройти невредимыми поле красных и белых цветов.
С этими словами Королева прошла к двери, однако, вдруг остановилась и, обернувшись к Уиллоу, тепло улыбнулась ей:
– Уиллоу, ты – самая сильная ведьма из всех нас, в этом я ни разу за все то время, сколько тебя знаю, не усомнилась. И ты тоже не сомневайся.
С этими словами она вышла, тихо затворив за собой дверь и оставив покрасневшую Уиллоу сидеть в полном замешательстве.

***
– Прости меня…
Баффи смотрела на Дон, свою испуганную, младшую сестру, у которой в глазах блестели слезы, и ее сердце при этом все сильнее сжималось в тугой комок, и тихо сказала:
– Это не важно.
Дон вдруг дернулась в сторону края вышки, но Баффи остановила ее:
– Что ты делаешь?!
– Я должна прыгнуть в этот поток энергии…
– Но ведь это убьет тебя!
– Я знаю… Баффи, я знаю о ритуале! Я должна его остановить…
– Нет!
Вышку в этот момент сильно тряхнуло. Вспышки молний участились. Электрические разряды с громким треском устремились ввысь, пугая Баффи до дрожи.
– Я должна это сделать!
В ушах Баффи вдруг зазвенели слова первой истребительницы: «Смерть – твой дар».
Баффи обернулась и посмотрела на самый край вышки, так и манивший ее сделать неверный шаг, оступиться и бросить все, за что она так боролась. В небе уже начал заниматься рассвет.
Девушка перевела взгляд на сестренку.
– Баффи, – Дон, казалось, была ошарашена решимостью в глазах сестры, – нет!
– Я должна. Дон, слушай меня внимательно, времени осталось совсем мало.
Вышку тряхнуло снова, на этот раз сильнее. Дон всхлипнула:
– Баффи, пожалуйста… прошу тебя…
Но девушка печально покачала головой, беря сестру за руки.
– Послушай, Донни. Я люблю тебя. Я всегда буду тебя любить. Это та цена, которую я должна заплатить. Передай Джайлзу, что я поняла и что… я в порядке. Скажи моим друзьям, что я люблю их… теперь тебе придется о них позаботиться. Вам всем… нужно позаботиться друг о друге. Будь сильной, Дон, ведь самое сложное в этом мире – это жить в нем. Будь смелой. Живи. Ради меня.
Баффи легким движением погладила волосы Дон и нежно поцеловала ее в щеку. Затем она отстранилась с печальной улыбкой, не отводя взгляда от сестры, которая уже тихо плакала.
В следующие секунды все происходило словно в замедленной съемке: вот она бежит к краю вышки, делает прыжок, будто пловец, пытающийся взять правильный старт для идеального погружения в воду. Она падает, ее накрывают ослепляющие вспышки, тело пронзает сильная боль от вонзившихся в него тысяч электрических разрядов. Баффи отчаянно кричит, но ее крик тонет в пучине яркого света. Мир вокруг искрился яркими бликами, голова и все тело взрывались от боли. И вдруг в одно мгновение реальность лопнула, как мыльный пузырь, застилая все непроглядной тьмой.

***
Баффи моргнула раз-другой, пытаясь сфокусироваться. Она снова находилась в какой-то светлой комнате, которая не была похожа на ее палату, где она очнулась в первый раз.
«Определенно, это уже не Страна Чудес» – подумала она, щурясь от света противно мигающей лампы.
Девушка обнаружила, что лежала на жесткой кровати, одетая в просторную больничную рубашку (и, похоже, без нижнего белья), босая, на ее руках и голове были электроды, подсоединенные к не внушающему доверия медицинскому аппарату. В воздухе витал неприятный запах. К горлу внезапно подкатила тошнота, и Баффи закашлялась, закрыв рот рукой. В теле ощущалась сильная слабость. Секунду спустя она трясущимися пальцами начала снимать проводки, отмечая про себя, что под электродами на коже ее рук оказалось слишком уж много красных отметин и синяков. Девушка тяжело встала с кровати, поежившись от прикосновения ног к холодному кафелю пола. Делая осторожные шаги по направлению к двери, она старалась не упасть из-за предательски дрожащих ног.
– Надеюсь, ты не пытаешься сбежать?
От звука этого голоса у Баффи перехватило дыхание. Она замерла, подняв полный страха взгляд на вошедшего.
– Стюарт Фокс, если правильно помню?
– Доктор Стюарт Фокс, – поправил ее психиатр. Он стоял рядом с дверью, сунув руки в карманы белого халата, и внимательно разглядывал девушку, абсолютно не стесняясь ее полуголого вида.
«Интересно, как долго он за мной наблюдает?» – с содроганием подумала она, нервно сглотнув.
– Ч-что это? – спросила она, заикаясь, указывая на аппарат, стоявший рядом с кушеткой.
– О, это? – доктор подошел к устройству, почти любовно погладив корпус. – Это, дорогая моя, называется электроконвульсатор. Этот аппарат, как ты могла уже догадаться, применяется для электросудорожной терапии при лечении психических расстройств.
Баффи, неотрывно следя за движениями Фокса, и стараясь при этом отвлекать его вопросами, тихонько, шаг за шагом, продвигалась ближе к спасительной двери.
– И зачем мне эта… терапия? Разве кататония так лечится?
Фокс уставился на панель на аппарате и стал настраивать показатели.
– Баффи, ты бы удивилась, узнав, какими способами можно лечить твое заболевание. Применение стандартных лекарств, успокоительных – это лишь малая часть. Сеансы гипноза, электросудорожная терапия или, проще говоря, ЭСТ, лоботомия – все это также является частью лечения. Думаю, существуют и другие, менее известные, методы, как традиционные, так и нет.
Девушка тяжело задышала и, выгадав момент, резко сорвалась с места, бросившись к двери, от которой ее отделяли каких-то пять несчастных шагов. Однако доктор неожиданно оказался быстрее и, соответственно, сильнее, чем она. Баффи попыталась лягнуть его, но Фокс, осклабившись, и не ослабляя хватки, повалил ее на кровать. Девушка извивалась, как могла, стараясь высвободиться, но доктор коленом и одной рукой прижал ее к кушетке, другой ловко вытащил откуда-то снизу фиксирующие ремни и крепко связал ее. Затем Фокс стал возвращать на места покрытые марлей электроды, Баффи при этом все еще упиралась действиям доктора, понимая, что за «терапия» ожидает ее впереди. В конце концов, брыкания девушки утомили психиатра. Он подошел к столику, на котором лежала посудина, кажется, железная, взял в руки шприц и какой-то флакон с жидкостью.
– Девушка ты, конечно, очень необычная, Баффи, – произнес доктор, предварительно сняв металлический колпачок, и, протерев спиртовой салфеткой крышку флакона с лекарством, начал заполнять жидкостью шприц. Он слегка постучал пальцем по цилиндру шприца, проверяя, нет ли в жидкости пузырьков воздуха, и, надавив на поршень, выпустил небольшую струю из иглы. Затем он подошел к Баффи и, придерживая ее свободной рукой, сделал инъекцию лекарства ей в плечо. Жидкость дала мгновенный эффект: тело начало ослабевать еще сильнее. Баффи вяло дернула рукой.
– Хорошая девочка, – одобрил Фокс, выбрасывая использованный шприц в пластиковый контейнер для медицинских отходов. – Теперь наконец-то успокоишься и дашь мне завершить начатое.
Сил Баффи хватило лишь на то, чтобы одарить доктора самым презрительным взглядом, на который она только была способна.
Доктор ухмыльнулся в ответ и вставил ей между зубов шпатель. Девушка даже этому уже не противилась.
– Это чтобы ты не откусила себе свой милый язычок, дорогая, – гадко улыбнулся он, подходя к аппарату и включая его. Устройство тихо загудело, подача тока была возобновлена. Доктор установил напряжение на панели на отметке 120 Вольт, а экспозицию – на показателе 10,0.
Тело Баффи тут же сильно затрясло, затем напряглось и выгнулось дугой так, что ремни натянулись до предела. Глаза девушки закатились, челюсти изо всех сил сжали шпатель. Доктор улыбался, фиксируя записи карандашом в заранее приготовленном блокноте.
– Прекрасно. Ты – потрясающая, Баффи, просто находка. А теперь, – он переставил показатели напряжения на 140 Вольт, а экспозиции – на 20,0, – теперь мы посмотрим, выживешь ли ты при показателях, которые мои коллеги не рекомендуют применять для наших пациентов. Их я, кстати, считаю последними трусами. Ведь ты – не простая смертная и ты мне это сейчас докажешь.
Позвоночник девушки выгнулся еще больше, грозясь сломаться. Баффи надрывно, до хрипоты, закричала, ее руки напряглись, вены на них и на ее лбу сильно набухли. Шпатель выпал из ее рта, с глухим стуком приземлившись на пол.
– И мне и тебе очень повезло, дорогая, – протянул Фокс, наблюдая за ее мучениями. – Я поставлю потрясающий эксперимент, а ты – пока что останешься жить. Я это тебе гарантирую, истребительница, ведь уже и так очевидно, что простое электричество тебя не убьет.
В этот момент раздался оглушающий треск – то лопнули ремни, сдерживающие девушку. Глаза Баффи широко раскрылись, она захрипела, пытаясь сделать вдох.
«Он знает…» – вдруг поняла она, ее сознание начало гаснуть. Девушка быстро проваливалась в глубокое забытье и решила, что уже не будет сопротивляться.

***
Баффи села в кровати, стиснув ворот ночной рубашки, и борясь со снова подступившим чувством тошноты и жуткой слабостью, что, по ее мнению, явно было следствием принятия на ночь тяжелой пищи.
В этот момент дверь, тихо скрипнув, отворилась: в комнату заглянул Уилл. Он был в одних рубашке и штанах, и без своей неизменной шляпы.
– Милая, ты в порядке? Я слышал крики.
Девушка, вздрогнув, повернулась к нему, сделав недоуменное лицо:
– Какие крики? О чем ты?
Уилл встал в дверях, испытующе глядя на нее:
– Баффи, в этом крыле только мы с тобой, и я совершенно точно уверен, что слышал шум именно в твоей комнате. Конечно, если это была не ты, то я могу предположить, что это был призрак Белого Короля.
В ответ в Шляпника полетела подушка, которую тот с легкостью поймал.
– Шутник, то же мне, – фыркнула Баффи. – Просто… мне приснился дурной сон, вот и все, – она немного помедлила. – Ладно… возможно, звуки издавала и я. Вот только… я этого все равно не помню…
– Что тебе снилось?
Девушка судорожно вздохнула, собираясь с мыслями.
– Мне снилось… снилось, что я снова прыгнула в те врата. Я помню свою сестренку, Дон. Помню, как она просила, буквально умоляла меня остаться, но… мои ноги сами несли меня к краю, я прыгнула… прямо в поток света. Мне было больно… очень больно… будто бы тело одновременно пронзили тысячи игл, заряженных электричеством. Мне казалось, я чувствовала запах гари, будто бы… моя кожа сгорала заживо, пока я падала туда.
Уилл сосредоточенно мял в руках уголок пойманной подушки, затем все же убрал ее на рядом стоящее кресло.
– Мне тоже снился сон, – сказал он тихо. – Про то, как ты прыгнула, а я поймал тебя в самую последнюю минуту. Мне каждый раз это снится с тех пор, как ты оказалась здесь. Каждую ночь я снова и снова… спасаю тебя, как… если бы был Спайком.
Баффи почувствовала, как ее сердце словно крепко сжала чья-то невидимая рука. Глазам внезапно стало горячо.
– Знаешь, я… я, пожалуй, пойду. Попробую снова уснуть, если получится.
Он хотел было закрыть за собой дверь, как услышал тихий голос Баффи у себя за спиной:
– Останься… пожалуйста…
Уилл посмотрел на нее:
– Ты уверена?
– Да, просто… – Баффи подвинулась, освобождая место рядом с собой, – просто обними меня. Как тогда…
Он неслышно подошел к ее кровати, и лег рядом. Баффи опустила голову ему на грудь, свернувшись калачиком. Уилл осторожно обнял ее, нежно гладя ее волосы, и словно защищая от чего-то, чего страшилась только она.
Они лежали вдвоем на кровати, как тогда, в заброшенном доме, почти перед самой битвой с убер-вампирами, когда все ее друзья, потенциальные истребительницы и даже родная сестра отвернулись от нее, кроме Спайка. Только он один был с ней заодно. До самого конца. Так считала Баффи, проваливаясь в крепкий сон в объятиях Шляпника. На это раз без сновидений.

