Спаффи - это...
Спайк и Баффи. Легендарный вампир и не менее легендарная истребительница. Враги,
союз которых спасет мир. Спаффи - это удивительная история борьбы, веры, страсти
и, конечно же, любви. Любви, которая существует вопреки всему. Подробнее
Логин: Пароль:
» » Фанфик "After Dust" R (Гл. 1-12)
Фанфик "After Dust" R (Гл. 1-12) / 26.04.12 by Sikozu_Shianu
Нравится 47
Просмотров: 2756
Комментариев: 11
Название: «After Dust»
Автор: emg
Переводчик: Sikozu_Shianu
Ссылка на оригинал: http://www.allaboutspike.com/fic.html?id=61
Рейтинг: R
Сезон: 6
Персонажи: Спайк, Баффи, Дон, Ангел
Краткое содержание: История начинается после серии Normal Again "Баффи" и Forgiving "Ангела". Баффи порвала отношения со Спайком, и в глубокой депрессии он заключает необдуманную сделку с "Вольфрам и Харт", пообещав убить Ангела взамен избавления от чипа.
Бета: нет
Автор обложки: нет
Завершён: нет
От переводчика: Давно хотелось перевести эту историю - надеюсь она понравится вам также, как и мне. Разрешение на перевод получено.
Предупреждения: Кроссовер с "Ангелом", смерть персонажа
Отказ от прав: Всё принадлежит Джоссу Уэдону и Mutant Enemy

Категории: 6 сезон, АУ, Перевод, Шаншу, Юмор, Флафф
 
Глава 1. Колья и адвокаты

Среда. Вечер.


Может быть, ничего бы не произошло, если бы он всё ещё общался с Ангелом.
Но он не ладил со старым Пуфом, и обмена дружескими предупреждениями не было в их привычках. Конечно, пытки сыграли некоторую роль в ухудшении их отношений. Ангел всё ещё обижался на инцидент с Геммой Амара. А Спайк так и не забыл, как Ангелус украл у него Дру, да и месяцы унижений в инвалидном кресле не прошли даром. К тому же, возможно Ангелус всё ещё бесился по поводу тридцатых, когда Спайк помог Дарле захватить его и притащить к Мастеру. Да, Старый Уродец был немного грубоват в попытках запытать и заморить голодом этого придурка до такой степени, чтобы он перестал быть таким душевным и угрюмым, но это было для его же собственной пользы. И всё сработало бы, если только Ангел не сбежал через несколько месяцев. После этого Спайк с радостью оставил его в покое в канавах наедине с крысами.
И всё же, несколько таких инцидентов могут разрушить дружбу.
Но говоря начистоту, даже если бы Ангел и предостерёг его по поводу «Вольфрам и Харт», Спайк просто пропустил бы это мимо ушей. Глубокая депрессия и не менее глубокий запой не располагают к осторожности.
Баффи бросила его, и после этого всё превратилось в сплошной кошмар. Эта среда был так же ужасна, как и все остальные дни недели. Ему снилась Истребительница, которая смеялась и боролась с ним в его же постели. Затем он проснулся в одиночестве, и снова вспомнил, что она ушла. Он был бездушным чудовищем, и она сказала: «Я не могу тебя любить».
Это всё вина Ангела, говорил себе Спайк. Любой шанс быть с Истребительницей был прекрасным образом испорчен благодаря его Сиру. Каждый раз, когда ему казалось, что он продвигался хоть куда-то в отношениях с Баффи, то обнаруживал себя сражающимся с призраком её первой любви. Даже когда Ангел вернул свою чёртову душу, то умудрился сделать ей больно. Он оставил её.
Но когда бурлящая ярость остывала, то появлялась другая мысль, и она просто убивала его. Может это не был его Сир. Спайк от злости глотал побольше виски. Может, если вернуться к самому началу, это был он. Тот, и неважно, как сильно он изменился, неважно, как долго он спал с ней и каким взрывающим мозг был секс, тот, кто в конце концов оставлял у неё чувство такой же грязи, как жир от гамбургеров, которые она готовит. Когда она смотрела на него, то никогда не видела своего демонического любовника. А просто слабого неудачника, который всегда был ниже неё, даже до того, как его посадили на поводок. Удобный трахальщик, который не стоит уважения или любви.
И это была мысль, которую он не мог выносить. Порядком напившись, он хотя бы мог винить во всём Ангела. Он перевернул бутылку, чтобы поймать последние несколько капель, а затем швырнул её в стену. Он оглядел обожженные и разбросанные камни вокруг. Слишком много для притворства, что он не живёт в канализации. Разбитое стекло как раз подходит. Он пожал плечами, глядя на свой плащ. Время пойти и разжиться деньгами. Время надеть вампирское лицо и потребовать поделиться мелочью или удрать, если кто-то осмелится дать отпор.
По крайней мере, он не был слишком пьян, когда увидел перед Макдональдсом Дон. Он остановился в темноте, глядя на яркие огни и слушая болтовню и смех.
Скорее всего, у Дон был обычный день, когда она занималась в библиотеке со своей подругой Дженис, после чего они отправились в Макдональдс перекусить. Дворец Двойного Мяса был ближе, но бдительный глаз Баффи должно быть ограничивал жизнь Нибблет. Наверное, иногда они с Дженис встречались с какими-то мальчиками. Когда Спайк присматривал за ней летом, то как-то встречал её с небольшой группой подростков, хихикающую, флиртующую и ведущую себя как нормальный тинэйджер. Он одарил парней своим запатентованным «тронешь ребёнка и я выпью твою кровь» взглядом и отвёз её домой.
Однако сегодня мальчиков не было. Они стояли на парковке, вероятно ожидая мать Дженис. Он улыбнулся, наблюдая за ними из темноты. Его вампирский слух различал их разговор – он просто хотел удостовериться, что крошка не собирается потерять голову в результате подросткового гормонального взрыва.
Кровавый ад, он скучал по ней. Пять месяцев он с ведьмами практически воспитывал девчонку, а теперь был счастлив, если ему позволялось увидеть её раз в неделю. По крайней мере, в пятницу он отвезёт её и Дженис на пижамную вечеринку в другом конце города. Если у него получится стащить немного денег, то тогда он сможет угостить девочек мороженым и поболтать немного с Нибблет.
Наконец подъехала мама Дженис и девочки запрыгнули в машину. Он задумался, сколько прошло времени, прежде чем Баффи решила, что он недостаточно хорош, чтобы общаться с Дон. Он поборол приступ жалости к себе и зарычал. Время пойти к Вилли и получить хорошую выпивку.
Понадобилась целая бутылка виски, чтобы боль превратилась в кипящую злость. Большинство других демонов в этом месте знали, когда надо держаться подальше, но на него наткнулся демон Арунга и они подрались в аллее. Спайк оставил на его месте бессознательный кусок плоти, но был слишком пьян, чтобы вспомнить, как убить эту чёртову тварь. И всё же, к тому времени, как он ушёл от Вилли, боль обернулась более удовлетворяющей бездумной яростью.
Вот поэтому он захотел убить азиата, который оказался в его склепе. Ублюдок сидел в его любимом кресле перед телевизором. Искушение вырвать ему глотку просто подавляло. Просто стереть самодовольный взгляд с его лица стоило недели мигрени. Спайк сменил лицо и, схватив мужчину за лацканы дорогого пиджака, выдернул его из кресла.
- Кровавый ад, какого чёрта ты тут делаешь? – взревел он.
Парень даже не вздрогнул. Надо было отдать ему должное за стойкость.
- Мистер Спайк? Официально известный как Уильям Кровавый? Я здесь чтобы предложить вам сделку.
В голове Спайка зажужжало, предупреждая о приступе боли. Несмотря на спокойное лицо, сердце парня колотилось. Он мог чуять запах крови и опьяняющий запах страха. Внезапная волна голода и гнева тряхнула его, доведя почти до головокружения. Но два года рефлексов победили. Он закрыл глаза, глубоко вздохнул, а затем принялся тащить мужчину к двери.
Лицо мужчины всё ещё не выказывало страха.
- Я так понимаю, что вы не хотите, чтобы наша фирма вытащила ваш чип.
Спайк застыл. Предложение медленно проникало сквозь алкогольный туман в его голове.
- Что ты сказал, приятель?
Азиат улыбнулся.
- Я сказал, что моя фирма готова заключить с вами сделку. За небольшую услугу мы готовы избавить вас от чипа. Тогда вы будете свободны и сможете жить нормальной для вашего вида жизнью.
Сто двадцать лет нежизни не сделали из него идиота.
- Какого типа услугу?
- Полагаю, вы знаете вампира по имени Ангел. Он руководит детективным агентством, и у нас возникли некоторые разногласия. Мы хотели бы, чтобы вы помогли нам ликвидировать его.
- Ликвидировать Ангела? – виски вскипело в нём и болезненный гнев, что он чувствовал после потери Баффи достиг кульминации, - Где мне подписаться?
- Хорошо. Моё имя Гэвин Парк и я работаю на «Вольфрам и Харт», - адвокат обернулся и указал в тень. Оттуда появилась маленькая иссохшая женщина. Она излучала тёмную силу, вероятна какая-то ведьма, - это мисс Стэнхоуп, моя помощница. Она послужит как свидетель и нотариус для заключения нашего контракта.
Она плотоядно осмотрела Спайка и пожала ему руку. Он был не очень восприимчив к аурам, это было больше по части Дру. Но когда видел плохие новости, то уж распознать их мог. Если это был тот путь, на который сворачивают ведьмы при работе с тёмными силами, то тогда вся боль Рыжей от ломки стоила усилий. После прикосновения к этой женщине ему хотелось вытереть руку.
Парк использовал это время, чтобы положить контракт на крышку саркофага в центре склепа. Спайк сбросил плащ и наклонился поближе, чтобы прочитать мелкий шрифт. Всё было на удивление просто – по крайней мере, так казалось. Глаза Спайка были затуманены алкоголем, поэтому ему было трудно сконцентрироваться.
- Дай мне ручку.
- На самом деле, - голос адвоката прозвучал немного смущённо, - вы должны подписаться кровью.
Это привлекло внимание Спайка.
- Кровью? Типа сделка с дьяволом? – это развеселило его, - Чудно! Если вы найдёте душу, с радостью можете забирать. Просто вытащите этот чёртов чип из моей башки.
Ведьма торжественно наблюдала за ним, как он проколол палец и накарябал Спайк в трёх отмеченных местах. Затем она нагнулась и, бормоча, подписала под последней подписью.
Парк внимательно наблюдал за процедурой.
- Мистер Спайк, наша фирма осведомлена о довольно своеобразном для вашего вида кодекса чести. Вы прекрасно можете нарушить контракт, заключённый с людьми. Мисс Стэнхоуп накладывает на вас чары, которые заставят вас соблюдать все пункты соглашения.
Маленькая высохшая женщина захохотала. Всё что надо, чтобы завершить стереотип злобной ведьмы, это корзина отравленных яблок. Она закончила и подошла к нему. Вытянула руку и коснулась его щеки.
- Ты сделаешь всё, что обещал. Ты понимаешь, мальчишка?
Спайк отпрянул от её руки и попытался встать на ноги. Её глаза были остекленевшими и чёрными, как у Уиллоу во время работы с мощной магией. Первое осознание опасности просочилось сквозь его затуманенные алкоголем чувства. Почти в замедленном движении он увидел, как она засовывает руку в рукав. Внутри был спрятан кол и теперь она поднимает его и направляет в его сердце. Её змеиные глаза заставили его застыть на месте. С усилием он поднял руки, отпихивая её прочь. Она отлетела прочь, врезавшись в стену, и чип в его голове взорвался болью.
Вот почему он не заметил Парка позади него. Не изменив выражения лица, тот вытащил кол из своего кейса и хладнокровно ударил Спайка в спину, прямо сквозь сердце.
Кол прошёл через грудь насквозь. На мгновение Спайк с удивлением уставился на него. Его разум заполнило всё, что он потерял. Баффи, Дон, любовь, борьба, дружба… Баффи.
Он видел, как убивают других вампиров. Он часто задавался вопросом, знают ли они, что умирают. Но даже не догадывался, что прежде чем пыль осядет на пол, остаётся целая вечность для сожалений.

Глава 2. Открытие

Суббота. Перед рассветом.


Возвращаться в склеп Спайка было почти облегчением. Знакомое чувство ярости бурлило в ней, когда она думала о нём. Я не буду его бить, пообещала Баффи себе. Она отказывалась возвращаться к нездоровой смеси жажды секса и насилия, что, казалось, всегда охватывала её от одного его вида. В её голове промелькнули образы его лица, знающих глаз, вздёрнутой брови, ухмыляющихся губ, которые были такими сладкими и… Она вытряхнула эти мысли из своей головы. Он обидел Дон. Она была зла. Ей надо вообще запретить ему общаться с ней. Но она не будет набрасываться.
Сто двадцать лет сделали из него мастера жестокости. Если она набросится на него, то войдёт в его тёмный мир. Она знала, что тогда потеряет свой хрупкий контроль и они опять упадут, любя… нет, чёрт возьми, трахаясь друг с другом.
Но он расстроил Дон. Он пообещал подбросить её сестру на пижамную вечеринку сегодня вечером, пока у Баффи вечерняя смена в Дворце Двойного Мяса. Когда она вернулась в два домой, после работы и патрулирования, то нашла Дон, свернувшуюся калачиком на диване. Она укрыла её, заметив опухшее лицо и высохшие дорожки слёз. Значит, этот ублюдок даже не появился.
Может ей стоило дождаться утра, когда Дон сможет рассказать о случившимся. Но она была слишком зла, чтобы заснуть, и почти на автопилоте отправилась разбираться со Спайком.
Она почти постучала, помня, что у неё больше нет права притворяться, что она здесь желанный гость. Потом её гнев вскипел с новой силой. Когда она вообще просила встречи с ним? Баффи со стуком распахнула дверь.
В склепе было темно, только слабый свет новой луны проникал сквозь окна и дверной проём.
- Спайк! Спайк!
Никто не ответил. Она, спотыкаясь, прошла через комнату к столу, где он держал свечи. По дороге она задела что-то на полу. На столе были свечи, но не было спичек. Конечно, он же всегда использует свою зажигалку.
Наконец она пробралась к старому телевизору и включила его. Приглушённый мерцающий свет наполнил комнату. Она огляделась и увидела, обо что споткнулась.
Это был кол. Рядом с большой кучей пыли.
Она застыла. Оглядевшись, она медленно подошла к этому месту и опустилась на колени. После стольких лет истребления вампиров она легко могла распознать характерную шероховатую жирную текстуру. Нет!
Баффи вскочила на ноги.
- Спайк, где ты?
Она спустилась вниз по лестнице, и начала осматривать всё безумным взглядом. Он должно быть прячется. Может, кто-то из других вампиров приходил за ним. Многие из них злились на Спайка из-за его помощи Истребительнице. Эта останки какого-то другого вампира, потому что…
Её глаза медленно привыкали к темноте, но всё ещё было трудно видеть. Нижний уровень был всё ещё в руинах с тех пор, как они с Райли уничтожили демонические яйца. Однако, не смотря на полную разруху, всё выглядело так, как будто здесь что-то искали. Коробки были перевёрнуты и одежда и туалетные принадлежности были рассыпаны по полу. Всё, что не сгорело, было порезано и выпотрошено. Она металась по маленькой комнате, вглядываясь в тени, углы. Его нигде не было.
Баффи заметила большую папку, рассыпанные фотографии и бумаги. Она подняла их и отнесла наверх, где телевизор давал больше света. Папка была кожаной, немного опалённой и поношенной, но казалась пережившей основное разрушение. Она проверила содержимое. Три её фотографии. Несколько других картинок с изображением городов и мест, разбросанных во времени. На бумагах были наброски.
Она уставилась на них. Там было шесть изображений Спайка и Дру. Они напоминали ей стиль тех быстрых портретов, которые продавались для туристов на пляжах. На ранних набросках они стояли более официально. На одной были оба в вампирских личинах и она задумалась, сколько прожил художник после завершения этого рисунка. Но в большинстве своем они выглядели как молодая пара, смеясь и обнимаясь, одетые в костюмы соответствующего времени. На одной они были хиппи, и его волосы были забраны в хвост. А здесь Дру похожа на дикого утёнка а он усмехается, одетый в енотовое пальто. Другая была забавная карикатура на них двоих, выглядящих как Сид и Нэнси – с его выбеленными волосами и готической Дру, в чёрной одежде и бледным макияжем.
Одно изображение было особенным, более старым. Двое мужчин и две женщины, одетые в викторианскую одежду, строго замершие. Ангелус ухмылялся, его руки собственнически покоились на плечах Дарлы и Друсиллы. Дарла сияла, касаясь руки Ангела. Дру казалась оглушённой, её глаза были слегка расфокусированы. Позади неё стоял невысокий мужчина, одетый в потрёпанный костюм. Баффи посмотрела снова, поражённая. Это был Спайк, его волосы были темнее и завивались, он выглядел неуверенно рядом со старшим вампиром. Трое были одним целым, Спайк стоял рядом, но казалось, что он стоит в одиночестве.
Баффи нежно провела пальцам по практически незнакомым чертам. В глазах стало жечь и она яростно тряхнула головой. Он должно быть где-то в другом месте, шатается в поисках неприятностей. Она найдёт его пьющим у Вилли или за игрой в покер. Он должно быть где-то на кладбище, курит одну из своих сигарет. Он должен быть где-то ещё.
Она поднялась по лестнице. И тогда заметила, что его чёрный плащ лежит на саркофаге. Она подошла и подняла его. В кармане была пачка сигарет и его зажигалка. Её губы задрожали и она выбежала в ночь.