Глава 5. Красьте розы в красный


К полю красных и белых цветов путники решили выдвигаться рано, задолго до восхода солнца. Наскоро подкрепившись, они запаслись провиантом, и вышли попрощаться с Королевой.
Когда Баффи, Ксандер, Уиллоу и Шляпник были заняты подготовкой походных сумок к их дальнейшему путешествию, к Уиллу подошла Белая Королева.
– Уилл, мне нужно отдать тебе одну вещь, – сказала Королева так, чтобы остальные, кроме Шляпника, ее не слышали.
– Что?
Королева передала ему небольшую черную коробочку со словами:
– Здесь талисман. Когда будете подходить к полю, отдай его Баффи. Это поможет выжить не только ей, но и вам.
Шляпник кивнул, беря коробочку и пряча ее за пазуху.
Королева тяжело вздохнула и тихо произнесла:
– Уилл, есть еще кое-что.
Шляпник внимательно посмотрел на нее. У него было ощущение предчувствия, которое не предвещало им ничего хорошего.
– То поле вам нужно пройти как можно быстрее. Местность там болотистая, легко оступиться и утонуть. Не заходите в кусты, не останавливайтесь там надолго, не делайте привалов, не пейте местную воду, и ни в коем случае не засыпайте.
– Что будет, если мы заснем? – с тревогой в голосе спросил Шляпник.
– Вы все погибнете. Для Баффи это будет хуже всего, ведь, если она умрет здесь, то это будет означать смерть и в ее реальности тоже. Прошу, будьте осторожны.

***
Поскольку Королева показала им более короткий путь, путники дошли до места назначения уже к полудню. Небо все утро было затянуто тяжелыми, серыми тучами. Вокруг периодически летали хлопья пепла. Впереди, за горами виднелся уже знакомый столб красно-черного пламени. Создавалось ощущение, что они идут прямиком в пасть Мордора.
Здесь, где до поля было еще шагов сто, под сенью деревьев Шахматного леса, они решили сделать небольшой привал и немного отдохнуть. Как сказала Уиллоу, чтобы пройти все поле, им потребуется около десяти часов, плюс-минус. Настолько это место было обширным.
Баффи разглядывала цветы, яркими, красными точками пестревшие впереди. Само поле разделяла на две половины тропинка, достаточно широкая для того, чтобы идти по ней всей командой, а не по одному.
– Почему это место называют Полем красных и белых цветов? – недоуменно спросила девушка, повернувшись к остальным. – Ведь здесь же сплошь и рядом только красные цветы…
– Это весьма интересная история, – подал голос Шляпник, усаживаясь на траву и устраиваясь поудобнее. – Видишь ли, когда Красная Королева только пришла к власти на этих землях, она отдала приказ посадить поле красных роз. Однако ее подчиненные или не расслышали, какие именно цветы нужно посадить, или попросту не захотели слышать. В общем, розы посадили, но белые. Королева тогда страшно разозлилась и закричала так, что ее было слышно даже в нашей долине. Как сейчас помню ее крики: «Уроды! Болваны! Головы с плеч!». Всех, кто сажал эти несчастные цветы, отправили на плаху, а оставшимся в живых приказали белые розы перекрасить в красные, что, собственно, они и сделали. В итоге мы видим то, что видим – поле красных роз. Вот только есть одно но: краска, в которую они были выкрашены, до сих пор выделяет ядовитые испарения. Поэтому незадачливые туристы, забредшие на это поле случайно и не знавшие ничего о его истории, чаще всего здесь погибали во сне. Вполне возможно, что мы даже наткнемся на парочку скелетов, а, возможно, и на свежие трупы. Кто знает, сколько существ погребено здесь под слоем болотной жижи.
Ксандер нервно рассмеялся, и Уиллоу ободряюще похлопала его по руке.
Баффи задумчиво посмотрела на цветы:
– Значит, Королева любит казни?
– Ты не представляешь, насколько, – ответила Уиллоу. – Вокруг ее замка есть глубокий ров, в который долгое время сбрасывали тела и отрубленные головы несчастных. Ты сама в этом убедишься, когда мы окажемся там.
Ведьма поднялась с земли и взяла свою сумку в руки:
– Что ж, думаю, нам стоит переночевать здесь, а утром уже отправиться далее. Я пока создам защитное поле, а вы займитесь палатками и костром.
Все, спохватившись, тут же засуетились: Ксандер и Шляпник вытащили палатки из сумок, Баффи вызвалась собрать хворост, а Уиллоу, попросив не отвлекать ее пару часов, достала кристаллы и приступила к делу.

***
Баффи неторопливо шла по лесу, то и дело наклоняясь, чтобы подобрать с земли сухие ветки. По дороге ей попадались мелкие и крупные грибы различных цветов, упавшие, сухие шишки, иголки, а также куча валежника. Девушка отметила про себя, что в лесу не слышно звуков животных, даже птицы не пели, и это было как-то слишком неестественно и наводило на несчастливые мысли.
Сзади вдруг громко треснула ветка, и зашуршали кусты.
– Баффи!
Девушка замерла и оглянулась. К ней подбежал запыхавшийся Уилл.
– Я думала, ты помогаешь Ксандеру ставить палатку, – девушка выглядела удивленной.
– Я уже, – Уилл, отдышавшись, вынул из-за пазухи маленькую черную коробочку и протянул ее девушке. – Вот, возьми.
Баффи настороженно уставилась на коробочку, но все же взяла ее:
– Что это?
– Открой. Это передала тебе Белая Королева.
Девушка аккуратно сняла крышку и вытащила небольшое кольцо, блеснувшее на свету зеленым с золотом. Кольцо показалось ей странно знакомым.
– Череп. Интересный выбор обрамления, – Баффи с интересом повертела кольцо в руках, рассматривая украшение со всех сторон. – Где-то я его уже видела…
– Гем Амара, – подсказал Уилл, наблюдая за движениями девушки. – Если помнишь, Спайк вернулся в Саннидейл именно за тем, чтобы найти это кольцо, тем самым нарушив данное тебе обещание. Это кольцо – оберег для вампиров, оно делает их неуязвимыми.
Баффи рассеянно посмотрела куда-то в сторону:
– Если и помню, то как-то смутно. Но… каким образом это кольцо поможет мне здесь? Я же не вампир, да и ты тоже, как я уже давно поняла.
– Здесь у этого кольца другие свойства. Если Королева решила отдать его тебе в полной уверенности в том, что оно даст тебе необходимую защиту, то это означает, что а) оно совершенно точно не для вампиров, и б) оно предназначено исключительно для тебя.
Во взгляде Баффи мелькнуло сомнение:
– Если оно для меня, то… как же вы?
– О нас не волнуйся, – отмахнулся Уилл, – мы о себе позаботимся. К тому же, с нами рыжая ведьма, не забыла?
Баффи грустно улыбнулась:
– Как я могу забыть. Уиллоу здесь и правда могущественна, я такой ее не видела, пожалуй, ни разу в жизни. Здесь все другие…
– Конечно, это ведь другая реальность.
– А ты не устаешь мне это напоминать, – заметила Баффи, наклонившись и хватая очередную ветку. – Иногда я думаю, что мне начинает нравиться эта иллюзия. Здесь… те, кто ушел из моей жизни, пусть и не все, но живы. Те, кто слаб и не уверен в себе, наоборот… думаю, ты понял аналогию.
Уилл в ответ кивнул:
– Да. Я понимаю тебя, милая.
Баффи вдруг сердито бросила:
– Откуда тебе-то знать? Можно подумать, ты кого-то потерял. И заметь, я не имею в виду Спайка, я имею в виду именно тебя, Уильям.
Уилл поднял на нее растерянный взгляд:
– Баффи, я не могу сказать, что действительно кого-то потерял, в отличие от Спайка. Просто… не забывай, что его воспоминания – это и мои воспоминания тоже. Я помню, как ему было больно, когда он увидел тебя, мертвую, лежащую на смятой машине. Ты пожертвовала собой ради сестры, ты не видела другого выхода и это ему было понятно. Я также помню, как он страдал, когда ему пришлось убить собственную мать, понимая при этом, что убивает демона, а не близкого ему человека. Теперь ты сама оказалась на его месте. Ты тоже потеряла близких людей, и теперь тебя съедает чувство вины, и ты не знаешь, куда от него деться. Я прав?
Баффи чувствовала себя раздавленной и готовой разрыдаться.
– Да, – тихо сказала она, – ты прав, и каждый чертов день меня это убивает. Но что я должна сделать? Страдания не вернут мне его. Никого не вернут! В чем тогда смысл?
Уилл поднял пару веточек, чтобы пополнить коллекцию хвороста девушки.
– Смысл в том, чтобы жить дальше, – сказал он, и поспешил извиниться:
– Прости, что вывел тебя из равновесия.
Баффи покачала головой:
– Это не важно, – она посмотрела на кучу веток, которую держала. – Знаешь… я думаю, нам хватит хвороста, если только мы не собираемся раскрыть Красной Королеве наше местонахождение с помощью огромного кострища.
В подтверждение своих слов она слегка приподняла весьма увесистую ношу, покоившуюся у нее на руках.
– Что ж, это веский аргумент, чтобы вернуться, – Уилл, сняв шляпу, уже знакомым жестом взъерошил свои белые волосы. – Да и темнеет уже.
Баффи посмотрела наверх, где, среди крон деревьев виднелось мрачное, потемневшее небо, все еще затянутое тучами.
– Идем, нам нужно отдохнуть, как следует, прежде чем двигаться дальше.

***
С серого неба неспешно падали, кружась, белые хлопья снега, укутывая одинокие деревья в белый саван.
Баффи стояла рядом с каким-то черным деревом с необъятно широким, покрытым трещинами, стволом. Его мертвые, сухие ветки, словно пики, устремлялись ввысь, на них не было ни единого листочка.
Под деревом везде, насколько хватало глаз, лежали большие, темно-красные, кое-где даже начавшие гнить, яблоки. Девушка подошла к ближайшему яблоку и, наклонившись, подняла его. С секунду это был просто обычный, сочный плод, но он начал меняться, преображаясь в…
– Что? – пролепетала Баффи в шоке, ее глаза расширились от ужаса. – Ангел?!
В ее руках действительно была голова Ангела. Те же темные, взъерошенные волосы, широкий лоб, волевой подбородок… Голова была словно только что отделена от тела, т.к. из разрубленной шеи сочилась густая, темная кровь, заливая девушке пальцы. Она дрожащими руками опустила голову на влажную, черную землю. Темные глаза Ангела раскрылись, с укором глядя на девушку:
– Баффи, как ты могла? Ты променяла меня на него, на это ничтожество, зачем ты это сделала? Неужели ты совсем меня не любила?
Баффи, оторопев, не знала, что и ответить, слова застряли поперек горла. Внезапно яблоки вокруг нее начали превращаться в окровавленные головы ее друзей Ксандера, Уиллоу, Тары, Ани, наблюдателя Джайлза, ее сестры Дон, мамы, Фэйт, и даже Спайка. Все они одновременно открыли глаза, наперебой начав говорить, упрекая ее во всем:
– Баффи, если бы не ты, в меня бы не стреляли, и я была бы жива…
– Лучше бы ты умерла, мама тогда была бы только моей и любила бы только меня!
– Ты вонзила в меня мой собственный нож! Я была в коме и почти умерла из-за тебя!
– Не может быть истребительницы более невыносимой, чем ты. Ты – позор для всего мира, Баффи.
– Если бы не ты, я не умерла бы там, в школе, и мы с Ксандером до сих пор были бы вместе!
– Ты – ужасная подруга, Баффи… ты редко обращала на меня внимание, и посмотри, что со мной стало, это из-за тебя я убила Уоррена!
– Ты обманывала меня, Баффи, ты постоянно меня разочаровывала… худшей дочери, чем ты, просто быть не может!
– Моя любимая девушка погибла, а я потерял глаз из-за твоих опрометчивых действий, Баффи. Если бы ты умерла снова, я бы не стал возвращать тебя к жизни.
– Ты использовала меня все это время, истребительница, и оправдывала свои действия тем, что я бездушная тварь, которая не заслуживает ничего!
Баффи зажала руками уши, пытаясь заглушить эту какофонию. Из ее глаз хлынули слезы.
– Нет, нет, нет, пожалуйста… все вы, пожалуйста… хватит… перестаньте… я не могу… не хочу это слышать…
Затем она закричала, все еще не разжимая рук:
– Мне очень жаль! Слышите?! Мне жаль, но я ничего не могу сделать! Я столько времени подводила всех вас… простите меня… это все моя вина…
Ноги Баффи подкосились, она упала на колени, тихо плача.
– Моя вина… это все моя вина, – повторяла она между всхлипами, – я не заслуживаю прощения… не заслуживаю… никого и ничего…
Вдруг откуда-то из темноты раздался жуткий, пробирающий до костей, смех.
– До чего же ты жалкая, истребительница. Мерзкая и жалкая. А я даже начал было тебя уважать.
Из тьмы вышла темная фигура. В лунном блике угрожающе сверкнула оправа очков.
Баффи вдруг поняла, что не может шевельнуть и пальцем. Посмотрев на себя, она ахнула: ее руки и ноги были крепко привязаны ремнями к жесткому стулу, по виду напоминающему электрический. Подняв голову, она неожиданно встретилась взглядом с неприятными, но странно знакомыми желтыми глазами человека, оказавшегося вдруг на пугающем расстоянии десяти сантиметров от ее собственных глаз. Его губы растянулись в зловещей усмешке.
– Догадываешься, что это? – в его руках холодно блеснул какой-то предмет, с одной стороны у которого был заостренный конец, а с другой – длинная рукоять. – Это – орбитокласт, инструмент для проведения лейкотомии, иначе – лоботомии.
Глаза Баффи расширились от испуга, ее тело начала бить мелкая дрожь.
– Тихо-тихо, девочка, успокойся. Это не так уж больно, как ты думаешь, – с этими словами он быстрым, отточенным движением откинул голову девушки назад, ловко нацелив острие инструмента в место над ее левым глазом, и взял в другую руку стальной молоточек.
– Умирать тебе еще рано. Однако эта терапия приблизит тебя к тому, что ты давно ищешь.
Раздался звук ударов молотка, а затем послышался противный хруст. Орбитокласт, разбив тонкую кость глазницы, с каждым ударом пробирался все ближе к лобной доле мозга, когда Баффи, испытав целый спектр боли, потеряла сознание.