******
Спайк открыл глаза.
Было трудно сфокусироваться. Он лежал, задыхаясь, сбитый с толку. Где он?
Он находился в какой-то большой деревянной коробке. Он повернулся, пытаясь выяснить, где он и оцарапал плечо о грубый пол. Он втянул воздух от внезапной боли и дотронулся до раны.
И застыл.
За исключением того, что он не мог застыть. Его грудь вздымалась и падала при его дыхании. В груди билось его сердце. И его плечо было тёплым. Тёплая кровь текла по его пальцам.
Он был человеком!

Глава 3. Пробуждение

Суббота. Раннее утро.


Лайла смотрела на своего коллегу и конкурента с неприязнью.
- Что заставляет тебя думать, что сейчас это сработает. В прошлый раз, когда мы провернули нечто подобное, всё провалилось. Даже хуже, Дарла вернулась и убила больше дюжины людей.
Гэвин гладко улыбнулся, излучая спокойствие и уверенность. Он не был похож на человека, который руководил церемонией с полуночи.
- В прошлый раз была плохая организация. В этот раз я всё распланировал. Ваша команда выбрала Дарлу, Сира Ангела. Они были любовниками на протяжении сотни лет. Наши исследования показывают, что этот вампир, Уильям Кровавый, ненавидит его. К тому же, Уильям связан кровью и магией, не говоря уже о контракте. Он будет следовать приказам.
Гэвин дал знак двум охранникам следовать за ним. Они осторожно переступили через пыль от пяти вампиров, которых принесли в жертву во время церемонии. Стэнхоуп стояла около ящика.
- Всё готово.
- Он вернулся в человеческой форме?
Её губы улыбались, но не глаза.
- Я следовала инструкциям с видеозаписи Церемонии Воскрешения, что вы мне предоставили.
Лайла обернулась к своему коллеге.
- Она не использовала свиток Аберджана?
- И не Воках, и не кучку монахов. У нас было видео старой церемонии, а Стэнхоуп совершила необходимые модификации. Это было более эффективно и экономично и, - он посмотрел через зарешетчатое окно ящика, - просто действенно.

****
Спайк услышал голоса и дико огляделся вокруг. Здесь было окошко с одной стороны ящика. Он попытался подняться и посмотреть туда, но оказалось, что тело его не слушается. Ноги подкашивались, голова закружилась и он упал на колени. Было больно. Он был слаб, всё тело болело, и к тому же он был жив. Спайк прикусил губу, сдерживая стон, а затем поморщился. Это тоже было больно.
Кто-то стоял у окошка. Спайк, щуря глаза, осознал, что плохо видит. О господи! Внезапно он вспомнил, каким отвратительным было его зрение до обращения. Он вернулся в своё старое тело.
- Мистер Спайк?
Каждая вещь звучала тоже по-другому, глуше. Он едва мог что-либо чуять. Но осязание было более острым. Он мог чувствовать каждое нервное окончание. Он мог чувствовать всё – своё сердце, своё дыхание и грубые доски, на которых он лежал.
- Мистер Спайк?
Он попытался ответить, но его голос раздался хриплым карканьем. Однако этого показалось достаточно для другого человека.
- Мистер Спайк. Я понимаю, что вы сбиты с толку, но мы здесь, чтобы помочь вам. Я посылаю вам двух охранников, чтобы проводить вас в спальню. Я могу представить, как вы нуждаетесь в отдыхе.
Одна сторона ящика затрещала и рухнула вниз. Спайк отполз назад, прячась от света, к которому пытались привыкнуть его глаза. Вошли двое крупных мужчин, один из которых толкал кресло-каталку. Спайк уставился на него. НЕТ! Он не собирается снова быть засунутым в инвалидное кресло. Он собрался и встал снова, держась за грубые доски ящика, чтобы не упасть.
- Я могу идти сам, - прорычал он.
Охранники ничего не сказали, просто бросили ему какую-то одежду. Спайк посмотрел на неё и внезапно осознал, что обнажён. Несколько людей, включая двух женщин, пристально смотрели на него. Как вампиру ему было бы плевать, но теперь он понял, что краснеет от унижения. Он поспешно натянул футболку и тренировочные штаны и поднял взгляд снова. Люди всё ещё смотрели на него. Люди…
Он смотрел на людей. Не на кожаные мешки с кровью. Не на добычу. Люди с мыслями, с мечтами, с чувствами. Больше сотни лет он был отделён от человечности так же, как кошка от мыши. Он запугивал, пытал и убивал неисчислимое количество людей. И теперь связь вернулась и ужас от того, что он сделал, поглотил его.
Он едва был в сознании, когда охранники усадили его в кресло. Они толкнули его вперёд, и кто-то тронул его за плечо, что-то говоря. Он обернулся и уставился на человека, который заколол его. Человека, который уничтожил его.
- Это душа? Ты вернул мне душу?
Азиат выглядел изумлённым.
- У вас столько же души, сколько у обычного человека, если душа действительно существует.
Но ведьма бросилась вперёд, схватив его за плечо и разворачивая к себе до тех пор, пока он не посмотрел в её глубокие, холодные глаза. Она вытянула палец и ткнула его в грудь.
- Душа здесь, мальчик. Чувствуешь, как она обжигает? Ты столетие играл с болью, теперь твоя очередь.
Воспоминания с грохотом обрушились на него. Дети, которых он в знак любви в романтических порывах дарил Дру, кричали и плакали, когда она убивала их. Влюблённые, что прятались в тёмных закоулках ради поцелуя и находили лишь собственные вырванные глотки. Молодые люди, покидавшие навеселе бары и вечеринки, чтобы потом умирать в агонии и потоке собственной крови. Приливная волна воспоминаний накрыла его с головой.
Гэвин наблюдал за состоянием мужчины в инвалидном кресле. И без того бледная кожа Спайка стала практически серой.
- Что случилось? – он обернулся, - Доктор, что не так?
Доктор Грин пришёл посмотреть на церемонию просто на всякий случай. Он шагнул вперёд и осмотрел Спайка в бесстрастной врачебной манере.
- Он в шоке.
Врач потянулся к своей сумке и достал оттуда шприц. Он ощупал слабый пульс и быстро сделал ему инъекцию.
- Отправьте его в мой кабинет.
Спайк не помнил укола, только спокойствие от того, как он скользнул из крови и агонии к сладкому забвению.
******
Ксандер посветил фонарём на спутанное сооружение из проводов и неверяще потряс головой. Только будучи немёртвым позволило Спайку выжить в этом склепе при такой любительской проводке. Очевидно, казнь на электрическом стуле не могла быть добавлена к пронзанию колом и солнечному свету как ещё один быстрый путь уничтожения вампиров.
- Мне нужно взять генератор из моего грузовика, - крикнул он девушкам.
Ему пришлось захватить генератор и несколько дуговых ламп со своей работы.
Баффи наблюдала, как он вскарабкался с нижнего уровня. Он выглядел бледным, усталым и запыхавшимся. Она разбудила его, тарабаня в дверь его квартиры, когда ещё не было и четырёх утра. Ксандер не колебался и не жаловался, просто выслушал её и подсказал решение. Она знала, что ему всё ещё плохо после разрыва с Аней, но вот он здесь, помогает ей.
Ксандер вышел к своему грузовику.
- Хей, Баффи, помоги мне с этим.
Вдвоём они вытащили генератор из грузовика и притащили его в склеп. Баффи отошла в сторону и смотрела, как он устанавливает лампы как на верхнем, так и нижнем уровнях и подключает их к генератору.
Она повернула голову и встретила сочувствующий взгляд Тары. Это было слишком. Она не заслужила сочувствия. Она не заслужила безусловной поддержки. Баффи начала кусать губы, пытаясь бороться со слезами.
- Это должно сработать.
Ксандер потянул стартер, и генератор запыхтел, пробуждаясь к жизни. Затем он щёлкнул переключателем и зажёгся свет.
Тара указала туда, куда надо посветить, и сразу стала заметной серая куча пыли. Баффи уставилась туда и, сама того не желая, вспомнила лицо Спайка. «Скажи, что любишь меня», произнесла она. Его лицо осветилось такой нерешительной надеждой. «Я люблю тебя. Ты знаешь это». Она пристально посмотрела в эти невозможные голубые глаза. «Скажи, что хочешь меня». «Я всегда хочу тебя», мягко сказал он. «Кстати, о том…» Тогда она толкнула его и на несколько коротких мгновений была только нежность и не было стыда.
- Здесь следы, - Баффи очнулась и увидела, как Ксандер указывает на две пары отпечатков ног в пыли, - а вот это выглядит как отпечатки колен.
Одни следы были большие, другие намного меньше.
- Маленькие, это твои, Баффи?
Она покачала головой.
- На мне были тенниски. У этих есть каблук, - она посмотрела на Тару, – думаешь, это были вампиры?
Тара не ответила. Она опустилась на колени и начала шептать над пылью. Её глаза были закрыты, затем внезапно распахнулись. Тара протянула руку и коснулась верхушки кучи.
- Это странно.
Она нахмурилась, и начала тщательно осматривать склеп.
- Сюда, - указала она на дыру в полу.
Она спустилась на нижний уровень. Баффи и Ксандер последовали за ней. Тара стояла рядом с сожжённой кроватью, глядя на разбросанные кем-то туалетные принадлежности.
- Тара?
Светловолосая ведьма стояла спокойно, ожидая, когда Ксандер установит свет. Она всё ещё хмурилась. Наконец она неуверенно прикоснулась к расчёске.
- Баффи, ты не знаешь, у Спайка оставались волосы на расчёске, или, может, оставались обрезки ногтей? – она обернулась и посмотрела на Истребительницу.
Ксандер фыркнул.
- Учитывая, сколько парень использовал пероксида, удивительно, как он ещё не облысел.
Баффи покачала головой.
- Я не знаю. А почему ты спрашиваешь?
Тара посмотрела на них двоих.
- Что-то странное чувствуется. Я… я думаю, что-то действительно плохое. Вы знаете, я никогда не была так сильна, как Уиллоу, но я хорошо разбираюсь в аурах. Всё вокруг излучает что-то вроде радиоактивных волн, и я могу видеть это. Что-то действительно отвратительное, особенно около пыли. Какая-та тёмная магия.
Баффи жадно схватилась за объяснение.
- Магия. Так там была магия и пыль – это не Спайк.
Глаза Тары были печальны.
- Мне жаль, Баффи. Но я думаю, что пыль – это всё, что осталось от Спайка. Я могу видеть следы, оставшиеся от его ауры. Но кто-то поработал с его расчёской и наложил какие-то чары на пыль, - она потрясла головой, выглядя печальной и немного сбитой с толку, - это похоже на тот тип чар, что используют для контроля и порабощения людей. Но если они собирались сделать это, зачем убили его?

п/п: Прошу прощение за долгое отсутствие((( Ведь искренне хотела не затягивать... как же...

Глава 4. Осмотр

Суббота. После полудня.


Он смотрел через всю «Бронзу» на Баффи, так же, как и в первый раз. Она танцевала, полная жизни и солнца. Она смеялась, окружённая друзьями. Спайк стоял, холодный и одинокий, беспокоясь о слабости Друсиллы, и он ненавидел Истребительницу, ненавидел её жизнь и восторг, ненавидел, как она без усилий двигалась среди друзей. Он хотел это тепло и ненавидел это чувство, будто он, Биг Бэд, был какой-то чёртовой сироткой на холодной улице. У неё было всё – сила, юность, красота, друзья, жизнь – и он хотел обладать ею, убить и вобрать её тепло в своё холодное тело.
И теперь Спайк чувствовал это тепло. Он припечатал её к стене, двигаясь глубоко в ней, пока она стонала от удовольствия. Её ноги обхватили его талию, а руки запутались в его волосах. Её губы накрывают его, и они целуются, и её тёплое дыхание на его лице, и его язык пробует её сладкий рот. Он был тёплым и желанным, и всё это было неправильно.
- Ты вернулась неправильной!
Он стоял в темноте и кричал на неё. Она смотрела на него широко распахнутыми ранимыми глазами. Спайк ударил её и теперь мог видеть свежий синяк. Слёзы от шока и боли наполнили её ореховые глаза.
Которые обернулись карими. Он в Китае, наблюдает, как местная Истребительница шагает через улицы, залитые кровью Боксёрского Восстания. Сейчас всё было в замедленном действии. Она была смирной послушной девочкой, следовала приказам старших и разыскивала вампиров, которых должна была убить. Мир вокруг неё исчезал в огне войны, разрываемый на части людской злобой, но её долгом всё ещё была охота на нечеловеческих монстров. Час назад она плакала над телом своего Наблюдателя, нудного англичанина, которого зарезали повстанцы, называя иноземным дьяволом.
Спайк ударил её ещё раз, глядя на свежий синяк. Её взгляд говорил об отчаянии, она желала смерти. Он оскалился. Он мог дать ей смерть. Теперь они дрались в этом восхитительном танце смерти и боли. Его бровь обожгло от удара меча. А потом он был над ней, выпивая её кровь, выпивая её боль и отчаяние. Её умирающие глаза из карего превратились в ореховые.
И с криком он осознал, что пил кровь Баффи, убивая её. Он отшатнулся, но она лежала у его ног, мёртвая.
И она посмотрела на него, её кожа была тёмной, её лицо – гордым. Но в тёмных глазах было знакомое выражение отчаяния и смерти. Он прочитал маленькую заметку, затерянную в конце газеты, что её брат погиб во время перестрелки, и теперь он знал, что она принадлежала ему. Она дралась восхитительно, сильная и прекрасная. Он сломал её шею и стянул с её тела длинный чёрный плащ. Он отошёл, затем оглянулся назад на свою славную победу и увидел Баффи, лежащую мёртвой в метро.
Он побежал назад, рыдая и обнимая её руками. Он держал её в темноте и прижимался к ней, шепча: «Ты принадлежишь тьме, как и я». Она застонала, и его рука полезла под юбку, стягивая трусики. Они смотрели вниз на танц-пол Бронзы, где он впервые увидел её. «Ты не принадлежишь им». Друзья, что окружали и защищали её, были далеко внизу. Он заглянул ей глубоко в глаза, впитывая отчаяние.
И тогда он опустил голову и вспорол ей горло.