***
В нос внезапно ударил тошнотворный болотный запах. Баффи поморщилась, осторожно открыла глаза и осмотрелась. Она находилась прямо на опушке Шахматного леса, затянутого плотной туманной дымкой. Позади нее расстилалось поле, состоящее сплошь из красных роз, над которым так же висела завеса тумана.
– Здравствуй, Баффи.
Девушка повернула голову в сторону звуков такого знакомого голоса.
Перед ней в длинном черном плаще, чуть ссутулившись и засунув руки в карманы, стоял Ангел.
Баффи с сомнением спросила:
– Это точно ты?
На тонких губах Ангела появилась полуулыбка, он внимательно посмотрел на девушку. Странно, но от его взгляда ей захотелось сжаться в маленький, дрожащий комок.
– И да и нет. Сейчас я Ангел. Такой ответ тебя устроит?
Баффи тяжко вздохнула и тихо ответила:
– Если честно, то нет.
Ангел подошел к ней вплотную и мягко сжал ее плечи.
– Баффи, тебе надо проснуться и убираться отсюда, пока не поздно.
– Но я не… – девушка осеклась, в груди начало подниматься чувство тревоги. – Я же не сплю, так?
– Нет, ты все еще блуждаешь во сне. Тебе нужно уйти отсюда.
Баффи хотела было что-то ответить, но Ангел ее опередил:
– Послушай. Самое сложное здесь, посреди этого поля – оставаться в сознании, но это можно сделать. Главное – ни в коем случае не прикасайся к этим цветам. Одно прикосновение сулит неминуемую гибель, а если ты погибнешь здесь, умрешь и в реальном мире.
Глаза Ангела наполнились печалью:
– Ты еще столько не успела сделать, чтобы вот так вот уйти, быстро и глупо. Поверь мне, Баффи.
Сзади вдруг раздался чей-то насмешливый голос:
– Милая, Капитан Большой лоб прав, – на этой фразе Ангел напрягся и, отвернувшись от Баффи, недобро уставился на говорившего. – Просыпайся и драпай отсюда, пока можешь.
Баффи с екнувшим сердцем обернулась на голос и встретилась глазами со Спайком. Тот широко улыбался.
– Спайк, – прошептала она, борясь с подступающими слезами.
– Да, милая. Спайк, более или менее. Но сейчас не об этом, – он пошарил в карманах и показал уже знакомое ей кольцо, блеснувшее золотом в тусклом свете. – Помнишь, Уилл дал это тебе? Подарок от Белой Королевы?
Девушка кивнула, и медленно подняла руку раскрытой ладонью вверх, словно призывая его подойти ближе.
Спайк, приблизившись к ней, аккуратно опустил кольцо на ее протянутую ладонь, и бережно сжал ее руку в кулак.
– Надень его, когда окажешься там, где цветы. Оно поможет тебе, убережет тебя от воздействия ядовитых испарений. Тогда ты сможешь провести остальных через поле. Они без тебя не справятся.
– Спасибо, – благодарно откликнулась Баффи, переводя взгляд с одного вампира на другого, – вам обоим.
Ангел тепло посмотрел на нее и произнес:
– Просыпайся, Баффи.
Туман сгустился. Поле сзади Баффи вдруг заволновалось, зашумело, словно от порыва сильного ветра. В этот момент она будто откуда-то издалека услышала тихий, полный уверенности, голос Спайка:
– Ты справишься, истребительница.
Баффи улыбнулась и едва заметила, как туман скрыл от нее Ангела и Спайка, и, как она сама внезапно оказалась погребенной под толстым слоем усохших, мертвых, ядовитых роз, накрывших ее с головой. Гнилостный запах разложения забился в нос и стремительно заполнил легкие. Баффи с трудом сделала вдох-другой, и открыла глаза.

***
– Очень странный запах, тяжелый, – сказала Баффи, морщась. – У нас в запасах, случайно, не найдется масок?
Они стояли буквально в двух шагах от тропинки, уводящей далеко вперед к горам, за которыми прятался замок Королевы.
Розовые кусты же, до которых было рукой подать, источали жуткую вонь, и это еще было мягко сказано.
Уиллоу покачала головой:
– Увы, нет. Я могу попробовать наколдовать что-то подобное, но сомневаюсь, что это нам сильно поможет.
– Попробуй, рыжая, прошу тебя, – сказал Шляпник, зажимая нос, и буравя тяжелым взглядом треклятые розы.
– Давай, Уиллоу, – ободряющим тоном сказал Ксандер, опуская ладонь на ее плечо.
Уиллоу благодарно улыбнулась ему и начала бормотать заклинания, глаза ее при этом почернели. По лицам путников тут же тенями поползли зачарованные, черные буквы неизвестного языка, от которых исходило мягкое, бледное свечение. Соединившись в слова, буквы застыли и без следа пропали.
– Я сделала все, что смогла, – сказала ведьма извиняющимся голосом. – Наши носы теперь защищены от запаха, но не от его воздействия, к сожалению.
Шляпник невесело усмехнулся:
– И на том спасибо, теперь хоть не так мерзко будет идти.
Баффи слегка дрожащими руками вытащила кольцо из кармана сумки и надела его на указательный палец.
– Что ж, вперед, – сказала она, делая глубокий вдох и решительно ступая на тропу.
Как только ее нога коснулась земли поля, розовые кусты по обе стороны от них вдруг устремились вверх, увеличившись метра на два, а то и три в высоту.
– Должен сказать, весьма необычная здесь флора, – сказал Ксандер, с праведным ужасом глядя на исполинские кусты. – Очень надеюсь, что они не оживут и не сожрут нас на полпути.
Остальные, представив себе такую картину, обеспокоенно посмотрели друг на дружку.
Баффи вдруг осенило:
– Ребята, давайте все возьмемся за руки. Что-то мне подсказывает, что это будет верным решением.
Послышались одобрительные возгласы, и путники с воодушевлением приняли ее предложение. Держась за руки, они двинулись вперед, осторожно, шаг за шагом приближаясь к конечной цели их путешествия. Цветы за их спинами тихо смыкали листья, плотно переплетаясь шипами и стеблями, медленно загоняя героев в ловушку.

***
Путники шли по бесконечной тропинке уже, без малого, два часа, время от времени громко переговариваясь друг с другом. Гигантские розовые кусты по обе стороны дороги периодически шумели своими листьями, будто от ветра, хотя ветра здесь и в помине не было. Внезапно они услышали отдаленный, все нарастающий гул.
– Эй, это разве не похоже на улей? – настороженно спросил Ксандер, прислушиваясь.
Остальные тоже прислушались.
– Похоже, – согласилась Уиллоу. Гул исходил по левую сторону от них прямо среди розовых кустов, и был слышен уже совсем близко. Вскоре они заметили и источник этого шума: то была груда сухих веток, опавших листьев, ржавых шурупов и еще какого-то металлолома. Все вместе образовывало большой шар, больше смахивающий на муравейник, чем на улей, и от этого шара как раз и исходил шум.
Вся команда, остановившись на безопасном расстоянии от сего улья, внимательно его рассматривала. Тем временем, в воздух поднялось пять жужжащих созданий, похожих на пчел, но пчелами, тем не менее, не являющихся. Во-первых, потому, что они были раза в два больше обычных пчел, а во-вторых, их тела состояли из шурупов, а крылья – из металлической сетки. Однако летали и жужжали они ровно как самые настоящие пчелы.
– Интересная чертовщина, – проговорил Шляпник, с подозрением следя за этими созданиями, которые, близко подлетев к путникам, внезапно попытались их ужалить. Баффи и Уиллоу среагировали мгновенно: ведьма поставила магический блок, а Баффи быстрыми ударами вострого ножа изрубила двух пчел на мелкие куски. Рубить их оказалось, на удивление, просто и приятно, чему девушка, несомненно, только обрадовалась.
Но недолгой была ее радость. В живых, если так можно было выразиться, оставалось, как минимум, еще три пчелы, которые в данный момент попытались напасть на Шляпника и Ксандера. Если Шляпнику удалось отбиться от двух двумя точными ударами меча, то Ксандеру повезло куда меньше. Он, конечно, сделал попытку защититься, но юркая пчела все же умудрилась ужалить его в шею. Ксандер вскрикнул и, обмякнув, упал спиной прямо в розовый куст. Шляпник, подскочив к оставшейся пчеле, быстро снес ей голову и изрубил в клочки крылья. Уиллоу, подбежав к лежащему без сознания Ксандеру, стала осматривать рану. Баффи и Шляпник опустились на корточки рядом с Уиллоу, с опаской глядя на Ксандера.
– Уиллоу, ты знаешь, что делать? – спросила Баффи. – Мы можем чем-то помочь?
– Нет необходимости, Баффи. У меня есть необходимые ингредиенты, можешь не волноваться, – ответила ведьма, достав из своей походной сумки бутыль с водой и начав промывать рану на шее Ксандера. – У него ожог, хорошо, что не серьезный, но, все-таки, рано радоваться. У меня есть антисептическое средство, это лучше, чем ничего. Но нужно чем-то закрыть рану, нужно что-то типа бинта или простой марли…
Баффи кивнув, порылась в своей сумке, но не нашла ничего подходящего, кроме носового платка, который она предусмотрительно взяла с разрешения Белой Королевы.
– Погоди, а вот это не поможет? – спросила она, показывая платок ведьме.
Уиллоу одобрительно закивала и, взяв платок, смочила его антисептиком, а затем перевязала им рану на шее юноши.
«Хорошо, что платок не маленького размера», – с облегчением подумала Баффи, наблюдая за тем, как Уиллоу аккуратно завязывает кончики ткани крепким узелком.
Послышался звук кашля: Ксандер начал приходить в себя.
– Проснулся, Зайчик, – произнес Шляпник, усмехнувшись, – очень вовремя, а то еще бы немного, и пришлось бы откачивать уже нас. Ядовитые пары, знаешь ли.
Ведьма снисходительно посмотрела на него и, передав Ксандеру бутыль с водой, поднялась на ноги.
– Прошу прощения, – виновато улыбнулся Ксандер, оглядывая всех, – я не специально.
– Ничего, Зайчик, – ободряющим тоном сказала Уиллоу и, вместе с Баффи и Шляпником они помогли Ксандеру встать. – Главное, что ты жив остался. Думаю, теперь мы можем двигаться дальше.
Ксандер кивнул и путники, поддерживая его с двух сторон, продолжили путь, надеясь, что яд, витавший в воздухе, еще не успел отравить их организмы соответствующим образом, и что в скором времени они смогут без помех миновать это место.