И закричал. Он сидел на кровати, обливаясь потом, тяжело дыша, с колотящимся сердцем в груди. Спайк дико оглянулся вокруг, но воспоминания быстро вернулись к нему. Он был человеком, и до сих пор пленником.
Нахлынули другие воспоминания. Он вспомнил, как позволил Дру забрать его жизнь и душу. Он вспомнил гордость и блаженство от убийства Истребительниц. Он вспомнил, как любил Баффи и размышлял о том, что она вошла во тьму, чтобы отдать ему своё тело. Это были лучшие воспоминания за всё его существование.
На вкус они были как пепел.
Годы убийств заполнили его разум, и он закачался на кровати, когда боль и вина окутали его. Он резал людей и, кроме того, стоял в стороне и позволял Ангелусу пытать и издеваться над беспомощными. Затем Спайк вспомнил, как он пытал Ангела.
Ангел. Он моргнул. Он завидовал и восхищался своим Сиром, затем ненавидел его, когда Ангел оставил их, чтобы ползать в канавах и есть крыс, стеная о своих грехах.
Что-то холодное поднялось в нём, холодное отчаянное желание выжить, то, что вело Спайка больше века. Младший вампир в их маленьком семействе, унижаемый и высмеиваемый всеми, кроме безумной Друсиллы, он обрёл силу и сделал имя, которое знали демоны по всему свету. Он был Уильямом Кровавым, вампиром, убившим двух Истребительниц. Когда Инициатива оставила его зачипованным и беспомощным, он стал истреблять демонов, пока смех не умер и другие стали смотреть на него со страхом и ненавистью. Он не мог убивать людей, так что пил свиную кровь с острыми специями, разогретую в микроволновке. Он не мог убить Истребительницу, так что полюбил её и на несколько коротких мгновений обладал её телом.
Спайк зло протёр глаза. Он не собирается позволить этому сломить его. Он не собирается пресмыкаться. Последний раз, когда он уступил отчаянию, то был убит в тёмной аллее. Он не собирается позволить этим чёртовым ублюдкам контролировать его. Если он смог сбежать от Инициативы, то сможет прекрасно сбежать и от кучки паршивых юристов.
Пошатываясь, он подошёл к двери, проверить, закрыта ли она. Оказалось, что нет. Но когда Спайк открыл дверь, то увидел двух мужчин, сидящих в креслах около двери. Один поднялся, возвышаясь над ним.
- Ты куда-то собрался?
Спайк размышлял о побеге. Один взгляд на огромного охранника убедил его, что он не сможет этого сделать. Так что он решил пойти другим путём.
- Я думаю, пришло время рассказать вашим боссам, зачем я здесь. Передайте, что я проснулся.
Другой мужчина поднялся. Он тоже был здоровяком. Спайк оглядел Твидлиди и Твидлидума, поражённый, сколько мускулов было нанято для того, чтобы контролировать одного бывшего поэта. И тут он увидел, как Твидлидум приволок инвалидное кресло.
- Садись.
Он начал протестовать, но был насильно посажен в кресло. Они покатили его вниз по холлу.
Когда они вошли в кабинет врача, крупный мужчина с лысой головой встал из-за стола.
- Мистер Спайк, я доктор Грин. Рад видеть, что вы в порядке. На пару минут вы нас здорово напугали.
Спайк кивнул, проглотив замечание о том, что они до сих пор его боятся. Твидлиди и Твидлидум были в комнате. Они что, действительно думают, что он способен побить кого-нибудь в этом слабом теле? С другой стороны, если у доктора есть скальпель, это может пригодиться. Спайк решил быть открытым к появившимся возможностям.
- Прежде чем мы продолжим, мы должны убедиться, что вы поправились от вашего, хм, прежнего эксперимента. Уверен, что это было стрессом.
- Один из вариантов, чтобы описать распыление, - сухо отозвался Спайк.
Два Твиддла не давали ему попытки стащить что-нибудь полезное. Пока доктор осматривал его, они не переставали пялиться. Однако, с последнего его визита к врачу, больше века назад, медицина продвинулась от «поверните-вашу-голову-и-покашляйте». У него также взяли кровь. Он мрачно подумал об иронии судьбы, что теперь люди иссушают его. Однако современные доктора, казалось, приходят в восторге от человеческих жидкостей. Грин дал ему склянку и сказал собрать образец мочи в следующий раз, когда он пойдёт в ванную. Спайк заставил доктора повторить, так как это показалось ему самой нелепой вещью на свете.
Однако самая интересная часть осмотра наступила тогда, когда доктор позвал одного из охранников.
- Попробуйте ударить его.
Спайк вздрогнул, а потом понял, что это ему предлагалось ударить гиганта, а не наоборот. Он заколебался, а затем ударил мужчину рукой. Чудесным образом его голова не отозвалась и намёком на боль. Зато костяшки пальцев горели огнём. Охранник даже не вздрогнул.
Спайк повернулся и уставился на доктора.
- Чипа нет?
Тот кивнул.
- Он стал пылью вместе с вашим первым вампирским телом.
- Первым? О чём ты говоришь?
Доктор выглядел смущённым.
- Вы определённо в добром здравии, мистер Спайк. Есть ещё какие-нибудь вопросы?
Спайк наклонил голову, изучая мужчину. Наконец он с неохотой признал.
- Мне нужны очки.
Доктор пришёл в восторг.
- Правда? У вас были проблемы со зрением, когда вы были вампиром?
- Не то, чтобы очень. Демонское зрение, знаешь ли.
Врач изучал Спайка, заставив его почувствовать себя лабораторной крысой.
- Желал бы я знать, как это работает. К сожалению, вампиры не оставляют трупов. Даже когда мы собираем образцы с живых созданий, они обращаются в пыль.
Спайк подавил в себе желание содрогнуться.
- Прости, тут я помочь не могу. Я просто знаю, что у меня точно такое же паршивое зрение как и до того, как меня обратили.
- Ну, долго это проблемой не будет. Но пока вы здесь, я буду благодарен, если вы заполните этот опросник про разницу между человеческим и демоническим телом. Вы можете читать или мне лучше зачитать вслух?
Спайк почти огрызнулся, что, спасибо, но он посещал Оксфорд, и был возможно более образован, чем этот доктор. Затем он решил, что ему не будет больнее от того, что враги будут недооценивать его. Он подписал контракт, и не мог заявить, что он абсолютно неграмотный, так что он повесил голову и признался, что у него проблемы с длинными словами.
Всё это, казалось, длилось вечность, и было облегчением вернуться в комнату. Охранники остановились около двери. Спайк вошёл внутрь и закрыл за собой дверь. Он опёрся об неё и вздрогнул, обдумывая фразы «ваше первое вампирское тело», и что его глаза «не будут длительной проблемой». О господи! подумал он, Они собираются снова обратить меня в вампира!
Это было странно, он действительно не должен был беспокоиться. Он ненавидел слабость и скучал по острому слуху и обонянию. Кровавый ад, он скучал по способности видеть всё чётко. Он был вампиров сто двадцать лет и должен быть благодарен, если они вернут его в его старое тело. Умирать может и болезненно, но он делал это раньше и сможет выдержать.
Но он не хотел снова быть обращённым. Медленно это доходило до Спайка. Если его обратят, демон в его теле будет убивать людей. Он вспомнил след из смертей, что он оставил позади себя, и его охватило отвращение. Мысль о возврате к убийству людей, вгрызанию в их глотки и выпиванию их крови доводила его до тошноты.
Это будет неправильно. Он почти слышал, как голос Баффи произносит эти слова. И в первый раз он понял, о чём она говорила все эти месяцы, все эти годы.
Он не мог снова стать вампиром.

Глава 5. Друсилла

Суббота. Вечер.


Он боролся с подступающей паникой. Я смогу это сделать, повторял себе Спайк, Я провёл столетие, убегая от толп и охотников на вампиров. Я вытащил Дру из Праги. Я убежал от чёртовых солдатиков Инициативы. Чёрт, я даже удрал от Глори, а она была богиней. Эти люди – долбанные адвокаты. Их оружие – это правила, законы и инструкции. А я никогда не играл по правилам. Я смогу это сделать.
Он замедлил дыхание. Нервно запустив в волосы руки, Спайк почувствовал, какие у него влажные ладони. Озадаченный, он ощупал своё лицо и затем вспомнил. Пот. Люди покрываются холодным потом, когда они испуганы. Он был человеком, и будет потеть как свинья весь остаток своей жизни, как бы долго она не продлилась.
Спайк в отвращении скривился. Комната имела небольшую смежную ванную, и он отправился туда, чтобы умыться. Отвернул кран, поднял взгляд и впервые за сто двадцать лет увидел своё отражение.
Он увидел то же лицо, с которым умер – слабые, мягкие черты Уильяма Кроваво-Ужасного Поэта. Уязвимые глаза, слабый рот, мягкие кудрявые волосы песочного цвета. Он выглядел даже хуже, чем старый Уильям, небритый и одетый в дешёвую серую футболку и тренировочные штаны. Он разочарованно закрыл глаза. Спайк оставил этого человека позади сто двадцать лет назад, и вылепил себя в нечто свирепое и уважаемое. Ничего этого теперь не было видно, только слабое лицо чёртова глупца, который распустил сопли и закончил в объятиях первой же вампирской сучки, захотевший принять его.
А затем пришёл гнев. Он сжал челюсти. Он может и не выглядит как Спайк, но у него всё ещё его разум и воспоминания. Горестная волна поднялась в нём при воспоминании о крови и боли, которым Спайк стал причиной, но он яростно отбил её назад. Ему нужны его воспоминания и злость, чтобы сбежать из плена, убежать от юристов и ведьмы, уничтоживших его.
Затем он снова скользнул в воспоминания. Он съёжился в углу заброшенного дома. Ангелус возвышался над ним. Лицо Уильяма и его потрёпанный костюм были покрыты кровью. Он запорол своё первое убийство и Дарле пришлось сломать мужчине шею, прежде чем соседи услышали бы его крики. Ангелус колотил его по лицу, ломая зубы и нос, превращая его в кровавый скулящий кусок мяса. Дру выла, умоляя своего Сира сжалиться над её Сладким Уильямом.
- Мы не можем позволить себе глупого вампира в семье, - бушевал Сир, - Ты понимаешь? Большинство вампиров не протягивают и года, потому что они глупы, - Ангелус схватил его за волосы и задрал его лицо, пристально уставившись в его глаза, - Мы – демоны в человеческих обличьях. У нас разум людей. Мы можем убивать людей, потому что мы используем наш разум, когда мы охотимся. Если ты просто остаёшься демоном, если не пользуешься своим разумом, ты бесполезен. Думай, чёрт тебя возьми!
Он смотрел на своего Сира заплывшими глазами и неуверенно попытался использовать разум Уильяма. Было больно использовать такой чуждый ему рассудок человека, который любил и восхищался прекрасным, чувствовал жалость и доброту. Затем Друсилла обняла его, слизывая и сцеловывая кровь с его лица.
- Твой гнев прекрасен. Он сверкает, как чаша со светом.
Ангелус отпихнул её прочь, и она в страхе заплакала.
Его злоба вспыхнула, а затем он осознал всю её глубину. Это была не просто злоба демона, но злость человека, которого жалкая благородная нищета оставила влачиться на краю хорошего общества. Это была глубокая и чистая ярость умного человека, высмеиваемого и презираемого дураками.
При этих мыслях Уильям Кровавый поднял взгляд на своего Сира и улыбнулся разбитыми и окровавленными губами.
- Я смогу это сделать. На самом деле, я даже хочу это сделать, - припомнил он смех и издевательства на своей последней вечеринке, - моё следующее убийство будет намного лучше. Но сначала мне нужен железнодорожный костыль.

Он всё ещё смотрел в зеркало, впервые замечая, насколько холодными были его глаза. Он искал злость Спайка, но Спайк использовал ярость Уильяма. Демон Спайк был создан из человека Уильяма, с его злостью, глубокой романтической любовью и жаждой признания. Он возможно и был хорошим человеком, как он однажды сказал Сесели, но всегда носил в себе потенциальное зло.
И оно никуда не делось. И душа тут ничего не меняет. Он прикоснулся к злости демона, своей собственной злости, и превратил это в оружие. Однажды он сразится с последствиями своих преступлений, но не сейчас. Сейчас ему нужно найти способ сбежать.
Спайк подошёл к двери и распахнул её настежь. Удивлённые охранники тут же начали пониматься с мест. Он уставился на них и спросил:
- Где ужин? Если вы, придурки, собираетесь прикончить меня, хотя бы дайте мне немного поесть. У меня ни одной долбанной крошки во рту не было за весь день.
Охранники переглянулись.
- Вернись в комнату, мы тебе что-нибудь принесём, - проворчал Твидлиди.
Спайк чертыхнулся и вернулся в комнату.
Где-то минут через тридцать Твидлидум вернулся с подносом. Спайк, схватив его, вспомнив все непристойные ругательства, выученные им за столетие путешествий. Как только охранник вышел за дверь, Спайк швырнул поднос через всё комнату.
Следующей была кровать. Он стянул с постели простыни и порвал подушки, так, что перья взлетели в воздух. И только когда он снял матрас и перевернул кровать, один из охранников наконец-то зашёл внутрь.
- Прекрати это.
- Или что? – подошёл к нему Спайк, - Ты убьёшь меня?
Охранник со скучающим видом ударил его. Спайк пролетел через комнату и врезался в стену. Он поднял глаза на возвышающегося над ним охранника, держась за окровавленный нос.
- Мне тебя снова ударить или ты прекратишь устраивать тут бардак?
Спайк кивнул и охранник ушёл.
Спайк тихо выругался. Проклятье, это было больно. В человеческом теле всё, казалось, чувствовалось болезненнее. Он проковылял в ванную. Сдёрнув футболку, он порвал её, чтобы впитать кровь. Было удобно иметь отражение, так что он смог выпрямить свой нос, но у него точно останется пара синяков, если, конечно, он проживёт достаточно долго, чтобы посмотреть на себя завтра в зеркало. Уильям Кроваво Ужасный Поэт становился всё кровавее.
Он осмотрел хаос в спальне и удовлетворённо ухмыльнулся. Удачно, что беспорядок отвлёк его тюремщиков от того, чтобы заметить, что он кое-что стащил с подноса. К сожалению, приборы не были металлическими, но с небольшой долей удачи он, возможно, превратит их во что-нибудь полезное.
Он закончил и посмотрел на свою работу. На самом деле это было просто жалко. Как во имя всего святого он сможет противостоять вампиру с таким жалким оружием. На самом деле у него не было даже шанса, но он, хотя бы, не уйдёт без боя.

*****
Ожидание было худшей частью. Он ждал в спальне и затем, когда охранники перевели его в другую комнату и привязали к стулу, ему снова пришлось ждать. На одной из стен было затемнённое окно, без сомнения для того, чтобы доктор и другие могли наблюдать, как их лабораторную крысу убивают и обращают в вампира. Спайк салютировал им двумя пальцами. Позади него была дверь, в которую должен был войти его убийца.
И она пришла… Стройная и прекрасная, хрупкая и беспощадная. Друсилла, его тёмная принцесса.
Завитые в локоны волосы Друсиллы были убраны назад. Её длинное платье было тёмным и викторианским. Его сердце забилось чаще, когда он понял, что она специально наряжалась для этого вечера. Она пыталась выглядеть так же, как тогда, когда она впервые обратила его. Для неё его убийство было всё равно, что романтическое свидание. Её глаза блестели страстью и безумным весельем.
Часть его отчаянно желала сдаться. Всё было так просто, когда они летели по Европе, смеясь, убивая, и не волнуясь ни о чём. Уильям Кровавый, убийца двух истребительниц, и его прекрасная безумная невеста. Вина и боль смертной жизни была бы позабыта.
- Друсилла, любовь моя, - прошептал он.
Она наклонилась к нему, окинув взглядом его обнажённую грудь и спутанные волосы.
- Спайк, - выдохнула она хриплым шёпотом.
Она медленно потянулась вниз, а затем лишь одним щелчком ногтя оставила рану у него на груди. Она убила истребительницу этими ногтями.
Он слегка вздрогнул, но продолжил смотреть прямо ей в глаза.
- Пришла забрать меня назад, pet?
Она улыбнулась, и её пальцы, словно паук, прошлись по его голове.
- Нет пластика, чтобы обманывать тебя своими мерзкими голубыми вспышками. Нет электричества, чтобы говорить тебе, что ты не плохая собачка.
Теперь её лицо было так близко, что он чувствовал, как тонет в её глазах.
Спайк посмотрел вниз на опутавшие его ремни.
- Они заперли меня в этом теле, Дру. Как я могу быть убийцей в человеческом теле?
Её пальцы вцепились в его волосы, она отдёрнула его голову назад, открывая шею, и потянула. Его глаза невольно наполнились слезами от боли.
Она слизнула слезинку и вздохнула.
- И я подумала… что за несчастье послали небеса и довели этого прекрасного незнакомца до слёз?
Он моргнул, а затем вспомнил. В той аллее, ночью, когда они впервые встретились, это были её первые слова. Он сидел на тюке соломы, съёжившись и разрывая в клочки свои стихи, рыдая, как идиот, из-за этой девки, Сесили. Тогда он поднял взгляд и увидел Друсиллу во всей её тёмной красоте.
Спайк помнил свою реплику.
- Ничего не случилось. Я желал бы остаться в одиночестве.
Господи, он был таким придурком.
Её глаза расширились от удовольствия. Одна рука оставила его волосы и прикоснулась к лицу.
- О, я вижу тебя. Мужчина, окружённый дураками, которые не могут увидеть его силу, его проницательность, его сияние.
Она осторожно провела ногтём вдоль линии его челюсти. Радостно рассмеявшись, она слизала кровь со своих пальцев.
- А ещё эта рыбка всё плавает вокруг твоей головы.
Её глаза были наполовину прикрыты, и капелька крови осталась в уголке её рта. Она всё ещё возбуждала его. Он издал лёгкий стон, а затем кивком указал на свои руки.
- Они привязали меня, luv. Если ты меня сейчас обратишь, они уберут тебя прочь, а меня оставят. Помоги мне освободиться.
Они обернулась в вампирское лицо. Спайк задержал дыхание. Затем она посмотрела вниз на его руки и улыбнулась.
- Ты – мой щеночек. Нам не нужен этот мерзкий поводок.
Она наклонилась вниз и легко порвала кожаные ремни. Раз, два, три – и он на свободе. Затем её холодная рука обернулась вокруг его глотки и без усилий подняла его вверх. Она поцеловала его, раздирая клыками губы и танцуя языком в крови. Он застонал, чувствуя, как подгибаются колени.
- Ты этого хочешь?
Её голос был низким и хриплым.
Больше сотни лет назад он прошептал: «О, да! Господи, да!» и подписал себе смертный приговор. Глядя глубоко в её безумные глаза, он жаждал сделать это снова. Он жаждал отдать ей свой разум, свою душу и свою жизнь.
- Да, - прошептал он, и она могла прочесть правду в его глазах.
Она наклонила голову и вонзила клыки ему в шею. Спайк вскрикнул от боли, и его тело выгнулось от извращённого удовольствия. Он чувствовал, как его жизнь перетекает в неё, и он схватил её за волосы, беспомощно притягивая её ещё ближе.
Следуя последней маленькой ниточке здравого разума в своей голове, Спайк полез к себе в штаны. Друсилла уловила движение и усмехнулась, не отрываясь от его глотки. Его рука двинулась мимо паха к крошечному пластиковому оружию, которое он привязал к бедру оторванной с футболки полоской. Он вытащил его.
Глаза Друсиллы были закрыты, пока она сосала и слизывала его струящуюся кровь. Он поднял на секунду оружие вверх, с отчаянием глядя на его нелепую форму. Крошечное распятье, сделанное из пластиковых приборов, связанных вместе оторванной от футболки полоской ткани. Его губы зашевелились в молчаливой молитве.
Он знал её тело спустя сотню лет любви. Он знал каждую её черточку. И хотя Спайк чувствовал головокружение от потери крови, он точно знал, куда направить самодельный крест из пластиковых ножей. Он прижал его прямо к одному из её закрытых в блаженстве глаз.
Она закричала от боли и нежданного предательства, и выпустила его из рук. Спайк тяжело рухнул на пол, но тут же вскарабкался на ноги. Он, спотыкаясь, выбежал за дверь.
Он оказался в тёмной аллее. Вглядевшись вправо, он увидел трассу. Там были огни, дорожное движение и люди. Он, пошатываясь, отправился туда, адреналин возмещал потерю крови.
Теперь он расслышал крики позади него. Люди по ту сторону наблюдательного окна должны были видеть всё, что случилось, и теперь преследовали его. Спайк, схватившись рукой за горло, мог чувствовать, как кровь струится сквозь пальцы. Он молился, чтобы добраться до трассы прежде, чем они поймают его, или чтобы он смог умереть сейчас и остаться человеком.
Они были всё ближе. Дорога была прямо перед ним. Последний рывок на пределе сил. И затем он был там, окружённый машинами и людьми, которые могли заметить его.
- Остановитесь! – попытался он просигналить проносящимся машинам, - Помогите мне! Остановитесь!
Никто не остановился. Он мог видеть тёмные фигуры охранников, приближающихся к нему. Его покачнуло от головокружения и одна из машин задела его, откинув его в сторону. Спайк ударился головой об асфальт и последней вещью, что он видел, был едущий прямо на него автобус.

Глава 6. Ангел.

Суббота. Вечер.


В сознание Спайка привела ужасающая головная боль. Застонав, он трясущейся рукой дотронулся до шишки. Если судить по его периодическим потерям сознания, у него было сотрясение. Зато он, хотя бы, больше не истекал кровью – повязка на его шее была сухой. Спайк задумался – может, он умирает? Люди очень хрупкие, и если боль была каким-то индикатором, то это могло случиться в любую минуту. Иронично. Он ввязался во всё это дерьмо ради избавления от чипа – и вот он здесь, всё ещё мучается от ослепляющей головной боли.
Было трудно не опускать веки. Как он и ожидал, после того, как охранник сломал ему нос, начали проявляться синяки под глазами. Он потёр лицо и впервые заметил шерстяную шляпу. О да, он же стянул её раньше. Когда он попытался ощупать шишку, голова взорвалась такой болью, что он потерял сознание. К счастью, в тёмной кладовке, где он прятался, его никто не мог увидеть.
Спайк начал вспоминать, где он находился. Очнулся в машине скорой помощи. Два фельдшера обрабатывали его шею, и он в приступе первобытной паники едва не укусил одного из них. Осознав, где очутился, Спайк попытался извиниться. Ему пришлось постараться, чтобы убедить их не связывать его. С хмельным очарованием он наблюдал, как они останавливают кровотечение у него на груди, прежде чем снова провалиться в беспамятство.
Спайк снова очнулся уже на больничной каталке. Кто-то подключил его к аппарату внутривенного вливания, и он сонно посмотрел на пакет с кровью. Он слегка задумался, какой она была на вкус. Затем он вспомнил адвокатов. Они, должно быть, будут выслеживать его. Если он останется здесь, его найдут. Спайк выдернул иглу из вены и с трудом сполз с каталки. Комната закружилась, и он едва не рухнул на колени. В несколько заходов, но он всё же добрался до лифта и поехал на другой этаж. Спайк помнил попытки замаскироваться и найти хоть какое-то укрытие.
В этом он точно преуспел. Сидит здесь, съёжился в кладовке. Очевидно, что он смог найти какую-ту одежду, чтобы прикрыть покрытые кровью штаны. У него есть шляпа, пальто и, он передёрнулся от дискомфорта, пара ботинок, немного меньших, чем его размер. Спайк принюхался к пальто. Аромат бродяги. Он был ужасен, но если нужно скрыться, то нет ничего более незаметного, чем бездомный человек. Он не помнил, как подобрал одежду, но очевидно, что его инстинкты ещё работали. Хоть раз Спайк порадовался тому, что человеческое обоняние не такое острое, как вампирское.
Было самое время бежать. Осторожно он выскользнул из подсобки в тёмную пустую больничную палату. Через пару шагов он засомневался в своей способности стоять ногах. Из-за сотрясения и потери крови у него кружилась голова. Он глубоко вздохнул. По всей видимости, слинять из госпиталя и, угнав машину, рвануть в Саннидейл не получится. Пора переходить к плану Б.
А какой у него, чёрт возьми, план Б? У палаты была смежная ванная комната. Спайк проковылял туда и умылся, пытаясь прочистить мысли. Он уставился на отметку на полотенце.
«Л.А. Дженерал». Он был на территории Ангела. Если вернуться к началу всей этой заварухи, некий юрист захотел его помощи в борьбе против Ангела. Значит, пришло время позвонить Старому Пуфу и выяснить, какого дьявола тут происходит. Если они злились на Ангела, почему приехали в Саннидейл и распылили его?
Еле волоча ноги, Спайк добрёл через холл до поста медсестры. Сначала он намеревался полюбезничать с девушкой, но затем понял, что со своей запачканной одеждой и лицом, будто попавшим в мясорубку, мужское обаяние вряд ли сработает. Он попробовал давить на жалость (что действительно сочеталось с тем, как он себя чувствовал), и уговорил её дать телефонный справочник и позволить ему воспользоваться телефоном.
Спайк нашёл номер и через несколько мгновений услышал звонкий женский голос:
- «Расследования Ангела». Мы помогаем…
- Позовите Ангела, - прервал он.
Голос поколебался, и затем:
- Как мне вас представить?
Что ему теперь ответить? Можно назваться, но между ними достаточно крови, чтобы Ангел никогда не подошёл к телефону. Учитывая, что Пуфстер едва не спалил Дру и Дарлу, он явно был не в настроении для семейных посиделок.
- Скажите ему, что это… Рэнди Джайлз, и это срочно.
На другом конце повисла тишина. И, наконец:
- Ангел слушает.
- Привет, Персик.
Когда Ангел заговорил снова, его голос был полон отвращения.
- Спайк?
- Твои дружки-юристы превратили меня в человека. Какого хрена тут творится?
На другом конце замолчали. На какой-то момент Спайк испугался, что его Сир повесит трубку. Было облегчением услышать ответ Ангела:
- О чём ты говоришь?
Спайк ясно слышал глубокое недоверие в голосе.
- Сказал же тебе. Я – человек. Если твои дружки-юристы поймают меня, то вернут на полную кровавую диету снова. Мне бы немножко помощи не помешало.
- Где ты?
- В госпитале. «Л.А. Дженерал».
- Буду там через час. Встретимся перед главным входом.
- Хорошо.
- Спайк…
- Да?
- Если это ловушка, если ты работаешь с «Вольфрам и Харт», я сам тебя убью.
Теперь вызов состоял в том, чтобы остаться в сознании в течение часа и добраться до фойе. Он ковылял по коридорам, тихо проклиная тесные ботинки. Его глаза и так были отвратительными, а опухоль делала всё только хуже.
Однако его зрение было достаточно хорошим, чтобы, спустившись на лифте, опознать гигантскую фигуру стоящего в фойе Твидлиди. Он поспешно натянул шляпу пониже и отступил. Прибыли люди «Вольфрам и Харт».
Он попробовал три разных выхода. Он мог бы обогнуть здание и подойти к главному входу уже снаружи. Два из них охраняли головорезы. У выхода в отделении экстренной помощи вдобавок к двум амбалам была ещё и ведьма. Наконец он решился на риск. Большинство людей не замечают бездомных. Может, он сможет проскользнуть.
Твидлиди (а может, это был Твидлидум, с уверенностью сказать он не мог) прошёлся от входных дверей к фонтанчику с водой. Спайк как можно незаметнее поковылял вперёд. Он хотел бы, чтобы вокруг было больше людей, но в такое позднее время только в отделении экстренной помощи было многолюдно. Он добрался до дверей и шагнул наружу, выдыхая с облегчением. Ангела нигде не было видно.
Затем огромная рука схватила его за плечо.
- Попался, - услышал он гулкий смешок Твидлиди.
Спайк изо всех сил старался вывернуться. Он попытался сымитировать американский акцент, сделать голос выше. Всё, что угодно, лишь бы заставить охранника отпустить его или хотя бы ослабить хватку.
- Эй! Ты чё творишь? Пусти! Я ничё ни делал!
Это было довольно жалко и не удивительно, что охранник не купился. Вместо этого он вывернул руку Спайка назад, едва не вывихнув из плечевого сустава. Затем, удерживая его в беспомощном состоянии, достал мобильный телефон.
- Это Счиллер. Я поймал нашего беглеца прямо у главного входа. Ну, я думаю, это он. Вы возможно захотите послать кого-нибудь, чтобы убедиться.
Он вывернул руку чуть сильнее и Спайк пообещал самому себе, что если его снова обратят, в меню этот ублюдок будет первым блюдом. Охранник затащил его в какой-то угол.
Спустя несколько минут, которые обернулись для Спайка одной непрекращающейся болью, появилась темноволосая женщина в деловом костюме. Она заметила их и подошла.
- Ну и что тут у нас?
- Думаю, это тот, кого мы ищем.
Она сняла шляпу, разглядывая спутанные волосы.
- Сними пальто.
Твидлиди отпустил руку, вместо этого зажав шею. Он стянул пальто, и Спайк, одетый только в запачканные кровью штаны, сразу же начала замерзать. Глаза женщины скользнули по телу блондина, она улыбалась, осматривая его мускулы. Она вытянула руку и коснулась пореза у него на груди.
- Это наш мальчик.
Женщина со щелчком раскрыла мобильный телефон.
- Объект захвачен и идентифицирован. Жду транспорт к главному входу.
Через мгновение перед ними остановилась тёмная машина. Спайк задёргался и выругался, когда его руку вывернули ещё сильнее. Тут дверь со стороны распахнулась, и вышел Ангел. Вампир огляделся вокруг и заметил женщину.
- Лайла! – переменился он в вампирское лицо.
Спайк этим воспользовался и лягнул женщину ногой. Застигнутая врасплох, она упала на спину, уронив телефон на асфальт. Он вывернулся, пытаясь избавиться от захвата охранника. Внезапно Ангел бросился вперёд, и охранник поспешно отступил.
- Спайк, живо в машину, - прорычал его Сир.
Спайк доковылял до машины и забрался в неё. Обернувшись, он увидел, как вампир подошёл к женщине, пинком откидывая её телефон. Он наклонился над ней, и во всём его демонском обличье читалась жажда крови.
Спайк озадаченно наблюдал. Это был Ангел или он снова стал Ангелусом? Выглядел он беспощадным. Женщина подняла на вампира взгляд с лёгкой улыбкой на лице. Тот смотрел на неё сверху вниз, а она смотрела на него, а затем он резко развернулся и вернулся в машину, хлопнув дверью. Они уехали.
Спайк нервно потёр свою руку, наблюдая за ростом спидометра. Он хотел было что-нибудь сказать, но бросив взгляд на бугристое лицо свое Сира, впервые за своё долгое существование, решил держать рот закрытым.

Глава 7. В отеле «Гиперион»

Суббота. Поздний вечер.