***
Какое-то время спустя прямо перед ними на пыльной дороге, словно из ниоткуда, возник маленький кекс, расположившийся на ажурной, миниатюрной тарелочке. Сверху на нем сахарной глазурью вились знакомые слова «Съешь меня».
– Подождите-ка, – произнесла Баффи, подозрительно уставившись на кекс, – я его уже видела.
– Когда и где? – спросила Уиллоу, посмотрев на нее с некоторой толикой удивления.
– Когда упала в нору, – ответила Баффи, и подошла к кексу ближе. – Он был в ящике письменного стола вместе с вострым ножом и ключом. Мне тогда это показалось странным, что еда, оружие и ключ от двери находились в письменном столе, – с этими словами она наклонилась и взяла кекс в руки.
– Что ты делаешь? Он тоже может оказаться ядовитым, как и эти цветы! – предостерегающе сказал Шляпник, с недоверием косясь на угощение в руке девушки.
– Мне так не кажется, – задумчиво сказала она и, недолго думая, откусила от кекса маленький кусочек.
– Подожди! – спохватившись, крикнули Уиллоу, Шляпник и Ксандер, но было уже поздно, теперь им оставалось лишь наблюдать за происходившими изменениями. Баффи, вдруг закашлявшись, схватилась за горло, выронив кекс, и начала… увеличиваться в размерах. Она увидела, как стремительно удалялась от земли, и какими маленькими становились ее спутники. Через мгновение она вдруг перестала расти, ростом став примерно с двухэтажный дом.
«Похоже, я увеличилась до своего обычного размера», – удивленно подумала Баффи, рассматривая свои руки и ноги, которые выглядели абсолютно нормально, и затем огляделась вокруг. Все поле теперь было как на ладони, и до замка, казалось, было рукой подать, хоть он все еще и выглядел игрушечным, теряясь среди гор вдалеке.
«Не такое это поле и большое», – немного разочарованно заметила девушка, – «и розы теперь не такие уж и страшные. Даже…»
Ее губы вдруг растянулись в злорадной улыбке.
– Я знаю, что делать! – крикнула она и, не дожидаясь ответа от остальных, подошла к розовым кустам. Все еще улыбаясь, Баффи вытащила вострый нож, который, по сравнению с цветами, выглядел теперь как настоящая коса, и, размахнувшись, начала уничтожать злосчастные кусты направо и налево, при этом ботинками успевая давить срезанные бутоны до состояния каши.
Уиллоу, Ксандер и Шляпник смотрели на всю эту картину, разинув рты.
– Похоже, владения Красной Королевы лишились своей главной достопримечательности, – вымолвил Шляпник, сняв шляпу и взъерошив волосы.
– Это точно, – согласился Ксандер, сощурив свой единственный глаз, – если узнает, лопнет от злости. И некому будет тогда рубить сплеча. Ведь, если подумать, не так уж это и безопасно.
Уиллоу и Шляпник, переглянувшись, вдруг захихикали.
– С плеч, а не сплеча, – выговорила Уиллоу, смахивая выступившие от смеха слезы, – а то похоже на каламбур.
– Не смешно, – пробурчал Ксандер, тем не менее, тоже улыбаясь. Все же, ситуация была более чем комичной.
Спустя какое-то время к ним подошла запыхавшаяся, но радостная Баффи. Лезвие ее ножа, ботинки и даже низ платья были покрыты уничтоженными лепестками, грустно опадавшими на землю прямо в пыль.
– Думаю, теперь нам не так страшен яд, как мы думали, – громко сказала Баффи, кивнув на кусты, вернее, на то, что от них осталось. Осталось, действительно, не так уж и много. Складывалось ощущение, что по полю проехал огромный трактор, собравший весь возможный урожай, и оставивший после себя травяное месиво.
– Слушайте, от кекса, вроде, еще что-то осталось, – Баффи махнула рукой в сторону кекса, который лежал там, где она его уронила, – я имею в виду, может быть, вам тоже… ну…
– Не объясняй, – прервала ее с улыбкой Уиллоу и, подойдя к кексу и взяв его в руки, ведьма закрыла глаза и легонько подула на него. Кекс тут же обуял поток волшебного воздуха, состоящий из золотистых искорок, полностью очистивший его от частиц земли и пыли. Ведьма разделила угощение на три части и раздала остальном. Откусив по кусочку, Уиллоу, Ксандер и Шляпник поравнялись ростом с Баффи.
– Кому расскажем, никто не поверит, – заулыбался Ксандер, осматривая себя со всех сторон, – Руперт и Аня точно не поверят.
Весело смеясь, путники двинулись дальше, не забывая срезать остальные треклятые розы, которые теперь едва доставали им до колен.

***
Спустя час разговоров и путешествия, в ходе которых они успевали «косить» (буквально) попадающиеся на пути розовые кусты, с ними приключилась следующая неожиданность.
– Стоп... что? – Баффи вдруг остановилась, засунув руку в карман платья. На ее лице было написано полнейшее изумление.
– Что случилось? – одновременно спросили Ксандер, Уиллоу и Шляпник, тоже остановившись.
– В моем кармане только что появилось это, – сказала девушка, вытаскивая наружу черный, кожаный мешочек размером с ладонь. Она развязала шнурок и достала плотно скрученный свиток пергамента.
– Баффи, что это? – спросила Уиллоу, заглянув ей за плечо.
– Похоже на послание, – задумчиво произнесла девушка, разворачивая свиток, на котором оказался текст, написанный от руки алыми чернилами.
Ее глаза заскользили по строчкам, уголки губ при этом опустились, а брови сузились к переносице.
– Похоже на какой-то бессмысленный бред, – протянула Баффи хмуро. – Только послушайте: «Когда в День Нерожденья заходящее солнце осветит последним лучом своим дверную скважину, стань, путник, у черной стены и дай впитать ей силы животворящей, в тебе текущей.»
Закончив читать, Баффи растерянно посмотрела на остальных:
– У меня два вопроса. Первый: какого черта все это значит? Второй: что такое День Нерожденья?
Уиллоу шумно вздохнула:
– На первый вопрос у меня нет ответа. Попробую объяснить второй. День Нерожденья – это событие, которое можно отмечать в любой день, кроме своего дня рождения. И это значит…
Ведьма вдруг радостно улыбнулась:
– Это ведь значит, что одна часть загадки разгадана! День Нерожденья – это ведь любой день! Теперь мы просто обязаны дойти до замка до захода солнца! Сегодня!
Говоря это, Уиллоу чуть ли не прыгала от бушевавших в ней эмоций. Она выхватила у Баффи лист, бегло перечитав его.
– И еще… поскольку в послании не указан никто конкретный, а просто написано «путник», то открыть проход может любой из нас. Осталось только выяснить, что за «животворящая сила, текущая в тебе», – добавила она задумчиво.
Все переглянулись. Уиллоу сотворила из воздуха часы и нахмурилась.
– До заката еще три часа. Поспешим, нам осталось немного.

***
Спустя какое-то время путники оказались перед неприступными стенами из темно-серого, практически черного, кирпича, которые устремлялись вверх, теряясь где-то далеко в черных облаках.
«Никакие это не горы, оказывается. Всего лишь обман зрения», – подумала Баффи, уперев руки в бока, и стараясь разглядеть каждый кирпичик.
В середине стены вырисовывались еле заметные очертания каменной двери.
– «Заходящее солнце осветит последним лучом своим дверную скважину», – процитировала Уиллоу, глядя на дверь. – Мы на месте. Осталось только…
Громкий, лязгающий шум, вдруг раздавшийся у них за спинами, не дал ей договорить. Все обернулись: перед ними в пятидесяти шагах стояло четыре стражника. По крайней мере, так показалось на первый взгляд.
На них уставились скелеты, самые настоящие, но со странными, квадратными телами, облаченные в серую кольчугу с белой туникой поверх и с рисунками пик, червей, трефов и бубен на ней, бордовые сапоги, перчатки и капюшоны таких же цветов, все в пятнах грязи и крови. Их головы были забинтованы грязными, пропитавшимися кровью бинтами, на месте глаз зияли черные дыры. В руках они держали копья с эмблемой витиеватого сердца на наконечнике, острия же были направлены на путников.
– Армия Красной Королевы, – прошептала Уиллоу. – Нас заметили.
Стражники, вдруг, сорвавшись с места, побежали к ним, переваливаясь с боку на бок. Команда, достав оружие, бросилась врассыпную. Отбежав на более или менее безопасное расстояние, Уиллоу наколдовала защитный блок, отразив атаку двух стражников. Баффи молниеносным движением вострого ножа отсекла руку с копьем у стражника с рисунками пик на одежде. Тот, яростно взвыв, попытался другой рукой схватить девушку за горло, но ему это сделать так и не удалось из-за Шляпника, неожиданно поставившего ему подножку, от чего стражник упал лицом в грязь. В тот же момент на них напали еще два скелета, начав атаками теснить их к стене. Пока Шляпник отбивался ударами своего короткого меча от стражника с рисунками бубен на груди, другой стражник (с рисунками червей), нанеся внезапный, колющий удар, сильно ранил Баффи в плечо, от чего та вскрикнула. Капельки крови брызнули во все стороны, попав на дверь за спиной девушки, мгновенно впитавшись в каменную поверхность, и от этих мест тут же начал идти пар.
Уиллоу, вместе с Ксандером отражавшая атаки скелета в одежде с рисунками трефов, обернулась на крик и ее глаза расширились от удивления.
– Баффи! – крикнула она, заклинанием отшвыривая стражника далеко в оставшиеся розовые кусты. – «Животворящая сила, текущая в тебе» – это кровь! Кровь сможет открыть проход в замок!
– Отличное время для откровений! – прокричала в ответ Баффи, нанося удар сверху и снося голову стражнику. Безголовое тело сразу же рухнуло на землю, не подавая признаков жизни. В это время Шляпник и Ксандер разделались с оставшимися скелетами и, вся команда героев, изрядно потрепанных, в царапинах и ссадинах, подошла к двери.
Вокруг начало темнеть, близился закат, и из-за туч впервые за долгое время выглянули реденькие лучи солнца, осветив стену. Баффи, недолго думая, прикоснулась рассеченной ладонью к двери, которая со скрипучим звуком начала медленно открываться вовнутрь.
Все рассмеялись с облегчением. Наконец-то они достигли конца пути!
Однако радость была недолгой: стоило Баффи убрать руку, и дверь тут же захлопнулась.
– Что-то тут не так, – пробормотала Уиллоу, – что-то не так…
Она начала ходить взад и вперед, напряженно думая:
– Если… если один должен сдерживать дверь таким образом, чтобы остальные смогли пройти дальше, то… это значит…
Спустя минуту ведьма остановилась, посмотрев на остальных, и мрачным тоном произнесла:
– Это значит, что кто-то один должен остаться здесь, по эту сторону.
В воздухе повисла напряженная тишина. Все всматривались в дверь, углубившись каждый в свои мысли.
– Похоже, мы должны решить, кто останется, – наконец высказал вслух Ксандер то, о чем все и так думали.
Баффи кашлянула, и тихо сказала:
– Вы не обязаны… идти за мной дальше, вы и так уже сделали для меня очень много. Без вашей помощи я бы не справилась, не дошла бы до конца.
Ксандер неслышно подошел ближе к двери.
– Это еще не конец, – сказал он, достав из ботинка небольшой кинжал, – вы пойдете дальше, а я останусь.
Шляпник неверяще уставился на него:
– Черт, Зайчик, ты серьезно?
– Что?! Ксандер, нет! – воскликнула Уиллоу, хватая его за руку, но он мягко отстранил ее.
– Не нужно, Гусеничка, это мое окончательное решение. Должен же я хоть в чем-то быть вам полезным, правильно?
Баффи вдруг подошла к нему и крепко обняла, не сказав ни слова.
– Эй, я же не собираюсь умирать, – пробормотал Ксандер, неловко высвобождаясь из ее объятий и густо краснея. – Кто ж еще будет доставать эту рыжую ведьму, если меня не станет?
Уиллоу, в глазах у которой стояли слезы, улыбнулась ему:
– Подожди.
Ведьма подошла к Баффи вплотную, внимательно посмотрев ей прямо в глаза и сказала:
– Белая Королева подсказала мне отличную идею, как придать тебе сил в борьбе со злом, что ожидает тебя впереди. Эта идея – заклинание выхода.
Заметив непонимающий взгляд девушки, Уиллоу терпеливо объяснила:
– Если говорить проще, то, когда Красная Королева разозлит тебя, это заклинание высвободит твою злость, которая станет твоим вторым оружием.
Баффи в ответ кивнула:
– Хорошо.
На губах ведьмы появилась легкая улыбка. Она дотронулась большим пальцем до центра лба Баффи и начала бормотать заклинание. Глаза Уиллоу заволокло белой пеленой так, что полностью пропали зрачки и радужка. Словно в зеркальном отражении, глаза Баффи также стали белыми. Белые и серебристые искорки света слетали бесконечным потоком с пальцев ведьмы, переплетаясь друг с другом и проходя сквозь тела девушек.
На лбу Баффи проявился светящийся, спиралевидный знак, который, ярко вспыхнув, впитался в кожу и бесследно пропал.
Уиллоу перевела дыхание и опустила руку:
– Теперь ты точно готова. Удачи тебе, Баффи.
С этими словами ведьма обняла девушку.
– Ты тоже не идешь, так ведь? – спросила Баффи с грустью.
Уиллоу покачала головой:
– Ты и без меня справишься. Ты сильная и храбрая. Ты – настоящий воин, Баффи, и я верю в тебя. Мы все в тебя верим.
Баффи прерывисто вздохнула, ответив:
– Спасибо, Уиллоу. Это значит для меня очень много.
Ксандер, сделав небольшой надрез на ладони ножом, прикоснулся к прохладному камню двери, и та снова открылась. Шляпник, стоявший рядом, подал девушке руку, которую Баффи сжала чуть дрожащими пальцами. Вместе они вошли в образовавшийся дверной проем и, не оглядываясь, направились прямиком в темноту.