Адреналин медленно отпускал тело Спайка. Пока машина неслась сквозь темноту, он начал погружать в сон, полный смерти, крови и вины. Он проснулся рывком и тихо выругался. Ангел повернулся и уставился на него, ничего не могло ускользнуть от вампирского слуха. Спайк заткнулся. После этого он боялся заснуть снова и суетливо сидел, пытаясь оставаться в сознании. В какой-то момент он включил радио в поисках хорошей музыки, но Ангел резко отключил приёмник.
Наконец его Сир припарковал автомобиль перед отелем. Спайк не успел открыть дверь, как Ангел схватил его за руку и втащил в фойе. Его кинули в кресло и высокий вампир навис над ним, сверкая сердитыми глазами.
- Что ты делаешь в моём городе?
Их появление не прошло незамеченным. Почти сразу же к ним присоединился высокий чёрный парень вместе с симпатичной молодой девушкой.
- Кто это? – спросил парень.
- Враг из прошлого, Ганн. Враг, у которого нет права тут находиться.
Спайк посмотрел вверх на своего свирепого Сира и двух серьёзных людей. Любой рационально мыслящий на его месте испугался бы, но он был слишком измождён, чтобы быть рациональным. Вместо этого проснулись старые рефлексы. В былые времена, когда они все были одной маленькой компанией, одним из его развлечений было дразнить своего Сира и наблюдать, как тот взрывается. Конечно, зачастую это заканчивалось для Спайка избиением до полусмерти, но это стоило того, чтобы посмотреть фейерверк.
Так что Спайк вдруг поймал себя на том, что улыбается. Все выглядели такими добродетельными и серьёзными. И снова Ангел-бой сумел собрать себе команду последователей, ловящих каждое его слово.
- Собрал себе миньонов, Персик. И как вы себя называете, Душевная Команда?
Люди не поняли шутки. Они понятия не имели, как незначительны и расходуемы были миньоны для мастер-вампира. Но Ангел сделался ещё более жёстким и злобным. Очко в мою пользу, сказал себе Спайк и усмехнулся своему Сиру.
- Они не миньоны, - прогрохотал он, - они партнёры и друзья.
- Партнёры, - протянул Спайк. В первый раз с тех пор, как чёртовы юристы распылили его, он наслаждался собой, - звучит довольно безопасно, - он посмотрел на людей, - только не становитесь семьёй. Родственники Ангела обычно плохо заканчивают.
Следующее, что он помнил – это как его схватили за шею и рывком подняли на ноги. Лицо Ангела оказалось лишь в нескольких дюймах перед ним.
- Что ты знаешь о Конноре? Он мёртв? Кто-нибудь…
К его изумлению, глаза Ангела наполнились слезами. Держащая его рука начала дрожать, и затем его отпустили. Спайк кучей свалился на пол. Ангел резко отвернулся. Девушка тронула вампира за плечо, но он отмахнулся.
Ганн опустился на колени рядом со Спайком и на какое-то мгновение выглядел точно таким же свирепым и беспощадным, как и вампир.
- Если ты что-то знаешь о Конноре, тебе лучше рассказать нам, - прорычал он.
Спайк в замешательстве потряс головой.
- Кто такой Коннор?
Спайк едва мог разобрать свой сдавленный голос. Он поднял руку к шее. Кровотечение открылось снова. Он попытался ещё раз.
- Я не знаю никакого Коннора.
Ганн повернул голову.
- Фред, сходи за Лорном. Он нам скажет, врёт ли этот парень.
Спайк попытался подняться, но Ганн удержал его на полу. Ангел обернулся, наблюдая. Спайк изумлённо уставился на вампира. Лицо его Сира было поражено горем, он выглядел борющимся между яростью и невыносимой болью.
Девушка по имени Фред вернулась и привела с собой зелёного демона с рожками.
- Ну и что тут у нас? – мягко спросил он.
Тон Ганна был холодным.
- Один из старых врагов Ангела. Он был с «Вольфрам и Харт» и говорит, что кто-то убил Коннора.
Напомните мне никогда не шутить в этой компании.
- Не знаю я никакого Коннора, - посмотрел он на рогатого демона, - если ты здесь что-то вроде детектора лжи, скажи им. Я не знаю, о ком они говорят. Я был с адвокатами, но они, чёрт возьми, пытались меня убить. И я точно не знаю ничего об этом парне по имени Коннор.
Зелёный демон по имени Лорн смотрел на него с недоумением. Наконец он снова заговорил своим мягким голосом.
- Кто-нибудь ещё заметил, что он истекает кровью?
Спайк крепко держал повязку, пытаясь остановить кровотечение. Он видел, как Ангел дёрнул носом, как делал это и раньше, почуяв нечто аппетитное. Да, кое-кто заметил, и выглядит проголодавшимся. Затем девушка опустилась перед ним на колени и сняла повязку.
- Это укус вампира, - охнул Ганн.
- Да ты шутишь! - сухо прокомментировал Спайк. Он посмотрел на своего Сира, - Дру хотела снова объединить счастливую семью.
Спайк понял, что дрожит от холода. А ещё он чувствовал, как его кровь сочится сквозь пальцы.
Ангел холодно оценивал его.
- Жить будет.
Вампир помог ему подняться и толкнул назад в кресло. На мгновение его глаза сверкнули жёлтым, и Спайк увидел, как его ноздри передёрнулись от запаха человеческой крови.
- Лорн, нам надо знать, лжёт он или нет.
Демон вздохнул.
- Я не мистический детектор лжи. Я скажу тебе, знает ли он что-нибудь о Конноре, или является ли он для нас опасностью. Но то, что его аура показывает, это его собственный путь и личные дела.
Ангел кивнул и, обернувшись, пристально посмотрел на Спайка.
- Спайк, никаких уловок. Почему ты здесь? Почему ты связался с «Вольфрам и Харт»? Имеет ли это какое-либо отношение к Коннору?
Спайк застонал.
- Я здесь, потому что пытался удрать от долбанных адвокатов. Я связался с ними… - он остановился, вспоминая начало, некий контракт, что он подписал. Он посмотрел на демона и понял, что должен рассказать всё, - потому что я чёртов идиот. Я был пьян, они предложили вытащить мой чип и я подписал контракт. Они сказали, что у них с тобой некоторые разногласия, и я согласился помочь.
Кровавый ад, подумал он, всё это дерьмо по моей собственной чёртовой вине.
- Как?
- Я должен был позвонить им.
Он увидел недоверие на лице своего Сира.
- Это всё. Я не помню всех деталей, но всё сводилось к телефонному звонку. Ничего больше. Я не знаю этого Коннора, о котором вы все говорите. Я не знаю, как звонок навредит тебе или поможет им. Я даже не помню, о чём этот звонок должен быть. Я знаю одно, как только я подписал контракт, они распылили меня. И когда я очутился в человеческом теле, они попытались убить меня снова!
В комнате повисла тишина. И затем:
- Спой что-нибудь.
Спайк не веря уставился на своего Сира.
-Что?!
Напряжение вокруг него немного ослабло.
- Лорн может читать людей. Но для этого им нужно спеть, - объяснила Фред.
- Вы шутите, да?
Спайк огляделся вокруг, но было очевидно, что здесь никто не шутил. Вот он сидел, окровавленный, избитый и замёрзший, а они ждали, что он для них споёт. И, как назло, даже ради собственной жизни, он не мог вспомнить ни одной песни. Наконец Спайк начала напевать «Боже, храни Королеву», как призрак его давно ушедшего викторианского детства.
Фред тихо хихикнула, и только Ангел удержался от улыбки. Спайк почувствовал, как краснеет. Он совсем забыл о подобной реакции. Спайк прекратил петь.
- К чёрту это.
Демон пристально на него посмотрел.
- Мне нужно немного больше. Ты можешь просто напеть под нос, если стесняешься.
Спайк нахмурился, и промычал ещё несколько тактов.
Лорн огляделся вокруг.
- Он говорит правду, - повернулся он к Ангелу, - он такая же пешка Сил и их пророчеств, как и ты. Теперь почему бы не уложить мальчика в постель и не дать ему немного отдохнуть.
Люди посмотрели на Ангела и вампир вздохнул.
- Хорошо, разместим его в комнате, которой пользовался Уэсли. И, Фред, не могла бы ты принести аптечку. Ни к чему, чтобы он тут всё залил кровью.
Спайк медленно поднялся. Он неуверенно стоял на ногах, так что Ганн подхватил его и, частично поддерживая, отвёл в комнату. Фред присоединилась к ним с аптечкой первой помощи. Сев на край кровати, она принялась перевязывать рану на его шее. Они дали ему тёплую махровую салфетку и Спайк смыл кровь с плеч и груди. Наконец он лёг и они ушли. Когда он натянул на себя покрывало, остался только его Сир.
- Что это был за бред о моей семье?
Спайк устало закрыл глаза.
- Ты убил свою семью после того, как тебя обратили. Помнишь? Ты ненавидел свою семью. Помнишь? Я лишь саркастично напомнил им, что быть твоим родственником небезопасно.
- Действительно.
Спайк удивлённо открыл глаза. Голос его Сира звучал печально, почти разбито.
Не смотря на своё обычное к нему отношение, Спайк почувствовал немного симпатии.
- Что происходит, Ангел? Если ты хотел моей смерти из-за случая с Геммой Амара, всё что тебе нужно было сделать – это оставить меня в госпитале. К чему все эти вопросы? Кто такой Коннор?
Его Сир стоял у двери и изучал его. Наконец он заговорил.
- Ты не первый из нашей линии, с кем они сделали такое. Они вернули Дарлу. Затем, когда она наконец захотела остаться человеком, они нашли Друсиллу чтобы убить её и обратить. Она… - Ангел не смог встретиться с ним взглядом, - она страдала, и теперь её нет. Коннор – её сын, - он замолчал, - он – мой сын.
- Это невозможно, - уставился на него Спайк.
Ангел покачал головой.
- Я знаю. Но у меня есть сын. И потому что он мой сын, дитя пророчества, он бы похищен.
- Ты подумал, что я замешан?
- Замешаны «Вольфрам и Харт», особенно Лайла. Я подумал, может ты… не бери в голову. Поспи.
Ангел развернулся. Спайк ошеломлённо наблюдал, как тот уходит. Внезапно он понял, что за последние несколько минут они перестали быть врагами. За прошедшую сотню лет соперничество и ненависть к Ангелу были одним из оплотов его жизни, а сейчас, всё, что он мог чувствовать, была жалость.
Вошёл Лорн, держа в руках кружку и какие-то таблетки. Спайк безропотно взял кружку.
- Горячий шоколад?
- Горячий шоколад и немного аспирина. Это поможет тебе уснуть. Прости, но у нас нет маленьких кусочков зефира.
Спайк сделал глоток, осторожно разглядывая демона. Как много он успел узнать про него?
Демон сел в рядом стоящее кресло и смотрел, как Спайк пьёт таблетки. Затем, когда он почти закончил пить, Лорн заметил:
- Ты знаешь, ЛА на самом деле не самый подходящий город для викторианского джентльмена.
- Что ты прочёл? – поперхнулся Спайк.
- Расслабься. Я улавливаю психические волны, обычно довольно нечёткие.
Спайк недоверчиво посмотрел на демона.
- Насколько нечёткие?
Лорн улыбнулся.
- Достаточно, чтобы знать, что ты получил то, о чём мог только мечтать. Ты был монстром, теперь ты человек. Кое-кто называл тебя бездушным демоном. Теперь у тебя есть душа. Пришло время возвращаться домой.
Демон улыбнулся и Спайк уставился на него, открыв рот в изумлении. Он поднялся, забрал пустую кружку и собрался уходить. Казалось, он боролся с самим собой, а потом обернулся.
- Там телефон на комоде. Тебе действительно надо ей позвонить. У тебя не так много времени.
Демон посмотрел на Спайка почти с симпатией, а затем покинул комнату.
Спайк ошеломлённо сел. Он повернулся и бросил взгляд на комод. Глубоко вздохнув, он поднялся и подошёл к телефону. Пора было позвонить Баффи.

Глава 8. Пророчества и Истребительницы.

Воскресенье. Утро.


Спайк уставился на телефон. И что, чёрт возьми, он должен сказать Баффи? «Детка, я – человек!» - это слишком странно. «Привет, у меня есть душа. Пошли трахаться» - откровенно, но, скорее всего, не сработает. «Меня тут распылили. Ты скучала?» - это было просто жалко. Почти отказавшись от этой идеи, он всё-таки решил сымпровизировать и набрал номер Баффи.
Гудок. И ещё один. После третьего включился автоответчик. Спайк будто онемел. Автоответчик отключился. Чертовски умно, Спайк! Вот как надо впечатлить Истребительницу. Он посмотрел на маленькие часы рядом с кроватью. Было четыре утра. Баффи будет просто в восторге, если Спайк разбудит её своим рассказом о том, как провёл выходные.
Но если он сейчас не позвонит, возможно, он не найдёт в себе сил сделать это снова. Он составил в уме маленькое послание, и снова набрал номер.
- Баффи, это Спайк. Прости, что не забрал Дон на вечеринку, но произошло кое-что важное. Я у Ангела в ЛА.
Он повесил трубку и пожелал, что хотел бы думать, что ей не всё равно. Хотя это и не так, но слова Лорна не выходили у него из головы. «Кое-кто называл тебя бездушным демоном. Теперь у тебя есть душа. Пришло время возвращаться домой».
Первый раз за всю неделю он уснул с надеждой в своём сердце.

* * *

Близился рассвет – самое тяжёлое время для Ангела. Коннор просыпался рано, и до рассвета у них с сыном всегда был час, посвящённый только им самим. Он бродил по тёмному отелю, чувствуя боль от страстного желания снова подержать на руках своего сына.
Он услышал приглушённые рыдания и обернулся. Всё что угодно сейчас лучше, чем быть наедине со своими мыслями. Он пошёл на звук и понял, что стоит перед комнатой Уэсли. Это был Спайк. Ангел заколебался на мгновение, но всё-таки открыл дверь.
Зайдя внутрь, Ангел увидел, как Спайк, с залитым слезами лицом, мечется во сне. Внезапно он проснулся. Устало сощурившись, он, наконец, окликнул вампира:
- Ангел?
- Не собирался будить тебя. Я тебя услышал и пошёл посмотреть, всё ли в порядке.
Спайк сел.
- Рыдаю, как большой младенец, - проворчал он, яростно вытирая глаза, - Ангел, как ты это выдержал?
- Душу?
- И воспоминания, - Спайк запустил пальцы в волосы, будто пытаясь вытащить свой мозг. Он вздрогнул, нечаянно задев шишку на голове, - мы убили и заставили страдать так много людей. Как можно жить с таким чувством вины?
Одной из пыток для души Ангела было не только осознание своих деяний, но и созданной им Друсиллы, а через неё – Спайка. Даже когда он прекратил убивать, его создания продолжали. Когда он, наконец, покинул семью, одним из последних воспоминаний был Спайк, запачканный кровью Истребительницы, развязно вышагивающий по разрываемым войной китайским улицам. Сейчас он пытался увидеть перед собой монстра, но видел только несчастного молодого человека.
- Чувство вины никогда не уходит, - тихо признал Ангел, - но так или иначе, ты поймёшь, что другие люди важнее, - подумал он о Конноре, - помощь другим людям не возвращает наших жертв к жизни, но делает жизнь с чувством вины немного легче. Или, - вампир печально улыбнулся, - ты можешь сотню лет ползать по канавам и упиваться жалостью к самому себе.
Спайк вздохнул.
- Не думаю, что в человеческом теле протяну так долго, - передёрнулся он с изумлённым видом, - кстати, говоря о теле, где здесь уборная?
- Вниз по коридору и направо.
Ангел наблюдал, как Спайк поднялся, бормоча что-то о том, что и так достаточно погано иметь дело с долбанной человеческой совестью, но мириться с человеческими почками просто выше его сил.
Вампир задумался над собственными словами. Если Лорн был прав, Спайк был пешкой Сил, которые прибудут, такой же проклятый, как он сам, Дарла или Коннор. Ангел вздохнул и покинул тёмную комнату.

* * *

Спайка разбудил желудок. По сравнению с голодом, боль от порезов и синяков отошла на второй план. Вчера он так ничего и не поел, и сейчас чувствовал себя изголодавшимся, как новорождённый вампир.
Прежде, чем отправиться на поиски еды, Спайк умылся и попытался выпрямить волосы. Может, сто лет назад эта причёска и выглядела по-щегольски, но теперь это был просто спутанный клубок из кудрей песочного цвета. Ему нужна была бритва и было бы неплохо найти что-нибудь кроме этих дурацких штанов, покрытых запёкшейся кровью. Например, рубашку. Или ботинки.
За стойкой в фойе он нашёл Фред.
- Еда? У нас есть немного пончиков и кофе. В холодильнике есть сливки. И ещё у нас есть чай, который мы держим для Уэс… У нас есть чай.
Она отвела его в небольшую кухню и показала, как разогреть чашку с водой в микроволновке. Доставая сливки, он наткнулся на несколько пакетов с кровью для Ангела. С некоторым удовольствием он отметил для себя, что больше ему никогда не придётся пить свиную кровь.
Первый кусочек стал откровением. Он в шоке уставился на пончик. Он как-то пробовал из любопытства пончик в былые вампирские дни, но вкус был совершенно другим. Жареное тесто, покрытое сахаром, оказалось настоящим объедением. Он съел его с жадностью, а потом ещё один, обсыпанный чем-то вкусным. Третий пончик был с кремом внутри. Человеческое чувство вкуса было потрясающим!
К нему присоединился одетый в махровый халат зелёный демон. Лорн налил себе кофе и теперь наблюдал, как Спайк пожирает второй пончик, потом третий, и уже подобрался к четвёртому, обсыпанному шоколадной крошкой.
- В самом центре калорийных баталий, как я погляжу?
Спайк осторожно опустил пончик. Человеческое тело набирает вес! Как много рекламы он видел по телевизору о различных диетах, таблетках и пугающе выглядящем спортивном оборудовании! Прожив век в остающимся неизменном вампирском теле, теперь он столкнулся с возможностью выглядеть как персонаж из шоу Джерри Спрингера. Перед глазами мелькнул расплывшийся Харрис, и он содрогнулся.
- Надо найти для тебя что-нибудь из одежды, пока эти штаны не начали ходить сами по себе, - тем временем говорил Лорн, - почему бы тебе не принять душ, а я тебе что-нибудь найду?
Один плюс отеля был в том, что здесь было множество душевых. Закончив, Спайк нашёл ожидающую его одежду. Это были ярко-жёлтые брюки и очаровательно голубого цвета рубашка, покрытая бледно-зелёными, лимонными и пурпурными завитушками. Было трудно найти что-то такое, что заставило бы его выглядеть ещё более нелепо, чем гавайская рубашка Харриса, но Лорн сумел это сделать.
К завершению всего, Ангел ждал его, как только он вернулся в фойе. Глаза вампира немного округлились, но сохранив лицо невозмутимым, он произнёс:
- Пойдём со мной.
Он отвёл Спайка в рабочий кабинет, заполненный книгами и документами.
Книги были повсюду, но в некотором смысле среди них был определённый порядок.
- Уэс… один из моих бывших сотрудников, изучал пророчества. У Сил, казалось, имелись серьёзные планы на линию Мастера. В основном, мы делали фокус на документах, включающих Коннора, Дарлу, и меня самого. Но были и другие.
Спайк взглянул на бумаги. Их были кучи. Ничего на английском. Он мог опознать латинский, греческий, устаревший французский, но большинство, казалось, было на неизвестных языках.
- Ссылки в основном зашифрованы. К примеру, Коннора обычно называли Дитя Вампира, Дарлу – Матерью, или Фавориткой.
Спайк задумался. Мастер всегда выделял Дарлу больше всех, и давал ей самые важные поручения.
- Ну и как они называли тебя?
Ангел имел приличие выглядеть смущённым.
- Чемпион. Также – Отец. До проклятья в паре пророчеств я упоминаюсь как Ангел Сатаны.
Спайк ухмыльнулся. Затем его Сир вернулся к другим документам.
- Иногда упоминается Друсилла как Безумная Королева, здесь, собственно, о Мастере, и я думаю вот это, - указал Ангел на скромную стопку, - должно быть о тебе.
Заинтригованный Спайк перешагнул через кучу бумаг и пробежал по ним взглядом.
- И как они называют меня? Могу я надеяться быть чемпионом, или, хотя бы, безумным королём?
- Нет, ты – Истребитель Истребительниц, и, я думаю, что последние ссылки говорят о тебе как о Хранителе Ключа.
Спайк испуганно развернулся.
- Что? Хранитель чего?
Ангел встретился с ним глазами.
- Это было не о Конноре, так что никто не углублялся в подробности. Но я думаю, что пророчества говорят о том, что ты – Хранитель Ключа. Достаточно много упоминаний о некоем мистическом Ключе и, по всей видимости, ты связан с ним.
Спайк нерешительно взглянул на документы. В прошлом году адская богиня Глори пыталась использовать Дон как ключ для возвращения в собственное тёмное измерение. Значит ли эта куча бумаг, что есть и другие, которые хотят навредить Ниблет? Он нахмурился.
- Я бы хотел взглянуть.
Ангел кивнул.
- Хорошо. Но помни, что пророчества коварны, и если ты им позволишь, они начнут управлять твоей жизнью. Но если Лорн прав, и многие из них включают тебя, думаю, ты имеешь право их знать.
Если документы были о Малышке, они могли быть важными. Спайк поднял кучу бумаг с пола и переложил её на стол. Его Сир ушёл и Спайк принялся разбирать документы, пытаясь извлечь хоть какой-то смысл. Он вздохнул – он действительно не любил исследования. В старые дни, будучи Уильямом-Придурком-Викторианской-Англии, он любил представлять себя учёным. Это была часть его прошлого, которую, как он думал, он похоронил больше века назад.
Но он дал обещание леди приглядывать за Дон, и если эти записки содержат знание, которое поможет её защитить, он будет их изучать. Так что он попытался воскресить в памяти латинский и греческий, и начал с трудом читать документы.
Через несколько минут у него заболели глаза, и он стал искать что-то вроде увеличительного стекла. Кто бы мог подумать, что этот Уэсли оставит очки в ящике стола. Спайк примерил их и, казалось, они немного помогли.
Материал, что он мог перевести, был раздражающе неясен. Один документ, кажется, говорил так: «Ключ позволит Бородатому заполнить (пройти?) Долину (Морских водорослей?)». В другом он читал: «(Волшебник?) будет преследовать Ключ и он/она вознесётся над (Сырыми яйцами?)». Он был готов уже бросить всё это дело, когда прочитал: «Истребитель Истребительниц будет растоптан у входа (Пасти?) к Аиду и повержен на (колени?) в городе посланников»
Чёрт возьми! Без сомнения, ему роскошно надрали задницу в Адской Пасти, и раз посланники по-другому означали ангелов, это была ссылка на его замечательное времяпрепровождение здесь, в Лос-Анжелесе. Так что-то из этой ерунды было правдой, и это, возможно, означает, что бедную Дон ожидает всё что угодно, кроме безопасной и тихой жизни.
Он услышал шум и поднял голову.
В дверях стояла Баффи и смотрела прямо на него.
Он безмолвно уставился на неё, снова поражённый её красотой. А затем он внезапно осознал, на что он сейчас похож. Вот он сидит – небритый, с дурацкими длинными кудрявыми волосами, побитым лицом, в жёлтых штанах и самой уродливой рубашке из всех существующих… о да, да ещё и в очках. Кровавый, кровавый ад! Он быстро снял очки и спрятал их.
Спайк замер, нерешительно глядя на женщину, которую любил.

Глава 9. Баффи

Воскресенье. Утро.


Дон плохо восприняла новость о смерти Спайка. Если бы она кричала и плакала, её можно было бы утешить, но она вела себя тихо, слишком поражённая горем, чтобы плакать.
- Хочешь поговорить об этом, Донни?
Дон покачала головой, и посмотрела на старшую сестру с болью в глазах.
- Какой с этого толк, Баффи? Как будто тебе не плевать. Спайк нравился только мне, и теперь он мёртв.
Баффи хотела возразить, сказать… А что она могла сказать? Что иногда он ей нравился, что иногда она почти любила его, а в другое время она его ненавидела и презирала себя за то, что хотела его? Что мир без наглого обесцвеченного вампира внезапно оказался очень пустым местом? Она завидовала Дон в её незамысловатой привязанности к Спайку, и к её простому горю после его смерти.
Прошлой ночью, пока Баффи работала в позднюю смену и патрулировала, Тара приходила приглядывать за Дон. Впервые после разрыва с Уиллоу светловолосая ведьма провела всю ночь вместе с ней в одном доме, но обе викканки были слишком обеспокоены Дон и думали только о ней.
Вернувшись, Баффи постаралась немного поспать. У неё оставалось лишь несколько часов до утренней смены, и ей нужно было отдохнуть. Но сон не приходил. Было слишком много воспоминаний.
В конце концов, Баффи поднялась и снова вышла на улицу. Она не могла найти покоя. После смерти её матери была суета с похоронами, дела, которые нужно было сделать, и ещё дюжина разных вещей, которые отвлекали от боли потери. После смерти Спайка не было ничего. Никто не устраивает похороны для вампиров. Нет такой церемонии, чтобы оплакать их уход. Ты не можешь даже молиться за них – они были демонами. Мёртвое домашнее животное и то получает больше уважения, чем прах некогда сложного и разумного существа.
Она сказала самой себе, что идёт в склеп забрать его плащ. Это могло помочь Дон утешиться. Баффи вошла в склеп и, подобрав плащ, почти бессознательно завернулась в него. Плащ пах Спайком – кожей, табаком, виски, и чем-то неуловимым, уникальным только для её любовника. Моего бывшего любовника, сказала она себе, и, в конце концов, вспомнив его оцепеневшее лицо, когда она порвала с ним, её глаза наполнились слезами.
Баффи решила также забрать фотографии. С помощью зажигалки она зажгла свечу и спустилась на нижний уровень. Оказавшись там, она оглянулась, погружаясь в воспоминания. Несчастная обугленная кровать, о которой они вечно забывали. Дюжины свечей, с помощью которых он обычно пытался придать романтический оттенок своему тёмному миру. Но теперь во всём этом бардаке только фотографии и плащ имели какую-то ценность, всему остальному оставалось только догнивать.
Она вернулась на верхний уровень, оглядывая склеп в последний раз. Её взгляд снова наткнулся на кучку пыли. Это казалось чем-то неправильным - игнорировать его останки, оставив их здесь, на волю насекомым и грызунам. Наконец, она решила собрать прах в картонную коробку, и вышла наружу.
Баффи понесла останки в лес за городом. Идти было достаточно далеко и она устала, отчего чувствовала себя ещё более угнетённо. Когда она наконец дошла, то прислонилась к дереву и попыталась придумать, что делать дальше.
В небе уже начинал заниматься рассвет. Баффи подумала, что если бы сейчас он был жив, то уже вернулся бы в свой склеп, готовясь провести ещё один день, прячась от смертоносных солнечных лучей. Он провёл в темноте больше сотни лет.
С восходом солнца поднялся ветер. Баффи медленно взяла пригоршню праха и наблюдала, как как утренний бриз поднимает и разносит его по воздуху. Горсть за горстью она рассеивала прах. Ей хотелось бы сказать что-нибудь подходящее, какое-нибудь последнее благословление, но произнести хоть что-то значило признать, что он исчез из её жизни навсегда.
Наконец коробка опустела. Она чувствовала себя полностью истощённой и измученной. После долгой прогулки до дома у неё оставалось времени только на то, чтобы переодеться перед сменой в Дворце Двойного Мяса. Она с радостью погрузилась в отупляющую работу, потому что сейчас всё что угодно было лучше, чем думать и чувствовать.
- Добро пожаловать в Дворец Двойного Мяса! Могу я принять у Вас заказ?
- Баффи! Земля вызывает Баффи.
Она сфокусировала свой взгляд. Напротив неё стояла Уиллоу и улыбалась. Большой сияющей улыбкой. Баффи оглянулась и заметила невдалеке Тару и Дон. Улыбающихся. Все были счастливы. Отчаяние, затопившее Баффи, грозилось прорваться наружу.
- Уиллоу?
- Баффи, звонил Спайк. Он в ЛА.
Внезапно стало трудно дышать. Она попыталась что-нибудь произнести, но облегчение было таким болезненным, что просто душило её. Облегчение, радость, а затем гнев. Как он посмел так сильно её перепугать? Пока она стояла, онемевшая и парализованная, внутри у неё разразилась настоящая буря из эмоций.
Уиллоу, наклонившись вперёд, понизила голос.
- Слушай, я не сказала Дон, но ему здорово досталось. Серьёзно. И они говорят, что он в большой опасности и нужен кто-то, кто бы увёз его из города.
В битву вступил страх, он и победил. Баффи обернулась и подошла к менеджеру.
- Простите, но у меня случился форс-мажор. Мне надо уйти, - менеджер попытался возразить, но Баффи упёрлась, - Послушайте, можете поставить меня на двойную смену на следующей неделе, но сейчас я ухожу.
Она стащила шляпу с головы и присоединилась к викканкам и Дон.
Дон сияла.
- Баффи, когда я проснулась, оказалось, что Спайк оставил сообщение на автоответчике. Он у Ангела. И Уиллоу позвонила Ангелу, и они сказали, что он в порядке.
- Ангел?
- Я позвонила Ангелу, - вмешалась в разговор Уиллоу, - и там кто-то взял трубку и сказал, что Спайка действительно нужно забрать из ЛА, - она оглянулась на Дон, явно не желая произносить всё это вслух, - так что я ответила, что ты поедешь и заберёшь его.
- Я? Но…
- Это должна быть ты, - решительно произнесла Тара, - и тебе надо взять с собой Дон. Она очеь хочет его видеть.
- Но поехать в ЛА?
Уиллоу ухмыльнулась.
- Я знаю, что ты не дружишь с автомобилями. Но там неплохая дорога. Просто езжай по пятой автостраде, а затем сверни на бульвар Сепульвида.
«Не дружишь» - это было ещё мягко сказано. Баффи и автомобили были абсолютно несовместимы. Она могла бороться с демонами и истреблять вампиров, но езда по автостраде пугала её до чёртиков. Нужно было менять полосы, и никто не хотел уступать, и всегда была опасность оказаться не на той полосе и обнаружить, что придётся разворачиваться. Она едва успела принять душ и одеться, прежде чем обнаружила себя за рулём внедорожника, едущего по адской автостраде.
Дон, взволнованная настолько, что подпрыгивала на месте, и полная желания общаться, только подливала масла в огонь. Баффи стиснула зубы и попыталась не врезаться в грузовик, что тащился прямо перед ней. Она даже не заметила, когда Дон включила радио на волне с какой-то раздражающе-сопливой мальчиковой группой.
- Сепульвида, Сепульвида, - продолжала шептать она себе под нос, моля о том, чтобы ей не пришлось менять полосу, чтобы свернуть.
В конечном итоге это заняло три часа, но наконец-то она остановилась у «Гепериона». Судьба была милостива, и ей не пришлось параллельно парковаться. Её немного потряхивало, когда она вышла из машины и последовала в отель за скачущей сестрой.
Их встретил Ганн. Он представился и сказал, что Ангел спит.
- Спайк занят исследованиями. Я вас сейчас к нему отведу.
Исследованиями? Спайк? Внезапно Баффи начала нервничать. Три часа она концентрировалась на том, чтобы не слететь в кювет, и у неё не было возможности подумать о светловолосом вампире. А теперь до неё дошло, что она понятия не имеет, как реагировать. Ей надо бы злиться на то, что он нарушил данное Дон слово и напугал их всех до смерти, но часть её просто хотела обнять его снова.
Ганн показал им дверь, которую она открыла и зашла внутрь. И замерла. Кто это? Спайк? Да быть не может. На нём что, парик? И где он откопал эту одежду? А затем он посмотрел на неё, и её сердце сжалось при виде его избитого лица. На нём были очки, которые он неуклюже сдёрнул и попытался спрятать. Один глаз был заплывшим, а в другом было столько уязвимости.
- Спайк! – сломала тишину Дон, прорвавшись мимо Баффи и кидаясь ему в объятия.
Он вздрогнул от боли, но всё равно пытался держать лицо. Дон его обнимала, плача от облегчения.
- Мы думали, что тебя кто-то убил! Мы нашли прах в твоём склепе и подумали, что ты умер!
Баффи почти завидовала тому, как его лицо расслабилось и появилась эта нежная улыбка, которая предназначалась только для её сестры. Он обнял девочку, успокаивая.
- Я в порядке, Ниблет. Прости, что напугал. Но я точно не умер. Фактически… - его улыбка стала куда более озорной, когда он развернул Дон, прижав её голову к своей груди, - слушай.
Баффи хотела возразить, но затем она увидела, как глаза Дон удивлённо распахнулись.
- Спайк! Что это? – отшатнулась она, вопросительно глядя на него, - Твоё сердце бьётся! – она протянула руку и дотронулась до его лба, - Ты тёплый. Ты человек? – она от изумления открыла рот, - Как ты умудрился превратиться в человека?
- Полагаю, чистая удача. Меня распылили, и кое-кто с помощью магии вернул меня назад.
- Это была Уиллоу?
Великолепно, Баффи! Мысленно пнула она сама себя. Самая глупая вещь, которую можно сказать.
Спайк обернулся к ней. Было больно видеть, как его лицо меняется от предназначенной для её сестры улыбки к неуверенному выражению.
- Нет, здесь Рыжая чиста. Это были чёртовы юристы!
- А что с волосами? – Дон потянулась и взъерошила его длинные песочные кудри.
Он отшатнулся и едва не зарычал, несмотря на всю свою человечность.
- Руки прочь, девчонка. Да будет тебе известно, столетие назад это был последний писк моды. Дамочки просто в обморок падали.
- Ну конечно, - фыркнула Дон, - а одежда? Тоже заставляла их падать в обморок, или вызывала тошноту?
- Тут ты меня поймала, - ухмыльнулся Спайк, - её мне одолжили и она выглядит куда лучше, если твоя кожа зелёного цвета.
- Кто тебя так отделал?
Баффи наконец-то нашла в себе силы двинуться с места и подошла к нему ближе. Она хотела вытянуть руку и дотронуться до его лица. Когда Спайк посмотрел на неё, она могла утонуть в его взгляде.
Он сглотнул, затем посмотрел на Дон и постарался не нагнетать атмосферу.
- Беспокоиться не о чем. Просто подзабыл, каким хрупким может быть человеческое тело. Ничего, жить буду.
- Донни, не оставишь нас на минутку?
Дон неуверенно посмотрела на Спайка. Тот кивнул.
- Слушай, Ниблет, думаю, твоей сестре несладко пришлось, пока она сюда ехала. Почему бы тебе не сходить в фойе и не попросить кого-нибудь из здешних ребят помочь тебе приготовить немного горячего шоколада? У них есть тот самый сорт с зефиром, который делала ваша мама. Помогает успокоить нервы.
- Хорошо. Только потому что ты спрашиваешь, - она прошагала к выходу, задержавшись только для того, чтобы взглянуть сверху вниз на сестру, - но ты бы её видел – она сжимала руль всю дорогу так сильно, что у неё побелели костяшки пальцев.
Дон ушла. Баффи видела, как его улыбка растаяла и он взглянул на неё. Несознательным жестом она вытянула руку и погладила его щёку. Она была тёплой, немного колючей от отросшей щетины. Он закрыл глаза.
Её рука двинулась вниз и она почувствовала порез. Встревоженная, она вгляделась и увидела рваную рану вдоль линии челюсти. И ниже… Она подняла руку к собственной шее и смущённо дотронулась до шрама.
- Тебя укусили.
- А, да, - потёр он свою шею, - были небольшие проблемы с Дру. Она хотела своего старого хладнокровного Спайка назад, - он посмотрел на неё снова, - Лорн - парень, одолживший мне эти наряды - предположил, что мне надо убраться из города.
Впервые за всю эту неловкую беседу, Баффи наконец знала, что сказать.
- Именно поэтому я здесь, Спайк. Чтобы забрать тебя домой.

Глава 10. Добро пожаловать в Саннидейл.

Воскресенье. Полдень.