Глава 6. Замок Красной Королевы


Баффи и Шляпник под громкие раскаты грома где-то высоко в небе ступили на холодный серый камень моста, тянущегося к зловещим, полуразрушенным стенам стоящего на холме замка. Редкий ветерок трепал порванные флаги с эмблемами сердец грязно-коричневого цвета, которые были закреплены на верхушках шпилей башенок. Позади замка, теряясь в серых облаках, тянулся вверх столб черно-красного пламени, который освещал замок, при этом делая его еще более пугающим. Вокруг стен был виден глубокий ров с темной, почти черной водой.
– Не похоже, чтобы там вообще кто-либо жил, – сказала Баффи, прикрывая рукой глаза и всматриваясь в безликие окна башен.
– Согласен, видок действительно нежилой, – пробормотал в ответ Уилл.
Держась за руки, они направлялись к воротам. Шаги звучали неожиданно гулким эхом, разносящимся далеко вокруг, и с каждым звуком сердце девушки замирало от потаенного страха. Скорее всего, Королева уже знала, что они близко и поджидала их.
Какое-то время спустя они подошли ближе ко рву, и Баффи ненароком посмотрела вниз. В темной воде везде, насколько хватало глаз, были видны плавающие бледные отрубленные головы и вздувшиеся тела. От воды поднимался странный красноватый пар, а в воздухе витала отвратительная вонь. От вида и запаха к горлу девушки вдруг подступила тошнота, и она поспешно отвернулась, уткнувшись Уиллу в плечо.
Они миновали открытые ворота, поскрипывающие на ветру, и оказались во внутреннем дворике замка, где также не было ни души. Сам двор, как и стены, тоже был в полуразрушенном состоянии. Тут и там виднелись ямы, брусчатка была в трещинах и кое-где совсем развалилась. У стен были высажены деревья, которые сейчас напоминали скорее замершие трупы: иссохшие ветки на манер пальцев скрючились, стволы сильно изогнуты, почти скручены в спираль. При этом, они выглядели настолько хрупкими, что казалось, дунешь на них, и они, того и гляди, совсем развалятся. Посреди двора высился донжон – главная башня, стены которой были сплошь увиты сухими побегами увядшего плюща.
Выпустив руку Шляпника и оглядевшись, Баффи сделала шаг по направлению к тяжелой на вид деревянной двери донжона, ведущей, похоже, прямо в королевское жилище. Ее рука потянулась было к латунной ручке-кольцу, но Уилл вдруг остановил ее.
– Баффи, – начал было он, но осекся и выжидательно посмотрел на нее. Не понимая толком, что делает, Баффи подалась вперед и, обняв Уилла за шею, осторожно поцеловала его. Он, на секунду растерявшись, ответил ей. Был ли это момент отчаяния, глупости или вконец одолевшего ее чувства одиночества – Баффи не знала и, если честно, не хотела знать. Просто сейчас это не имело ровным счетом никакого значения. Все, что было важно – это они и их маленькая бесконечность, застывшая в виде выплеснувшихся наконец чувств, переполнивших чашу их терпения. Спустя вечность, продлившуюся всего-то каких-то пару мгновений, Баффи отодвинулась и прошептала:
– Я знаю, что ты хотел сказать, и мой ответ – нет, я не жалею. За все то время, как я оказалась здесь, я ни разу не пожалела. Я вызвалась нести это бремя, и, если мне не суждено вернуться, то что ж, так тому и быть.
Уилл едва уловимым движением коснулся ее волос, проведя по ним пальцами, и завел одну прядь ей за ухо.
– Я восхищаюсь тобой, Баффи. И понимаю, почему Спайк тебя выбрал. Ты готова отдать все ради счастья других. И если у тебя есть важная цель, ты ни за что и никогда не отступишься, – он покачал головой с печальной улыбкой. – Дело теперь остается за малым: войти в эту дверь.
Баффи сделала глубокий вдох и, повернувшись к башне лицом, снова взялась за кольцо и, сделав усилие, потянула его на себя. Дверь нехотя поддалась с громким, скрипучим звуком. В тот же миг сзади них раздался звук звенящего, бряцающего металла. Баффи и Шляпник обернулись и увидели рядом с воротами стражников-скелетов, наподобие тех, которых они встретили в поле красных роз. Только вот у этой стражи оружие было посерьезнее: вместо копий они были вооружены секирами и булавами внушительных размеров. Рука Баффи машинально потянулась к ножнам, но Уилл отрицательно покачал головой.
– Иди, дальше я сам.
– Но…
Баффи не могла сдвинуться с места, борясь с отчаянным желанием помочь ему. Стражники медленно подступали к ним.
Шляпник посмотрел на девушку взглядом, полным такой решимости, что она неосознанно сделала шаг назад.
– Беги! Ну же!
Баффи вздрогнула и попятилась, оказавшись по ту сторону, и при этом чуть не споткнувшись о дверной порог. Уилл, вытащив свой меч, подбежал к двери и захлопнул ее со всей силы. Девушка погрузилась в полную темноту. За дверью, тем временем, раздались звуки сражения и яростные крики Шляпника, а далеко в темноте вдруг замерцала красно-желтая точка, привлекая внимание Баффи. Девушка, щурясь и напряженно дыша, осторожным шагом пошла на свет.

***
Свет привел Баффи в круглую комнату без дверей и окон. На стенах было бесчисленное множество ниш, в которых стояли тысячи черных свечей, горевшие красным пламенем. Вокруг нее у стен на подставках стояли четыре огромных зеркала разных форм: овальное, круглое, прямоугольное и квадратное. Девушка переводила подозрительный взгляд с одного зеркала на другое, однако ничего и никого, кроме своего отражения в них, так и не заметила.
– И что теперь? – досадливо спросила она, обращаясь к потолку. – Тупик?
В ее голове вдруг зазвучал елейный шепот:
– Отгадай загадку, и я пропущу тебя.
Баффи резко повернулась вокруг себя, смотря по сторонам. Никого. В комнате по-прежнему была только она, если не считать еще четыре ее отражения в зеркалах.
– Что за загадка?
Ответ не заставил себя долго ждать. От замогильных звуков этого голоса Баффи ощутила, как волосы у нее на руках буквально встали дыбом, а по телу побежали мурашки.
– Три зеркала врут, четвертое – говорит правду. За правдой скрывается проход.
– Опять абракадабра, – проворчала Баффи и сделала попытку сосредоточиться. – Уиллоу бы сюда…
Каждое из зеркал находились параллельно друг другу так, что создавались зеркальные коридоры. Однако их расположение, к сожалению, не наводило ни на какие разумные мысли. Подумав, девушка решила действовать наобум и решительно пошла в центр комнаты.
Как только ее ноги коснулись центра, вокруг начало происходить что-то странное: отражения в зеркалах вдруг изменились. В каждом из них Баффи видела себя, но с ней творились разные странности. Ее отражение слева вдруг поднесло руки к лицу и начало выдавливать себе глаза с безумной улыбкой. Отражение справа начало корчиться и извиваться, будто бы какая-то неведомая сила завладела ее телом, медленно убивая ее.
«Здесь пригодился бы экзорцист», – усмехнулась про себя Баффи, переводя взгляд на зеркало позади нее. Здесь ее отражение склонило голову набок и зловеще улыбнулось, из глаз и ушей вдруг тягуче потекла ярко-красная кровь. Девушка, не подав вида, что ее это хоть как-то задело, тем временем посмотрела на зеркало прямо перед собой. На нее уставилось ее собственное отражение, на первый взгляд, без каких-либо внешних изменений. Чтобы убедиться, что это правда она, Баффи подняла правую руку. Отражение повторило за ней. Баффи выдохнула и вдруг ощутила какое-то непонятное давление в висках. Ее отражение все также продолжало таращиться на нее, то хмурясь, то щурясь, как и реальная Баффи. Девушка почувствовала, что не может сделать вдох и, подняв руки, машинально ощупала шею. Ничего не обнаружив, она снова посмотрела в зеркало. Ее отражение вдруг подняло руку, оттопырив палец с кольцом, явно на что-то намекая.
Баффи, тяжело дыша, опустила руки и настолько быстро, насколько могла, сняла кольцо Амара. Блики света от многочисленных свечей осветили талисман, окрасив его в кровавые цвета. Девушка посмотрела на кольцо и на отражение, снова на кольцо, и, сделав пару шагов назад, размахнулась и бросила его прямо в зеркало. Поверхность треснула и полностью осыпалась, осколки с громким стуком падали на пол, разбиваясь на более мелкие частицы. Внутри зеркала оказался огромный, живой глаз с серебряной радужкой и со зрачком в форме красного сердца. Глаз немигающе уставился прямо на Баффи, белок его при этом противно подрагивал.
Рот девушки от удивления приоткрылся.
– Ты почти у цели, – тут же зазвенел в ее ушах голос, – осталось последнее – достать ключ.
– Что? Какой еще ключ? – непонимающе спросила Баффи, осознавая, что уже знает, где его искать.
Голос промолчал.
«Что ж, этого следовало ожидать», – подумала она и, достав из ножен свое верное оружие, встала напротив глаза.
«Была не была», – и с этой мыслью Баффи резким ударом воткнула нож прямо в зрачок глаза. Тот задрожал и стал сдуваться, из места прокола начала сочиться прозрачная, дурно пахнущая, вязкая жидкость. Затем из сдувшейся оболочки глазного яблока что-то с громким стуком быстро упало на пол. Баффи, поморщившись от отвращения, нагнулась и подобрала находку. Ей оказался старинный, ржавый ключ, весь покрытый мерзкой слизью.
«И что же им открывать?»
Словно в ответ на ее мысли в раме разбитого зеркала появилась замочная скважина. Девушка, секунду помедлив, осторожно вставила туда ключ и повернула его с жутким хрустом. На том месте, где ранее была зеркальная поверхность, в тот же миг образовалась туманная пелена, по которой то и дело пробегала рябь. Баффи неуверенно прикоснулась к пелене, к своему облегчению отметив, что ее рука свободно прошла сквозь нее без каких-либо помех. Глубоко вздохнув, девушка бесстрашно вошла в проем, оставив круглую комнату позади, и оказалась в огромном тронном зале, залитом светом множества факелов, висящих на стенах. Перед ней шагах в пятидесяти на пурпурном троне сидела темная фигура. Девушка сделала пару шагов вперед и потрясенно остановилась.