Стало трудно дышать. Она пришла забрать его домой, будто бы это было самой естественной вещью в мире. Он уставился на неё и умудрился выдавить:
- Спасибо, luv.
И в комнату вошёл Ангел.
- Баффи?
- Ангел!
Вот и закончилось время для посещений Спайка. Баффи прошагала через комнату. С той же лёгкостью, что и Дру, она оставляла его ради объятий его Сира. Они улыбнулись друг другу с лёгкостью и спокойствием, как никогда не было со Спайком.
Почему нет? Персик её чёртова настоящая любовь, супермен с человеческой душой.
Он опустил взгляд на документы, боясь того, какое выражение его лица они увидят, если посмотрят на него. Он осторожно разгладил бумагу жестом прилежного ученика, которым он был когда-то. Быстрый взгляд показал ему, что его Сир стоит с видом благородного мученика, а Баффи гладит его по щеке. Правильно, тот же жест, который пару минут назад привёл его в бурный восторг. Просто ерунда, сказал он себе. Если ей попадётся раненый хомяк, она, должно быть, тоже будет гладить его маленькие пушистые щёчки и смотреть с таким же сочувствием. Он проклинал человеческий слух за недостаточную остроту, чтобы услышать их разговор, но, вероятно, это было и к лучшему.
Дон вернулась с горячем шоколадом, и когда она увидела Ангела, повторилась сцена с тёплыми объятиями. Старый Пуф хоть и был опустошённым после потери своего ребёнка, но всё равно умудрился быть на высоте, выглядя благородным страдальцем и, одновременно, любезным хозяином.
- Ангел, я думаю, что эти манускрипты могут быть важны.
Может, было неприлично прерывать это маленькое воссоединение, но всему есть предел.
- Я могу забрать их с собой?
Как только его великодушный Сир согласился, Спайк собрал бумаги и понёс их в фойе. Ему не стало легче от того, что он застал за столом обнимающихся Ганна и Фред.
Почувствовав старую знакомую боль, он горько усмехнулся над иронией всего этого. Неделями он говорил себе, что это какая-та странная неисправность в чипе, которая заставляет его любить и защищать женщину, которую он должен хотеть убить. Теперь у него не было чипа, а он всё ещё любил её. Если он и думал о том, чтобы снова превратиться в человека (а это, хоть и редко, но бывало), то полагал, что его эмоции будут не такими пылкими, а более викторианскими и куда более сдержанными. Они не были. Вот он, без чипа, в другом теле, укомплектованный душой, и всё ещё отчаянно влюблённый в Баффи. Не было никаких чудесных изменений личности, никаких переключений от Ангелуса к Ангелу. Он всё ещё был тем несчастным придурком, влюблённым в женщину, которая его не хотела.
Он уныло взглянул на бумаги. Он что, действительно думал, что душа что-то изменит? Чёрт, если бы это было так, Щенок добился бы её ещё давным-давно. Или Капитан Америка продержался бы куда дольше.
- Спайк, вот ты где, - он с облегчение обернулся навстречу Дон, - пошли в машину. Тебе нужна помощь с этими бумажкам? – когда он покачал головой, она спросила, - Кстати, зачем они вообще?
- Просто заметки. Ангел сказал, что, возможно, они помогут объяснить происходящее.
Дон задержалась, чтобы попрощаться с Ганном и Фред, и он присоединился к ней, поблагодарив парочку. Часть него просто тошнило от этих пристойных британских манер.
Входные двери находились в тени, но за ними светило яркое калифорнийское солнце. Рефлексы, выработанные за столетие, заставили его затормозить на границе тени, а затем он шагнул под солнце. Несколько мгновений он просто стоял там, чувствуя, как тепло греет его кожу. В тот день, когда он недолго носил Гемму Амара, то был слишком занят попыткой убийства Баффи, чтобы обратить внимание на солнце. Но теперь свет окружал его, и его великолепие было подобно благословению. Цвета слепили глаза. Они были ярче, даже цвета его тошнотворной одежды. Он понял, что улыбается, словно идиот.
- Нравится?
Он посмотрел вверх, на насыщенное голубое небо.
- Это великолепно, Ниблет. Не могу дождаться, когда у меня появятся веснушки.
Он обернулся и увидел позади себя Баффи. Спайк вспыхнул, вспомнив, что он пытался её убить в прошлый раз, когда говорил это.
Лицо Баффи осталось спокойным.
- Хочешь повести?
- Пожалуйста, Спайк. Отвези нас домой. Ты не хочешь увидеть Баффи за рулём.
- Прости, pet, но я не могу. Моё зрение не в лучшей форме.
Дон застонала и полезла на переднее сидение. Истребительница с неохотой заняла место за рулём. Спайк немного задержался, не желая менять солнце на полутьму автомобиля. Он оглянулся и увидел Ангела, стоящего в дверях отеля. Несколько минут назад он настолько ревновал к своему Сиру, что едва мог это выносить, а теперь в нём вспыхнула жалость. Несмотря на всю свою силу и весь свой опыт, вампир с душой никогда не сможет познать простого удовольствия от прогулки под солнцем. Ангел навечно был пленником темноты. Он послал своему Сиру грустный взгляд и пошёл к машине.
*****
Это была воистину адская поездка. Для Баффи достаточно страшен был и утренний воскресный траффик, но к полудню пятая автострада была забита. Автомобили еле тащились, было невозможно поменять полосы и они проехали две аварии. Через минут пятнадцать оба пассажира притихли, оставив её концентрироваться на том, чтобы довезти их домой живыми.
К тому же Баффи отвлекало отражение Спайка. Она смотрела в зеркало заднего вида, и видела его, тихого и задумчивого. Его избитое лицо было таким знакомым. Он выглядел так после того, как я избила его в аллее. Он был просто вещью, бездушной вещью. Лицо позади неё выглядело таким израненым и таким человеческим. Он был человеком с памятью о том, как она обижала и использовала его. Она пыталась концентрироваться на дороге, вспоминая, как она избивала его, оскорбляла и отвергала малейшую его попытку вести себя как человек. Теперь он был человеком. Человеком, видевшим и испытавшим на собственной шкуре её тёмную сторону.
Когда они наконец вернулись в Саннидейл, Баффи устала и проголодалась. Уже перевалило за пять вечера, так что они пропустили ланч. Она могла бы прихватить что-нибудь по дороге, но оплатив счёт за электричество у неё едва хватало денег, чтобы дотянуть до следующей зарплаты. Она остановилась у кладбища.
Спайк вышел, а затем снова заглянул в машину.
- В склепе у меня припрятано немного денег. Позволь мне угостить вас пиццей или чем-нибудь ещё. Ты не в той форме, чтобы готовить.
Баффи начала протестовать, но Дон была с ней не согласна. Поэтому она с удовольствием проиграла в споре. Он сходил в свой склеп и вернулся в привычных джинсах и чёрной футболке.
Во время обеда она была зрителем. Дон и Спайк спорили по поводу выбора пиццы, и наконец сошлись на половине вегетарианской, половине с двойным мясом и сыром. Её сестра настаивала на салате, с чем неохотно согласился Спайк. Он ворчал, но, кажется, в тайне наслаждался всем этим.
Всё это время создавалось ощущение, что он использует её сестру как щит, способ уклониться от обращения непосредственно к ней. И это был тот, кто постоянно преследовал её и требовал поговорить. Теперь, когда он смотрел на неё, он выглядел почти смущённым.
Когда Дон потребовала, чтобы он рассказал, как превратился в человека, то он превратил это в эпос. Это же был Спайк, который мог даже истории об убийствах семей превратить в занятные рассказы для её сестры. Все выходные прозвучали как почти комическое приключение. Дон смеялась, а Баффи размышляла над тем, почему он так сопротивлялся тому, чтобы его снова обратили в вампира.
Они почти закончили есть, когда она спросила:
- Спайк, где ты собираешься остановиться?
Улыбка, предназначенная для Дон, слегка увяла.
- Со мной всё будет в порядке в моём склепе.
- На кладбище. Окружённый свежеобращёнными вампирами. Я так не думаю.
- Я могу позаботиться о себе, Истребительница. Делал это больше века.
- Это небезопасно. Тебе надо ненадолго остановиться где-нибудь ещё, по крайней мере, пока ты не оправишься от своих ран.
- Они не такие уж и серьёзные. К тому же, - его голос стал тише, - мне на самом деле больше некуда…
- Баффи, он может остаться у нас. Хотя бы пока не поправится.
Он нахмурился.
- Вам не о чем беспокоиться. Если станет слишком плохо, я всегда могу остановиться у Клема.
- Баффи, ты не можешь позволить ему вернуться на кладбище. Он теперь человек, и они его там достанут!
Баффи приняла решение.
- Спайк, ты должен остаться у нас, - когда он начал протестовать, она добавила, - Дон волнуется о тебе. Всего лишь на несколько дней, пока мы не найдём тебе что-нибудь получше.
Дон уставилась на него большими щенячьими глазами и он что-то проворчал, соглашаясь.
Позже Баффи решила, что это было всё-таки игрой на показ. Несмотря на своё ворчание, он уснул на диване через пять минут после приезда. Она едва отошла в заднюю комнату, чтобы принести его плащ и фотографии, он уже спал. Спайк уснул, как и сидел, так что она осторожно уложила его. Она стянула с него обувь, заметив волдыри и порезы на ногах.
Баффи укрыла его принесённым Дон одеялом. Пока никто не смотрел, она позволила себе нежно убрать волосы с его спящего лица.
*****
Она стояла в лесу, медленно рассеивая прах Спайка. Бриз закрутил его вокруг неё, и он пах кожей, виски и сигаретами. Она вдохнула, а потом тихо заплакала.
Её голова лежала на коленях у Тары. Светловолосая ведьма гладила её волосы, пока та плакала.
- Ты любишь его? Эт-то нормально, если да. Он сделал много хорошего, и... и он на самом деле тебя любит. И-и Баффи, это нормально, если нет. Тебя ждут не самые лучшие времена, а у тебя осталось только пять дней.
- Пять дней?
Она подняла взгляд на Тару, но викканка смотрела в пространство, и на лице её застыл ужас. Баффи перевела взгляд. Прах закручивался всё быстрее, и в этом вихре мерцали всполохи пламени. Пламя было белым, и сквозь него был виден силуэт Дон, привязанной к башне, кровь стекала из пореза на её животе. Она плакала.
Баффи обняла Дон, пытаясь остановить слёзы. Но Дон уставилась на неё испуганными глазами.
- Я знаю. Баффи, я знаю про ритуал! Я должна его остановить.
- Нет!
- Я должна! Посмотри, что происходит! Баффи, ты должна меня отпустить! Кровь это начала, и пока кровь течёт, это никогда не остановится. Ты знаешь, что ты должна мне позволить… Это должна быть кровь…
Теперь Баффи бежала, ныряя в открытый портал. Среди страха и боли она чувствовала слабый запах кожи, виски и сигарет. Прах щекотал её губы.

Она проснулась. Дрожь прошлась по её телу, и она взмолилась, чтобы этот сон был обычным ночным кошмаром. Только бы это не оказалось сном Истребительницы! Пожалуйста, путь ничего из этого не будет в будущем! Но глубоко внутри она уже знала правду.

Глава 11. Объятия и барные драки.

Понедельник. Утро.


Баффи уставилась в темноту, пытаясь побороть страх. Если сон был правдой, то несмотря на её жертву, Дон всё ещё была в опасности. Её заполнило отчаяние и чувство беспомощности.
Она не знала, что делать. Баффи была Истребительницей - в её силах было сражаться. Но этому не было конца. Нам просто нет конца. Ты можешь убить сотню, тысячу, тысячу тысяч и самого дьявола в придачу, но всё, что нам нужно, это когда у одного из нас - всего лишь одного - раньше или позже, появится то, на что мы все надеемся. Один... хороший... день. Если бы дело было только в ней, то она не страшилась встретиться со смертью. Хоть она больше этого и не хотела, но всё равно не боялась. Но что, если её смерть останется бессмысленной? Что, если она умрёт, а силы зла всё равно будут преследовать Дон?
Господи, как она хотела, чтобы Джайлс был здесь. Ей нужно было его хладнокровное аналитическое мышление. Она просто видела его, как он обсуждает её сновидение, протирает свои очки, а затем находит правильную книгу с правильным предупреждением. Но он уехал. Она знала, что он сделал это для того, чтобы научить её быть ответственной. Но часть её задавалась вопросом, что возможно, он знал, что всё бесполезно и не хотел смотреть, как она умирает. Он не хотел находиться здесь, когда силы тьмы окончательно доберутся до её сестры.
Она поднялась и стёрла слёзы со своего лица. Завернувшись в тёплый серый халат, Баффи спустилась на кухню.
Силуэт на фоне кухонного окна её испугал. Включив свет, она поняла, что это Спайк. Он заморгал, а затем нахмурился и наклонил голову.
- Баффи, что-то случилось?
Он почти двинулся у ней на встречу, но потом сдал назад.
- Я... я просто спустилась попить воды.
- Я заваривал чай. Хочешь?
Она кивнула и села за стол. Было приятно позволить кому-то поухаживать за собой. Она чувствовала, как её пробирает лёгкая дрожь.
Баффи наблюдала, как Спайк ходит по кухне. Казалось, ему всё здесь вполне знакомо, и она вдруг поняла, что он, должно быть, привык за то лето, когда помогал заботиться о Дон. Она жадно искала различий, что-то, что отличало бы этого мужчину от монстра, которого она знала все эти годы. Что-то драматичное, подобно превращению Ангела из Ангелуса, когда лицо врага внезапно оказывается озадаченным лицом её возлюбленного. Но Спайк действовал и говорил как... Спайк. Проворно двигаясь, он наконец принёс чашки и сел напротив неё.
Они пили чай в тишине. Баффи грела руки о кружку и позволила горячей жидкости смягчить её сухое горло. Закончив, она осознала, насколько уютно она себя чуствовала. Она бросила взгляд на его лицо, побитое, но всё равно прекрасное. На раненых губах играла мягкая улыбка, будто только находиться рядом с ней делало его довольным. Ей всегда говорили, что в глазах человека можно прочесть его душу, но взгляд Спайка был всё тем же, когда он был направлен на неё. Он всё ещё любит меня, потрясённо осознала она. Он смотрел на неё так же, как и в тот раз, когда она только выбралась из могилы. Это напомнило ей о том, кто ничего не требовал, кто сражался на её стороне. Спайк, который прислушивался к ней и никогда не осуждал.
Может, это и позволило ей признаться.
- Мне приснился кошмар и я боюсь, что это может быть сном Истребительницы, - посмотрела она на него, - ты знаешь, что это значит?
- Слышал об этом, - тихо кивнул он, - они могут предупредить тебя о грядущих событиях.
Конечно, он знал об истребительских сновидениях, он охотился за истребительницами больше века. Она пыталась найти Истребителя Истребительниц в мужчине, сидящем напротив неё. Но не было никакого намёка на монстра, просто тихо слушающий её человек.
- Сначала я снова пережила некоторые события. Всё началось с рассеивания твоего праха.
Он моргнул.
- Ты рассеила мой прах?
- Извини, я не смогла придумать какую-то церемонию, или что-нибудь такое. Так что, да, я рассеила твой прах в лесу.
Он выглядел захваченным врасплох.
- Полагаю, приятное место.
- Затем твой прах закружился вихрем и превратился в портал, и я увидела Дон. Всё было так, как когда Глори добралась до неё. И мне пришлось снова прыгнуть в портал, чтобы его закрыть.
Его лицо потемнело.
- Мы не можем позволить этому снова случиться.
Мы! Он тут же принял эту проблему, как свою собственную. Она улыбнулась и с сомнением произнесла:
- Это может быть и просто ночной кошмар. Просто переживание плохих воспоминаний.
- Баффи, - понизил он голос, - я кое-что привёз от Ангела. Очевидно, что есть множество пророчеств о "Ключе". Есть возможность, что Дон всё ещё является Ключом, и всё ещё есть силы, которые захотят использовать её. Моего запущенного латинского хватило, чтобы это понять.
Она не хотела рассказывать ему о приснившейся Таре и её спутанной исповеди светловолосой ведьме. Но её пришлось сказать ему:
- Во сне, осталось только пять дней.
- Пять дней до чего?
Но она не могла ответить ему. Она не знала. Пять дней перед тем, как кто-то снова придёт и попытается убить её сестру? Пять дней, прежде чем ей опять придётся умереть? После того, как она боролась так долго, процарапывая путь к жизни. Она так яростно старалась заново научиться жить. Она не хотела снова встретиться с болью и страданием. И если ей снова придётся это сделать, кто защитит Донни в следующий раз? Всегда будет опасность, всегда будут люди, которые захотят убить ребёнка, чтобы использовать Ключ.
Баффи не могла произнести ни слова. Её глаза начали наполняться слезами. Когда она поднялась на ноги, то поняла, что её трясёт. Спайк обогнул стол. Поначалу он едва мог коснуться её, его останавливала эта странная нерешительность. Она всхлипнула, наполненная отчаянием, и внезапно он обнял её. Она прижалась к его груди и почувстовала, как её поглащает его сила и тепло.
- Этого не случится снова, Баффи. Мы не позволим им забрать Дон.
Он приподнял её лицо и нежно поцеловал её лоб.
- Послушай, pet. Из этих бумаг я уловил одну вещь. Есть множество различных историй о Ключе. И в некоторых из них не было насилия - они были о том, как она позволяет различным существам переходить в другие измерения. Мы спасём её, Баффи, и она проживёт долгую жизнь.
Она смотрела в его чистые голубые глаза, на искренность и любовь в них, и впервые за всё время почувствовала себя в безопасности.
Конечно, счастливые моменты не могут длиться вечно. Позвонил её менеджер. Этот ублюдок не стал задерживаться по поводу её обещания выйти на двойную смену. Кто-то из работников не вышел, так что ей пришлось идти.