***
Баффи не верила в то, что видела перед собой. На нее смотрела точная копия ее самой, вот только у этой копии были темно-каштановые волосы, на ней не было синяков и царапин, да и одеяние у нее было куда более роскошным: длинное черно-красное платье в пол с рисунком из золотистых сердец, в одной руке был скипетр тоже с эмблемой сердца, а на голове – пурпурная с золотом миниатюрная корона. Ее лицо исказила самодовольная ухмылка.
– Неужели ты думала, что сможешь вот так запросто прийти и убить меня? – ее голос звучал ниже, чем голос Баффи, с хрипотцой, и от него веяло холодом и опасностью. – Ты ведь даже с собой справиться не в состоянии.
Королева, встав с трона, медленно направлялась в сторону Баффи, каблуки ее туфель мерно стучали по полу шахматной расцветки, и этот звук заставлял сердце девушки каждый раз отбивать чечетку.
– Вижу, ты запуталась, девочка. Ты, словно в лабиринте, блуждаешь, отчаявшись найти выход, ты в плену у собственных сомнений, иллюзий, страхов и чувства вины.
При этих словах рука Баффи слегка дернулась и ее ладонь сжалась в кулак.
– Похоже, я попала в самую точку.
Баффи выхватила вострый нож из ножен, висящих на поясе платья, и приняла боевую стойку.
– Видимо, по-хорошему ты не хочешь, так? Что ж, ладно, – Королева молниеносным движением разделила скипетр пополам: внутри пряталось длинное, острое лезвие меча. – Значит, будет по-плохому.
Баффи ответила презрительным взглядом и, вдруг сорвавшись с места, нанесла быстрый удар ножом. Мимо. Королева легко ушла от удара, но Баффи не сдавалась, наступая, снова и снова, делая выпад за выпадом. И каждый раз лезвие ножа со свистом рассекало и кололо лишь воздух. Королева словно играла с ней, смеясь ей в лицо. Баффи почувствовала прилив злости, когда Королева вновь уклонилась от ее атаки.
– Я же говорила, что ты не сможешь справиться с собой. Я слишком хорошо знаю тебя, ведь я – это ты.
Баффи прошипела сквозь зубы:
– Лучше бы тебе заткнуться…
Голос Королевы стал выше на октаву:
– Ты – угроза для собственного разума, Баффи. Все, что происходит в этом месте, все эти разрушения – это все из-за тебя. Если ты в это не веришь, советую заглянуть в себя и задать вопрос «Что я чувствую на самом деле?» Думаю, ответ тебя удивит.
Баффи опустила нож, недоверчиво глядя на Королеву:
– И что же, по-твоему, я должна чувствовать?
Та лишь пожала плечами, изобразив на лице искреннее недоумение:
– На этот вопрос только ты знаешь ответ. А пока ты раздумываешь, я, пожалуй, приглашу сюда гостя. Что-то мне подсказывает, что это поможет тебя вразумить.
С этими словами она замысловатыми движениями рук начертила в воздухе спираль. В местах, где она проводила руками, появилось золотое свечение, и свет все расширялся, пока не стал слепящим. Через мгновение из потока света появился шокированный Шляпник.
А еще через мгновение Королева с мерзкой улыбкой вонзила лезвие скипетра Уильяму в живот. В этот момент время будто остановилось. Баффи почувствовала, как все ее тело стало ватным, а пол буквально начал уходить у нее из-под ног. Ее мозг отказывался воспринимать происходящее у нее перед глазами. Словно в замедленной съемке Уилл, выронив из руки покрытый чем-то темным меч, осел на пол, пытаясь закрыть рану ладонями, кровь медленно пропитывала его жилетку с рубашкой, расползаясь отвратительной темно-красной кляксой в разные стороны. Шляпа съехала вниз с головы и с тихим стуком упала на пол. Все его тело дрожало, он невидяще уставился на свои окровавленные руки, и перевел взгляд на Баффи:
– Баффи, что…
Договорить он не смог, его лицо скривилось от нахлынувшей боли, из носа потекла кровь. Опомнившись, Баффи подбежала к Уиллу, и осторожными движениями помогла опереться об стену, старясь при этом не делать ему еще больнее. Трясущимися руками она разорвала ткань чулка на ноге и постаралась как можно плотнее перевязать рану, чтобы хоть немного остановить кровь. Уилл был слишком слаб, чтобы помешать ей, поэтому ограничился благодарным взглядом.
Сзади послышался ехидный смешок Королевы:
– Какая же это трогательная сцена. Влюбленные голубки наконец-то вместе спустя столько времени. Ничего не напоминает, а, Баффи? В Адской Пасти было почти так же? Один из вас умирает, а второй продолжает жить, при этом виня себя всю оставшуюся жизнь. Места разные, а сценарий все тот же.
Баффи резко обернулась к ней:
– Идиотка, что ты натворила?!
Королева с ухмылкой развела руками в стороны:
– Я всего лишь помогаю тебе.
Но Баффи уже не слушала ее: она выхватила вострый нож и набросилась на Королеву. Та поставила блок скипетром, лезвия скрестились с громким, противным, скрежещущим звуком. Баффи отскочила, тяжело дыша, чувствуя, как в ней закипает слепая ярость. Девушка даже не заметила, как в этот момент вокруг нее образовалась красноватая аура, но почувствовала, как ее тело наполняет мощный поток сил. Лезвие ее вострого ножа вытянулось, теперь это был самый настоящий одноручный меч, изящный и острый.
Лицо Королевы вдруг побагровело, она прошипела с плохо скрываемым гневом:
– Мерзкая тварь, ты пожалеешь, что явилась сюда.
Баффи обманным движением меча заставила Королеву уклониться влево и со всей силы ударила ее в челюсть. Королева отлетела на два метра назад, и с криком упала на колени. Баффи подошла к ней, взяла ее за волосы и, резко дернув их вниз, заставила посмотреть себе прямо в глаза. Затем Баффи приставила к ее горлу лезвие меча.
– Думаю, теперь ТЫ жалеешь, что встретилась со мной. Можешь умолять меня оставить тебе жизнь, но вряд ли я на это соглашусь.
Губы Королевы растянулись в издевательской усмешке, она прошептала:
– Ты все еще не понимаешь, верно? Ты – это я, мы единое целое. Поверь, мне все равно, что ты убьешь меня. Главное, что ты скоро отправишься следом за мной, если не сделаешь то, что должна, – она скосила глаза в сторону Уильяма.
Баффи проследила за ее взглядом: Уилл все еще сидел, прислонившись спиной к стене, его еще больше побледневшее лицо было запрокинуто, а глаза закрыты. Кровь уже успела пропитать ткань перевязки.
При виде этого зрелища все ее нутро похолодело, сердце защемило, подбородок задрожал. И в этот момент ее вдруг осенило. Что обычно следует за тем, когда ты признаешь свои ошибки, свою вину? Все просто: тебя прощают. Или не прощают, зависит от ситуации, но сейчас не об этом. Все это время Королева говорила ей о прощении. Она должна простить себя… и не только себя, но и его тоже. Все, что все эти три месяца грызло ее изнутри, она должна выпустить, только так она освободится.
– Я понимаю. Я прощаю… тебя, – с этими словами Баффи сделала небрежное движение рукой в сторону, лезвие меча полоснуло горло Королевы, оставив глубокий порез, та захрипела, захлебываясь собственной кровью и, издав последний крик, вдруг рассыпалась на тысячи мелких осколков, которые, касаясь пола, тут же бесследно испарялись. Звуки голоса Королевы постепенно затухали, устремившись вверх. В то же мгновение стены зала затряслись, с потолка начала сыпаться крупная каменная крошка. Баффи бросила меч и, подбежав к Уиллу, попыталась поднять его на ноги. Он открыл глаза и осторожно убрал ее руки со словами:
– Перестань, тебе лучше оставить меня здесь и выбираться отсюда, пока есть время…
– Что?! И слушать не хочу, я не могу допустить, чтобы это снова произошло! – горячо возразила Баффи, беря Уилла под руку, – я не хочу, чтобы ты снова умер из-за меня…
Уилл покачал головой:
– Милая, ты должна кое-что знать.
Он наклонился ближе к ней и сказал то, что заставило ее мысленно сжаться в комок:
– В твоей реальности Спайк… жив.
Баффи судорожно вздохнула, ее глаза расширились от удивления:
– Что? Но… почему он молчал все это время?
Уилл слабо улыбнулся:
– Как будто ты Спайка не знаешь. Плюс, пообщавшись с Ангелом, еще не такого глупого дерьма наберешься.
Баффи помрачнела:
– Я догадываюсь, что он ему наговорил.
Уилл вдруг напрягся, крепче прижав руку к ране, и сказал с явным трудом:
– Баффи, милая… я должен был сказать тебе раньше. Я… то есть Спайк… никогда не винил тебя в том, что произошло. Отпусти эту ситуацию, перестань заниматься самокопанием и начни, наконец, жить дальше. Спайк не стал бы держать на тебя зла, ты должна понимать это. И я… должен тебя тоже спросить: простила ли ты меня… его? За все то зло, что я… он…когда-либо причинил тебе, и за ту… сцену в ванной…
Уилл, тяжело дыша, вопросительно посмотрел на нее. От услышанного все нутро Баффи обдало жаром, а глазам стало больно.
Наконец она ответила:
– Конечно, я простила тебя. Как я могу… я же…
Он приложил палец к ее губам:
– Подожди, не говори пока. Скажешь, когда наступит правильный момент. А теперь… не трать зря времени. Вспомни: здесь не твоя реальность. Ты должна выбраться.
Он наклонился к ней, сжав ее плечи, и пристально посмотрел ей в глаза:
– Проснись, Баффи.
Внезапно пронзившая ее тело острая боль заставила девушку истошно закричать. Последнее, что она успела запомнить – это теплую улыбку Уилла, кровавый след на его лице, тянущийся к губам и его глаза, блестящие от слез.

Глава 7. Прочь из кошмара


Баффи очнулась и резко села. Она находилась на холодном полу какой-то слабо освещенной комнаты. Лампа на потолке периодически моргала, создавая эффект дешевого фильма ужасов. Справа от Баффи находился стальной стол на опоре.
Девушка поморщилась, ощущая ноющую боль в руках, и поднялась с пола, отметив про себя, что на ней была больничная ночная рубашка, а на кистях рук, помимо браслета с ее именем и номером палаты, красовались пластыри с проступившими на них пятнами свежей крови. Оглянувшись, она сообразила, что находится в секционном зале и это, определенно, был морг.
Баффи поежилась, и хотела было направиться к двери, как неожиданно повернулась ручка, и дверь, скрипнув, отворилась. В дверном проеме стоял ее психиатр, доктор Стюарт Фокс.
– Прекрасно. Наконец-то я тебя нашел. Вижу, что ты пришла в себя и хорошо выглядишь. Видимо, пришла пора нам с тобой поговорить.
Баффи попятилась и, наткнувшись на секционный стол, замерла.
– Не бойся меня, Баффи. Терапия явно пошла тебе на пользу.
– О да, конечно. Я знаю, что Вы хотели сделать со мной, – девушка как можно незаметнее завела руку за спину, ощупывая поверхность стола в поисках какого-либо средства для защиты. – Вы хотели похоронить меня, мою сущность, в моем собственном разуме. Сделать из меня овощ.
– В чем-то ты права. Я действительно собирался провести еще одну терапию, т.к. гипноза и электрошока мне было мало. Думаю, ты уже догадалась, что я имею в виду лоботомию.
Глаза Баффи расширились от удивления и страха.
– Если я правильно помню, лоботомией лечатся случаи шизофрении. Вот только, – рука Баффи наткнулась на скальпель (спасибо рассеянному врачу, на ее счастье оставившему свои драгоценные инструменты не там, где нужно) и сжала его, – я не страдаю раздвоением личности.
Доктор закрыл за собой дверь и стал медленно приближаться к ней:
– О, я знаю это. Видишь ли, это был мой личный интерес. Поскольку, как я не так давно обнаружил, ты являешься истребительницей, избранной, я хотел бы подробнее изучить тебя. Ты слишком интересна, чтобы вообще выпускать тебя отсюда, и слишком опасна, чтобы оставлять тебя в живых. Собственно, по этим причинам я собирался применить на тебе все известные мне методы лечения, включая даже нетрадиционные и устаревшие.
Баффи не сводила с него глаз, крепко сжимая скальпель в похолодевшей руке. Ей хотелось одного: убежать отсюда и как можно быстрее.
На лице Стюарта Фокса блуждала странная улыбка, от которой все тело Баффи сковал обжигающий холод. Кроме того, она неожиданно ощутила старое знакомое покалывание в затылке.
«Неужели?» – подумала она, и в этот момент дверь широко распахнулась, отскочив от стены, чудом не сорвавшись с петель, – настолько сильным был удар.
В комнату вошла темная фигура в черном плаще. Лампа на потолке снова замигала, свет рябил в глазах, но Баффи смогла разглядеть вошедшего. Это был Спайк.

***
– Весьма интересные методы, доктор, – ухмыльнулся вампир, поигрывая мечом в руке. – Боюсь, в твоем случае они не сработают.
Фокс хмуро уставился на чужака:
– Посторонним запрещено спускаться в отделение морга, к тому же время посещений, – он взглянул на свои часы, – давным-давно вышло.
– О, я не посторонний, дорогуша. Я всегда желанный гость для нее, – Спайк кивнул в сторону Баффи. – Милая, ты в порядке? Этот чокнутый профессор обидел тебя?
Баффи едва заметно покачала головой и слабо улыбнулась одними губами.
Спайк подозрительно сощурил глаза:
– Если ты, извращенец старый, все же сделал с ней что-то, клянусь, твоя шкура будет украшать фасад этой больнички, а зад – кормить голубей. Даю тебе один-единственный шанс спасти свою жизнь. Умоляй.
Доктор одарил того презрительным взглядом:
– С чего ты взял, что я это сделаю?
В мгновение ока он ловко извернулся и с быстротой, которой могут позавидовать даже вампиры, дернул Баффи к себе, крепко сжав локоть ее правой руки, а вторую руку со скальпелем прижал к ее горлу так, что лезвие царапнуло нежную кожу, оставив небольшую, свежую царапину.
Баффи оказалась в ловушке, не в силах пошевельнуться.
Спайк замер, опустив меч и настороженно следя за Фоксом.
– Эй, полегче. Ты же не самоубийца, верно? Давай так: ты отпускаешь ее, и мы расходимся по домам, что значит, что ты будешь преспокойно жить и творить всякую аморальную хрень дальше, а я тебя не убью, даже искать тебя не буду, – Спайк задумался. – Хотя нет, знаешь, велик соблазн немного над тобой поглумиться.
Фокс расхохотался:
– Ты это серьезно? По-твоему, разумно полагать, что я поддамся на твои уговоры? Эта девушка, – он почти нежно убрал пряди волос с ее лица, от чего Баффи передернуло от отвращения, – мое ценное приобретение, а я не упущу случая поработать с демоническими силами. Она станет моим величайшим открытием, я это чувствую. Она – мой билет в…
Доктор не договорил: улучив момент, Баффи изо всех сил пнула его по ноге в место под коленом. Фокс не ожидал такого подвоха и от неожиданности отпустил ее руки, при этом упав на пол. Она, почти выронив скальпель, все же успела вонзить его доктору в правый бок и уже собиралась отбежать на безопасное расстояние, когда Фокс, взвыв от боли, схватил ее за лодыжку. Девушка пошатнулась и чуть не упала, но вовремя среагировавший Спайк не дал ей этого сделать. Он подхватил ее под руки и отвел в сторону. Ноги Баффи задрожали, и девушка тяжело опустилась на пол.
Фокс поднялся, пошатываясь, и прохрипел:
– Дрянь, это еще не все! Мой великолепный эксперимент не может закончиться вот так просто. Ты так легко отсюда не уйдешь, поверь мне.
Спайк скривился:
– Черт возьми, у меня уши вянут, аж в трубочку сворачиваются от такого вопиюще бессмысленного и пафосного потока так называемых слов, которые выходят из твоего рта. Еще чуть-чуть и эта штука, – вампир указал на лезвие меча, – будет торчать у тебя из причинного места.
Доктор зло посмотрел на него, потянулся к рукоятке скальпеля и, сделав усилие, с шипением вытащил окровавленный нож и наставил его на вампира:
– Это мы еще посмотрим.
Спайк в ответ фыркнул и, в два прыжка преодолев расстояние между ними, нанес удар мечом, метя доктору в солнечное сплетение. Доктор, успев уклониться в последнюю минуту, нанес обманный удар с прицелом в голову, тем самым заставив Спайка поднять руки, и врезал вампиру в незащищенный пах. Спайк, согнувшись, отступил. Его захлестнула бешеная злость, заставив мгновенно преобразиться: его глаза пожелтели, а кожа стала бугристой. Подняв голову, он оскалился, издав низкий, полный злобы, рык, и резко ударил Фокса ногой с разворота, попав носком берца прямиком ему в челюсть. Удар заставил доктора сильно пошатнуться, но, на удивление, он удержался на ногах. Фокс встряхнул головой, из носа потекла кровь. Вампир не стал ждать, пока тот очухается и, подскочив, снова атаковал доктора ударом с ноги. Фокс, в свою очередь, увернулся от атаки, и попытался проткнуть вампира скальпелем. К его глубочайшему сожалению, из-за ранения он сделал это слишком медленно. Спайк быстро пригнулся, и сделал низкую круговую подсечку, от чего Фокс с грохотом упал, сильно приложившись затылком об пол, при этом умудрившись остаться в сознании. Вампир зарычал и, не дав ему встать, одним мощным ударом с правой отправил доктора в глубокий нокаут. Сильный запах крови кружил голову, и Спайк, с трудом преодолев в себе желание укусить его, вынужденно отвернулся. Затем, все еще тяжело дыша, он спрятал меч в ножны под своим плащом, вернул себе человеческий вид, и подошел к Баффи, съежившейся в углу. Спайк опустился на пол напротив нее.
– Милая, все в порядке?
Девушка подняла голову, посмотрев на него: в глазах блестели слезы. Она еле слышно всхлипнула и протянула к нему дрожащую руку, прошептав:
– Я ведь не сплю, правильно? Это действительно ты?
Вампир взял ее протянутую руку в свою и, придвинувшись ближе, тихонько обнял.
– К сожалению или к счастью, это я, Баффи. Прости… что не сказал. Теперь я вижу, что должен был предупредить тебя. Если говорить начистоту, то, милая, ты угодила в какую-то задницу.
Баффи нервно рассмеялась сквозь слезы:
– Ты прав, я была в заднице, полной и беспроглядной. И ты очень вовремя очутился здесь, т.к., похоже, из меня собирались сделать лабораторную крыску или, возможно, научный экспонат для выставки в музеях… Не буду спрашивать, как ты меня нашел, но все же спрашиваю, поскольку мне интересно, кто осмелился выдать мое местонахождение.
– Это Уиллоу. Не вини ее. Мне нужна была ее помощь в одном деле, так что… я вызвал ее, а после уже узнал, что произошло с тобой. Я… просто не смог больше оставаться в стороне, скрываться и делать вид, что тебе будет лучше без меня. Я искренне считал, что не пристало героям после их героической смерти возвращаться. Это совсем не по-геройски, знаешь ли.
В голосе Спайка сквозила горькая усмешка. Баффи отстранилась, и хмуро посмотрела на него:
– Спайк, ты абсолютный идиот. Ты… ты сделал то же самое, что и Ангел – ты все решил за моей спиной, не удосужившись спросить мое мнение. С чего ты вообще взял, что мне будет лучше без тебя?
Вампир открыл было рот, чтобы ответить, но сконфуженно отвел взгляд в сторону, сказав всего лишь одно слово:
– Прости…
Взгляд Баффи смягчился, она едва уловимым движением коснулась его щеки, проведя пальцем по линии скулы вниз до подбородка.
– Знаешь, я скучала по тебе. Последних трех месяцев, видимо, хватило, чтобы, в итоге, я смогла в себе разобраться. У меня было ощущение, что я вконец спятила… все было таким реальным и нереальным одновременно. Я имею в виду, здесь, – она дотронулась указательным пальцем до своего лба. – Мой так называемый психиатр хотел запереть меня внутри моего собственного разума, сделать меня безвольной куклой. Звучит бредово, конечно. Из его слов я поняла немного, знаю только, что он применял гипноз, какие-то неизвестные мне препараты и, кажется, электрошок, – девушка перевела взгляд на пластыри, покрывавшие ее руки, – остального я не помню. Не могу вспомнить, как попала в эту больницу, даже то, что происходило в последние пару часов. Все, как в тумане. Моя жизнь будто разделилась надвое: с одной стороны Саннидейл, где были все мои друзья и родные, и ты был еще жив, а с другой – это словно пост мортем, жизнь после твоей смерти, это как во время беспробудного пьянства или принятия наркотиков, я словно не жила вообще. А потом случилось то, что случилось. Я практически не спала, каждую ночь ходила в патруль вместе с отрядом истребительниц, мы постоянно обучали новеньких, охотились на вампиров и демонов, попадали в неприятности. Это вроде была неплохая жизнь, пусть и рутинная местами. Но в какой-то момент мой организм не выдержал. Я настолько ослабела, что потеряла сознание прямо во время патрулирования. И все. Дальше все, что касается реальности, обрывочно. Все, что мне удалось удержать в памяти – это Страна Чудес, я в роли Алисы, мои друзья, почему-то представившиеся именами животных, Королевы, Красная и Белая, и ты… ой… то есть, Шляпник, и я оставила его умирать…
Левая бровь вампира поползла вверх от удивления:
– Черт возьми, Баффи! Милая, я и не представлял, что все было НАСТОЛЬКО паршиво... Чувствую себя распоследним монстром…
Он крепче обнял ее, затем, отпустив, вскочил на ноги, с силой сжимая пальцы в кулаки. На его лице была написана такая бешеная ярость, что Баффи, испугавшись, вжалась в стену.
– Пора тебе выбираться из этого кошмара. Но сначала, – он поднял с пола скальпель, окровавленное лезвие которого опасно блеснуло в холодном свете мигающей лампы. Лицо Спайка вновь преобразилось, он кровожадно улыбнулся, обнажив острые клыки, – я выполню свое желание.

Эпилог


Прошло около пяти дней с того момента, когда Спайк вытащил ослабевшую Баффи из больницы, а также позаботился о ее безопасности. И теперь, сидя в кресле с завтраком в руках, одетая в домашние шорты и красную рубашку не по размеру, и смотря утренний выпуск новостей, девушка была шокирована, возмущена и счастлива одновременно. В новостях сообщалось, что в Королевской Эдинбургской больнице (Royal Edinburgh Hospital) полиция обнаружила распятое на стене морга тело некоего Стюарта Фокса, который, как оказалось, работал психиатром в указанной больнице более десяти лет. На груди доктора скальпелем, как выяснили впоследствии детективы, было вырезано четыре слова: «Я истреблю вас всех». К прибытию полицейских доктор был уже мертв, как минимум, двое суток. Полицией также было выявлено, что у психиатра, оказывается, было темное прошлое: он изнасиловал примерно десять пациенток, а также изощренными способами убил трех человек. Тела и вещи пострадавших были обнаружены в кабинете доктора, в отделении морга, а также в его собственной квартире. Среди вещей также были найдены деревянные колья, при виде которых Баффи чуть не подавилась. Администрация больницы, в свою очередь, сообщила, что выплатит через суд солидную компенсацию всем семьям пострадавших, а о докторе больше никогда не будет упоминать ни единого слова во избежание ненужной огласки.
– Ты это видел?! – крикнула Баффи, вскакивая с кресла и направляясь в кухню, где Спайк заваривал две чашки крепкого чая «Эрл Грей». – Наконец-то они вытащили глаза из задницы, и увидели, что за кадр у них работал. Справедливость все-таки на моей стороне.
Вампир, казалось, вовсе не был удивлен услышанному.
– По-другому и быть не могло, – сказал он голосом, в котором сквозили презрение и злость. – Мое весьма прозрачное предупреждение увидят те, кто нужно. Больные ублюдки… Больше никто из этих психов к тебе не сунется, я это тебе гарантирую. Иначе я не был бы Уильямом «Кровавым».
Баффи широко улыбнулась и пристально посмотрела на него:
– Ты как-то… изменился. Может, не так сильно, но это заметно. Я это вижу. Это даже немного пугает, – Баффи помедлила, обдумывая, что сказать дальше. – Что с тобой случилось после? Ну, ты понял…
– Милая, много воды с тех пор утекло. Если вкратце, то это все тот треклятый амулет, он вернул меня через 19 дней после моей гибели в Адской пасти. Я долгое время был что-то типа призрака в корпорации зла, старался бесить Ангела при каждой возможности и его команду, по крайней мере, некоторых. Потом мне внезапно вернули твердость духа, характера и тела, конечно же. Первое, о чем я тогда подумал – найти тебя, все тебе рассказать. Вот только, спасибо Ангелу, он меня отговорил. Далее – Рим. Мы, кстати, были в том клубе и видели тебя в компании Бессмертного. Судя по виду, ты точно не страдала. Я, наверное, лучше опущу наши злоключения с Ангелом, это не настолько интересно, – Спайк оперся спиной о столешницу и замолчал. В воздухе ненадолго повисла неловкая тишина. Баффи скрестила руки на груди, и тихо сказала:
– Это не меня ты видел тогда в Риме.
Вампир недоверчиво посмотрел на нее:
– Серьезно? А кого тогда?
– Это была идея Эндрю. Он решил, что мне небезопасно появляться лично в общественных местах, поэтому… несколько истребительниц, скажем так, «удостоились чести» примерить на себя мою внешность.
– Вот как… Эндрю, я так понимаю, промолчал, что вообще видел нас, – Спайк хмыкнул.
Девушка, покраснев, слегка дрожащими пальцами убрала выбившуюся прядь волос за ухо и сказала:
– Он только привез эту сумасшедшую истребительницу, Дану. Про тебя не сказал ни слова, что странно, мне казалось, что он любит и уважает тебя больше всех остальных… Ладно, – Баффи со вздохом подняла руки в примирительном жесте, – давай опустим эту тему. Что было дальше?
– Дальше был очередной апокалипсис, в ходе которого Лос-Анджелес провел какое-то время в адском измерении. У меня тогда было что-то наподобие подпольной организации, я пытался спасти мирных жителей от печальной участи быть съеденными местными Аль Капоне, и одновременно я тренировал армию боевых девиц. Вместе с Коннором, кстати. Сынок Ангела на редкость смышленый парниша, да и талантливый, к тому же, в отличие от папочки. А вот Ангелу не шибко повезло, он стал обычным смертным. В аду. Не слишком удачное стечение обстоятельств, не находишь? Мне даже было его слегка жаль. Черт, я это вслух сказал, да? – Спайк сделал удивленное лицо, но заметив взгляд Баффи, обворожительно улыбнулся. – Я пошутил, если что. Уже после ада меня немного помотало по разным местам. Я даже в психушке был, вернее, как это официально обзывалось, в Оздоровительном центре Мозаика. И у меня даже была своя небольшая команда, в которую входили Бэтта Джордж, рыба-телепат, Бэк, девчонка, весьма искусно владевшая пирокинезом, и Джерри..., – вампир задумался, – стоп... Джереми... с ним мы еще в аду познакомились… Милая, не смотри на меня так.
Баффи хихикнула:
– Как – так?
Спайк слегка склонил голову вбок:
– Вот так. Ты нос морщишь. Не подумай ничего плохого, мне даже нравится. И взгляд у тебя какой-то хитрый, и улыбка больно странная. Еще ты напряжена. А сейчас, похоже, ты свернешь мне шею, правильно?
Девушка сощурила глаза:
– Прекрати, Спайк. С какой стати мне причинять тебе боль? После всего, что ты сделал для меня, как минимум, я должна тебя отблагодарить.
Баффи, подошла к вампиру вплотную, обвивая руками его шею:
– Я действительно благодарна тебе… до конца жизни, если не больше. Впервые за долгое время мне, наконец-то, спокойно. А еще я счастлива здесь и сейчас… с тобой…
В ответ Спайк обнял ее за талию, вовлекая в долгий, чувственный поцелуй. Баффи показалось, что прошла целая вечность, прежде чем он отстранился с легкой улыбкой на губах. Девушка при этом издала разочарованный стон.
– Ты ведь точно… меня простила? – решил уточнить вампир, испытующе глядя в глаза Баффи.
– Да. Я давно тебя простила, и хватит спрашивать об этом, а не то я тебя покусаю. И я не шучу.
Спайк рассмеялся:
– Боюсь, милая, кусать – это моя прерогатива. Если ты, конечно, все та же истребительница и не боишься большого, грозного и весьма обаятельного вампира.
Баффи в ответ шутливо щелкнула его по лбу.
– Ауч! Больно же! – Спайк в притворном возмущении схватился за голову. – Это еще за что?
– Ты много болтаешь и опять все превращаешь в шутку! Даже вот такие… моменты.
Вампир с самодовольной ухмылкой взял девушку за руки:
– Баффи… Я знаю, что ты сейчас хочешь, и что тебе это нужно. Ты, я, ночь, – он игриво подмигнул ей, – мрачный, холодный гранит… Немного покувыркаться среди могил…
– Патруль?
– На самом деле я надеялся на немного другое, но ты, как всегда, слишком прямолинейна. Патруль, так точно. Предлагаю тебе потанцевать. Как раньше.
Баффи хитро улыбнулась:
– Хватай плащ и не забудь сигареты. У нас впереди долгая ночь.

***
Ранним утром за окном внезапно пошел снег. Крупные белые хлопья медленно кружились в воздухе, оседая на крышах, окнах домов, на дорогах и одежде редких прохожих. Поистине волшебная картинка: наблюдать, как Далкит (Dalkeith), небольшой городок, находящийся в 6 милях от Эдинбурга, с его тихими, старинными улочками постепенно одевается в белое, готовясь встретить Рождество.
Баффи проснулась в прекрасном настроении, и с ощущением, что наконец-то отдохнула. Ночка была крайне плодотворной: им удалось зачистить пару кладбищ без излишней грязи, выпить в баре, да еще и вернуться домой за пару часов до рассвета.
Заметив, что вампира в постели не было, она быстро накинула халат поверх пижамы, выбегая из комнаты и, перевесившись через перила, крикнула:
– Спайк!
Ответом ей служила гнетущая тишина. Девушка с часто бившимся в растущей тревоге сердцем сбежала вниз по лестнице, остановившись в дверях гостиной.
– Спайк?
Здесь его тоже не было. Баффи поплотнее запахнула халат, направляясь в сторону дивана.
«Он не мог так просто взять и испариться, – подумала она, лихорадочно озираясь вокруг. – Должно же быть хоть что-то…»
Ее взгляд вдруг наткнулся на аккуратно сложенный листок бумаги, лежащий на кофейном столике. Девушка, чертыхнувшись, присела на край дивана и, слегка дрожащими от волнения пальцами развернула его и начала читать:
«Баффи, надеюсь, у тебя было доброе утро. Я старался не шуметь, чтобы не разбудить тебя. Ты казалась такой умиротворенной и спокойной, что было бы кощунством потревожить твой сон. И да, я знаю, что ты была бы от этого не в восторге, а мне не очень хотелось получить от тебя пару новых синяков или еще чего похуже. Просто я знаю тебя, истребительница, и от этого знания уже никуда не денешься, как бы мне этого ни хотелось. Кстати, здесь ты должна закатить глаза и назвать меня свиньей. В точку?»
Баффи не удержалась от довольной улыбки на этом моменте.
«Тебе бы не понравилось, скажи я вслух то, что собираюсь сделать. У меня осталось незаконченным одно дело в Лас-Вегасе: спуститься в самое пекло филиала ада Вольфрам и Харт и «слегка» расстроить их планы. Корешок зла в очередной гребаный раз нужно вырвать, и я этим займусь. Просто… чувствую, что это мой долг, и именно я должен это сделать».
– И ведь не упустишь случая погеройствовать, так ведь? – горько заметила Баффи, продолжая читать.
«Я говорил тебе миллионы раз до этого и скажу снова: Баффи, для меня ты – единственная. Ты всегда была единственным лучиком добра и света в моем мире, который заставлял меня двигаться дальше (я не могу сказать «жить», поскольку, как ты знаешь, технически, я не живу). Обещаю тебе, что вернусь. Я преодолею саму вечность, только чтобы вновь увидеть твою улыбку. И на этот раз, клянусь тебе, вечность не займет много времени. Может, только самую малость. Извини за излишний драматизм, но во мне ведь все еще жив поэт, помнишь?»
– Попробуй тут забыть, – проворчала девушка, переворачивая исписанный лист другой стороной.
«До того времени настоятельно прошу тебя больше не попадать в неприятности с участием безумных психиатров. Запомни: ты мне нужна в здравом уме и светлой памяти. Вегетативное состояние я не приму. Я не некрофил, знаешь ли.
Ненавижу прощаться. Поэтому я решил уйти, как истинный англичанин (представь, что здесь я пафосно задираю нос). Надеюсь, ты простишь меня за это.
P.S. Если будет внеплановый апокалипсис, свяжись со мной. Посидим где-нибудь на крыше, в первых рядах, так сказать, пива попьем, глядя на сгорающий мир… Что-то я увлекся.
Телефон для связи оставлю ниже. Можешь себе такое представить: меня, да еще и с телефоном?»
Баффи усмехнулась:
– Определенно, нет.
«Вот и я не могу.
Знаешь, я все еще люблю тебя. И даже если мир навсегда рухнет в черноту, мое чувство к тебе не изменится. Ты – адская девушка, истребительница. Будь той, кто ты есть, и не забывай своего предназначения.»
Баффи перечитала еще раз последние строчки, ощущая, как в груди разливается странная смесь чувств из тепла, легкости и тоски. На этот раз она знала, что он точно здесь, и что она его больше ни за что не потеряет. Но, черт возьми, почему же она чувствует себя так паршиво?..
Вдруг завибрировал телефон, до этого мирно лежащий на столике у дивана. На дисплее высветилось имя «Ксандер».
Баффи взяла телефон, нажав зеленую кнопку:
– Привет, Ксан.
В трубке с той стороны раздался удивленный возглас:
– Баффи! С тобой все в порядке?! Я только что разговаривал с Уиллоу, это правда, что ты была в той психушке, которую в новостях вчера показывали?
– Я в порядке, не переживай ты так. И да, я была там.
– Черт! Баффи… и ты уже знаешь, да?
Девушка печально улыбнулась:
– Да, я знаю.
– Ох… он с тобой?
– Был. Он ушел, оставил записку. Написал, что есть неотложное дело в Вегасе.
– Хм… Баффи, послушай. Нам вчера доложили, что Вольфрам и Харт протащили сквозь измерения инопланетный корабль прямо в Вегас. Старшие Партнеры собирались покинуть Землю, правда, нам неизвестны их дальнейшие планы. В общем, Спайк в самом эпицентре. И не вздумай волноваться, он в порядке.
Баффи почувствовала невероятное облегчение, с ее плеч будто бы целая гора свалилась.
– Ксан… спасибо, не представляешь, насколько для меня это важно.
– Да, я понимаю. Вернее… теперь понимаю. Слушай… у нас есть одна не очень приятная проблема относительно вампиров и твоей… косы.
Баффи резко встала с дивана:
– Что случилось?
– Твое истребительское оружие увела у нас из-под носа парочка вампиров. Представь себе, они умеют превращаться в животных, прямо как Дракула! Нам удалось напасть на их след и, в общем, нам нужно в срочном порядке выдвигаться в Японию. Участвуешь?
– Конечно. Я в деле.
– Отлично, через полчаса встречаемся у тебя. Уиллоу телепортирует нас на место.
– Принято.
Баффи, повесив трубку, оглядела себя и, выругавшись, побежала наверх собирать вещи.
– В конце-то концов, не буду же я сидеть, сложа руки, когда тут творится такое? – рассуждала она вслух, выуживая из шкафа сумку с целым арсеналом боеприпасов и оружия против вампиров: деревянными кольями, святой водой, несколькими видами арбалетов, секирой и другим. – Отпуск в виде трех месяцев больничного у меня уже был, а значит…
Баффи зарядила арбалет тонкой, но прочной и острой деревянной стрелой, и загадочно улыбнулась:
– Значит, истребительница вернулась.
Смотрите также:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться, либо войти на сайт под своим именем.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Несколько слов о сайте
Спаффи.орг существует с 03.12.2008. За все это время у сайта было много разных этапов развития, в том числе периоды активного роста и высокой посещаемости. Однако со спадом инте- реса к пейрингу и сериалу, активность посетителей также пошла на убыль. В связи с этим было принято решение перевести сайт в состояние периоди- чески обновляемого архива. Подробнее
Случайная публикация
в процессе разработки...
Лента комментариев
Здесь и только здесь размещены все самые лучшие фанфики про Баффи и Спайка. На Spuffy.org вы также найдете множество других форматов фан-работ по пейрингу Спаффи: арты, рисунки, коллажи, аватарки, видео, стихотворения, интервью и биографические данные. Все работы созданы фанатами для фанатов, что абсолютно исключает извлечение коммерческой прибыли. Герои и вселенная Баффиверса целиком и полностью принадлежат Джоссу Уидону, Mutant Enemy и 20th Century Fox.
Dalila © 2008-2016
Обратная связь