* * *

Это был долгий день. Спайк разрывался между озабоченностью по поводу нависшей над Дон опасностью и едва ли не эйфорией от воспоминания, как Баффи была в его руках.
С утра начался переполох как только поднялись на занятия Дон и Уиллоу. Он улыбнулся, вспомнив Рыжую. Её лицо оживилось, когда она увидела его, и она крепко его обняла. Из всех Скуби она всегда больше других принимала Спайка, он был её лейтенантом в то долгое лето, когда Баффи была мертва, и даже успокаивала его, когда впервые сработал его чип и он не смог её убить.
С Дон было куда сложнее. Заспанный подросток, которому надо идти в школу в понедельник утром - не самое приятное зрелище. Но даже она обняла его, прежде чем пойти на автобус. А затем он оказался в одиночестве в Каза дель Саммерс. Дом, в котором он был приглашён остаться. Он вспомнил те месяцы, когда ему отказали в приглашении, и это тепло ему было недоступно. Как он жаждал простого человеческого тепла, которое он чувствовал в этих стенах, смотря "Страсти" с Джойс, поддразнивая Дон, и просто находясь рядом с Баффи. А теперь ему разрешили здесь спать и за одно утро обняли целых три раза.
В некотором смысле это приводило в замешательство. Он так долго пытался заслужить одобрение от Баффи и её друзей. Но всегда был овтергнут. Теперь все знали, что у него есть душа и - бум - наступил день Обними-Спайка.
Однако он не собирался проверять на прочность гостеприимство. Ему нужны были деньги, и, со временем, своё местожительство, где безопаснее, чем на кладбище.
Спайк вернулся в склеп собрать одежду и найти что-нибудь, что можно продать. Поразительно, как мало у него было спустя эти 120 лет. Его одежда и туалетные принадлежности умещались в коробке, и, отбросив несколько цепочек и дешёвых панковских колец, ценного было немного.
Он вздохнул. Как ему не была противна эта мысль, но придётся продать мотоцикл.
Это была его радость и гордость. Мотоцикл не был так полезен как его любимый ДеСото, но делал идеальным образ Биг Бэда. Но эти деньки уже прошли. Они закончились довольно давно, по крайней мере с тех пор, как его захватила Инициатива, а может ещё с той ночи, когда он увидел Баффи, тацующую в "Бронзе". Теперь он должен был признать, что Биг Бэд ушёл навсегда и он понятия не имеет, кем ему теперь предполагается быть.
Он не вернулся к Уильяму и он не хотел снова ту жизнь. Но былые лёгкие дни дрейфования по миру, беря всё, что захочешь, ушли безвозвратно. Ему придётся найти работу, платить налоги, покупать еду, укладываться в графики и прочую унылую рутину человеческого бытия. Однако каким-то образом, чем больше он думал об этом, тем больше это представлялось неким новым приключением. Он был очень хорош в роли мастера-вампира, достаточно для того, чтобы они с Дру могли странствовать по любым городам и быть там принятыми. Он даже, по воле случая, смог стать Мастером Саннидейла, родным домом Адской Пасти. Это был новый вызов, и он собирался устроить свою жизнь куда лучшим образом, чем это делал бедняга Уильям.
Большую часть дня он провёл закладывая и продавая вещи. Он купил себе новые ботинки, продукты, парочку словарей, и умудрился попасть домой до того, как вернётся Дон. Он не думал, что она уже была в опасности, но решил быть осторожным. Он купил жареную курицу с овощами в супермаркете и смог разогреть всё на ужин.
К семи часам он чувстовал себя неспокойно. Весь день он был хорошим мальчиком и даже провёл пару часов, сражаясь со свитками на латинском и греческом. Этого было достаточно для того, чтобы парень захотел что-нибудь убить. Его немного удивило, что в нём выжило желание хорошей драки.
Уиллоу согласилась присмотреть за Ниблет, так что он отправился к Клему. Ему нужна была помощь с документами. У демонского подполья имелись свои неплохие ресурсы, но доступ человеку был к ним ограничен. К сожалению, любителя вечеринок Клема дома не оказалось.
Прежде чем Истребительница вернётся домой оставалось ещё пара часов, и он отправился в "Бронзу". Он попытал счастья на бильярде и не остался разочарован. Различия между его человеческим и бывшим демоническим телом, как оказалось, не уничтожили основные навыки игры. Когда он наконец достанет очки, то сможет сделать неплохие деньги.
Выиграв последнюю партию у какого-то университетского щёголя, он направился в бар, чувствуя себя вполне жизнерадостно. Заказав себе пива, он обернулся и увидел Харриса, уныло пьющего за столиком. Он скривился и задумался над тем, чтобы уйти. Но раз он хочет быть с Баффи, то, по крайней мере, ему придётся помириться со щенком.
После недолгого спора самим с собой Спайк решил захватить луковые колечки в знак примирения. Харрис понемного превращался в шарик, и должен был хорошо отреагировать на еду. Взяв корзиночку с закуской, он прошагал к столику и уселся на стул.
- Вали отсюда, - сердито уставился на него Харрис.
- Просто решил, что ты сможешь помочь мне с этим. Я не очень сильно проголодался, - он знал, что должен попытаться помириться, но не дразнить мальчишку было просто выше его сил, - хорошо поел у Баффи. Знаешь, я живу там.
Харрис уставился на него. Парень становился всё дороднее, и этими потухшими глазами он напомнил Спайку Харриса-старшего. Пока он жил у Ксандера в подвале - определенно, одни из худших дней его существования - он видел отца мальчишки и теперь семейное сходство становилось всё сильнее.
- Я сказал ВАЛИ!
С этим воплем Харрис смахнул корзинку с луковыми колечками со стола и кружка Спайка перевернулась.
Осматривая свою залитую пивом одежду, Спайк почувствовал, как в нём поднимается приятно-знакомый гнев.
- Ни к чему быть мерзким, обезъянка. Я не уводил от тебя маленького демона возмездия. Если меня не подводит память, ты сам решил сделать ноги.
Ксандер поднялся, возвышаясь над ним. Это будет просто чудесно. Я так ждал момента разобраться с Харрисом, когда у меня не будет этого хренова чипа в голове. Спайк медленно встал, улыбаясь.
- Не лучше ли нам выйти?
Когда они оказались в аллее, Спайк отметил, что Щенок выше него на несколько дюймов и по крайней мере, тяжелее фунтов на пятьдесят. Но у него не было за плечами столетнего опыта грязных барных драк.
- Ну, давай, жалкий придурок. Посмотрим, получится ли у тебя побить того, кто на самом деле сможет тебе ответить.
Харрис ринулся, как бык, и Спайк быстро увернулся, ударив его в нос. Пошла кровь. Чудесно! Затем Харрис ударил его в челюсть и он отлетел назад. Кровавый ад! Тряхнув головой, он понял, насколько он слабже, как человек. Возможно, у него и сохранились бойцовские инстинкты Уильяма Кровавого, но мышечный тонус был таким же, как у Уильяма-Поэта.
Он быстро шагнул в сторону, когда Щенок на него набросился, и ударил его по шее. Ксандр заблокировал удар и вывернулся.
- Нам позволить им убить друг друга, или помочь им в этом деле?
Спайк распахнул глаза, вглядываясь в темноту позади Харриса.
- Зачем оставлять людям всё веселье? Давайте убьём их сами.
Из тени выступило трое вампиров.
Вот ведь дерьмо!

Глава 12. Пикник

Понедельник. Ночь.


Ксандер замер. Не оборачиваясь, он спросил:
- Сколько?
- Трое, - быстрый оценивающий взгляд, - молокососы. Будут драться, как идиоты.
- Как очень сильные идиоты, - поправил Харрис, вытаскивая кол из рукава.
Спайк ухмыльнулся. Очевидно, что годы в Скуби Банде всё-таки не прошли для парня даром.
Он вытащил свой собственный кол. Раз уж он отныне полон человеческой крови и оценивается в роли закуски, то пришло время носить с собой дерево.
Троица атаковала. Спайка оскорбило то, что Щенка они сочли большей угрозой. На Харриса напали двое, а самый мелкий - на него.
Новички были тупыми, как надгробные плиты, и вовсе не ожидали, что кто-то даст им отпор. Он нацелил кол в сердце. Вампир отмахнулся от него с лёгкостью, и Спайку пришлось напомнить самому себе, что тело Уильяма-Поэта не было телом воина. Его толкнули, пригвоздили к стене и дернули голову в сторону.
Спайк зарычал. Раз он не позволил Дру забрать его, то точно не даст осушить себя какому-то молокососу. Он не мог дотянуться до грудной клетки, но умудрился вонзить кол глубоко в пах вампира. Может и не убьёт урода, но аппетит отобьёт точно. Вампир побледнел больше, чем это было возможно, и отступил. Взвизгнув, кровосос согнулся и схватился за раненое место. Спайк ухмыльнулся, похлопал его по плечу, и, когда тот поднял голову, пронзил колом его сердце.
Харрис неплохо справлялся, учитывая тот факт, что сражался с двумя вампирами за раз. Спайк удивил самого себя, отвлекая одного из них на себя. Должно быть виновата его мягкая человеческая душа, потому что определённо в этом действии не было следов мозговой деятельности. Он ударил его в спину и попал по рёбрам вместо сердца. Однако этого хватило, чтобы отвлечь вампира от Щенка.
Он развернулся, утягивая кол вместе с собой, оставляя Спайка безоружным перед лицом взбешённого чудовища. Спайк отступил, кидая какие-то пакеты с мусором в вампира, как будто это могло заставить того умереть от отвращения. Удар, и его снова пригвоздили к стене. Он яростно пинался. За плечом вампира он увидел, как Харрис распылил своего противника, и теперь сам мог надеяться на спасение.
Конечно, Ксандер смог только впихнуть кол в грудную клетку чудовища. Очевидно, вампир был защищён какой-то бронёй. Он взревел, отпуская Спайка и оборачиваясь, чтобы придушить Харриса. Спайк вытащил оба кола из спины вампира и кинул один Ксандеру. Теперь они оба пытались пробиться через броню, пока вампир метался между ними. Наконец Харрису повезло, и вампир исчез в облаке праха. Они стояли и ухмылялись друг другу, пока прах оседал на них обоих.
- Неплохая драка, приятель. Позволь мне угостить тебя пивом.
Ксандер усмехнулся и, пошатываясь, пошёл в "Бронзу" вместе со Спайком.
- За мной луковые колечки.
Он вернулся на Ревелло Драйв вскоре после того, как Баффи вернулась с патрулирования.
- Дорогая, я дома! - завалился он с нахальной развязностью.
Баффи вышла из кухни, где она дожёвывала остатки салата.
- Спайк, ты пил!
- Нет, я налаживал узы мужской дружбы, - на его губах играла старая усмешка, так раздражающая её и привлекающая одновременно, - луковые колечки, пиво и распыление вампиров. Это был славный вечер.
Она принюхалась к его пропитавшейся пивом одежде и отметила покрывающий его прах.
- Спайк, ты свинья.
Она попыталась держать суровое выражение лица, но это было сложно.
- Да, luv, а от тебя пахнет жиром, но я никого не оскорбляю.
- Я собираюсь идти в душ и отправиться в постель. И, - добавила она, как только он открыл рот, - если ты только предложишь присоединиться ко мне хоть в одном из этих пунктов, то отправишься спать в свой склеп, где сможешь продолжить не менее славную ночь, распыляя вампов.
Она приняла душ, тщательно использовав всю горячую воду, и легла в постель. Зная его темперамент, холодный душ ему не помешает. Последней вещью, услышанной перед сном, было немного фальшивое исполнение "We are the Champions", доносившееся из ванной комнаты.

*****

Каза дель Саммерс было не лучшим местом для мужчины с похмелья. Спайк проснулся рано от ночных кошмаров, как было каждое утро с тех пор, как он обзавёлся чёртовой душой. Только на это раз к виноватой совести прибавилась пульсирующая головная боль и тошнота. Было ясно, что его человеческий обмен веществ был совершенно не готов к приёму больших порций алкоголя.
Конечно, как только женская популяция дома разобралась, что к чему, то сразу же обернулась злом. Баффи готовила бекон и весь дом наполнился запахом жира. Дон была раздражающе громкой. Даже Уиллоу, милая Уиллоу, гремела и хлопала по всему дому. Он отчаянно задумался над тем, что случилось с Днём Обними-Спайка.
Он выпил аспирин и ретировался в подвал.
Как только Уиллоу и Дон ушли, Спайк поднялся наверх и прошёл к холодильнику. Баффи в это время сортировала грязное бельё. Когда она пришла из комнаты Дон с охапкой грязной одежды, то обнаружила его роющимся по кухонным полкам.
- Что ты ищешь?
- "Собачью шерсть".
- Ещё и восьми утра нет, а ты ищешь алкоголь?
- Да, - невыразительно посмотрел на неё Спайк.
- Ну, тогда ты ничего не найдёшь. У нас едва ли хватает денег на еду, что уж говорить о содержании для тебя мини-бара.
Она отправилась в подвал, к стиральной машине, и он последовал за ней.
- Хотел поговорить с тобой как раз на эту тему.
Это было так знакомо - Спайк, преследующий её и желающий поговорить. Она обернулась.
Он стоял на лестнице и смотрел на неё вниз. Его голос был на удивление твёрдым.
- Мне не нужна благотворительность, luv. У меня есть немного денег, и, раз ты позволила мне остаться, я буду помогать. Платить ренту, или что-то в этом роде.
- Ренту? - удивилась она. - Тебе незачем платить ренту.
К тому же, выплата ренты делала его положение официальным.
- Тогда позволь мне платить за продукты. Хоть что-нибудь. С тебя достаточно беспокойства за твою сестру.
Он спустился вниз и подошёл к ней, пока их не осталась разделять только корзина с одеждой. Она смотрела ему в лицо. Он выглядел таким серьёзным. В голове всплыл первый день в Дворце Двойного Мяса. Его лицо было таким же убеждённым. "Я могу достать деньги", - сказал он тогда.
- Откуда ты взял деньги? - потребовала она.
- Продал мотоцикл, - впервые улыбнулся он, - не волнуйся, pet, это честные деньги. Я теперь играю по правилам.
- Продавая краденый мотоцикл?
- Верно, - вздрогнул он, - но ты и Скуби сделали всё возможное, чтобы демон-бой не вернулся за ним, так что, думаю, ты заслужила свою долю.
Его лицо вновь стало серьёзным.
- Так ты позволишь мне помочь?
Баффи сглотнула и наконец произнесла:
- Хорошо, ты можешь купить продукты на эту неделю. К тому же, нам в любом случае нужно больше, раз уж ты остаёшься с нами, - он улыбнулся, и это заставило её сердце растаять. Она быстро развернулась, - мне надо заняться стиркой.
Когда она вернулась из подвала, Спайк сидел за кухонным столом, читая старые документы и делая пометки на листке бумаги. В какой-то странный момент от напомнил ей Джайлза, что было довольно тревожащей мыслью. Баффи вспомнила, что, когда она впервые увидела его в отеле, на нём были очки, и на мгновение она представила, как он их протирает, так, как всё время делал Наблюдатель. Она тряхнула головой, прогоняя нелепые образы, и обошла вокруг стола.
- Это об этих документах ты говорил? Где упоминается Дон?
- Да, и это грёбанная куча дерьма! - это заявление уничтожило образ Спайка в роли Наблюдателя. - Думаю, каждый раз, когда очередной чёртов монах напивался, он садился и писал одно из этих хреновых пророчеств! Да и то, что последний раз я читал на латинском больше века назад, проку не добавляет.
- По словам Джайлза у Совета Наблюдателей не было никаких сведений по Глори и Ключ.
- Ага, и ты поверила кучке этих уродов? Здесь их множество, luv. Просто половина не имеет никакого смысла, а другая не даёт никакого понятия о том, находится ли Нибблет в опасности.
- Ты должен показать это остальным. Я соберу всех завтра.
Она позвонила Ксандеру и оставила сообщение. Поразмыслив, она также позвонила Таре. Если Дон угрожает опасность, им понадобится магия. Положив телефонную трубку, она задумалась. Что она им скажет? Что у неё был сон, который всё больше и больше похож на правду? Что Дон в опасности? Что будет открыт другой портал? И если верить Спайку, Дон может выжить. И если её сон не лгал, ей придётся прыгать снова.
Она помнила, как ей было страшно, когда в шестнадцать лет она узнала, что Мастер должен убить её. Она помнила, как каждый раз, апокалипсис за апокалипсисом, ей угрожала смерть. Последний раз действительно убил её, но она всё равно вернулась, чтобы сражаться снова. Если ей опять придётся умереть, чтобы закрыть портал и спасти Дон, то она так и сделает.
Однако она поняла, что эта идея не приносит ей радости. Ей дали несколько месяцев жизни и что она с ними сделала? Большую часть времени она провела в депрессии, игнорируя дар жизни. Она устроилась на работу, которую возненавидела. И она спала со Спайком и обращалась с ним, как с чудовищем.
Она посмотрела на человека, сидящего по ту сторону стола. Я почти позволила себе любить его, но он был монстром. Теперь он человек. И у меня осталось только четыре дня, чтобы жить. Внезапно она почувствовала себя так, будто с неё сняли тяжёлую ношу. Если у неё осталось только четыре дня, она проживёт их полностью. Пришло время прекратить прятаться.
- Спайк, пойдём отсюда.
Он поднял на неё взгляд, удивлённый, но не противоречащий.
- Куда ты хочешь пойти, luv?
- Давай устроим пикник.

*****

Спайк раздумывал над тем, как мужчинам вообще удаётся понять женщин. Вампиром он мог чуять изменения гормонов, сладкий запах страха, мускусный аромат желания. Он мог слышать удары сердца и узор дыхания. Он мог видеть мельчайшие капельки пота. Даже со всеми этими подсказками, Баффи ставила его в тупик. Теперь же он просто вообще не въезжал в происходящее.
У них не было корзины, так что Баффи собрала несколько фруктов, остатки курицы, сок, бумажную посуду и салфетки в пакет. Они положили покрывало в другой пакет. Они пошли пешком, что было определённо безопаснее, чем ехать в машине с Истребительницей за рулём. По началу Спайк подумал, что они направляются в ближайший парк. Но они прошли мимо него. Ладно, возможно они направлялись к зелёным университетским лужайкам. Но они прошли и мимо них. К этому времени он переборол похмелье достаточно, чтобы проголодаться. Когда они дошли до леса, он просто умирал с голода.
Баффи наконец нашла подходящую поляну и расстелила покрывало. Он оглянулся вокруг. Очень изолированное место. Он наблюдал за Истребительницей с интересом, размышляя над тем, что происходит. У него была одна идея, но он не хотел спугнуть удачу.
Поведение Баффи колебалось между нервным и игривым. Она флиртует со мной, удивлённо подумал он. Открытая, прямолинейная, трахайся-и-вали Баффи флиртовала. Как, чёрт возьми, мне полагается отвечать? Ни Викторианская эпоха, ни столетний любовный опыт с безумной женщиной не научил его особенностям современных свиданий. А самым близким к свиданию для них двоих было убить несколько монстров прежде чем просто заняться сексом.
Очевидно, что искусство современного флирта включало еду. Здесь ничего нового для него не было, в своё время они с Дру обменивались кровью и целовались. И кусочки яблока были куда симпатичнее истекающих кровью трупов. Он задумался над тем, считалось ли это их первым свиданием, раз он был впервые с ней, как человек, или можно ожидать чего поинтереснее. Но после того, как они избавились от еды и их губы встретились, все сомнения испарились. Спайку определённо сегодня повезёт.
Рефлексы давали о себе знать - как будто он мог забыть мгновения, когда он любил свою Истребительницу. Когда его руки скользнули под топ, он куснул её за шею именно так, как она любила. Она застонала, откинув голову и прижимая его сильнее. Кровавый ад, он словно в тиски попал и не мог дышать! Баффи открыла глаза и, изумившись, отпустила.
- Я сделала тебе больно?
- Нет, luv, - ответил он, глядя на суперсильную женщину, которую он любил, - просто не до конца пришёл в себя после поездки в ЛА.
Он знал, что где-то сейчас Силы надрывают животы от хохота. После месяцев радостного обучения своей возлюбленной прелестям грубого секса, рядом с которыми меркло любое человеческое соперничество, теперь он был в человеческой шкуре. И теперь ему придётся соревноваться с собственным вампирским прошлым. Он был тем, кто мог трахаться по пять часов без перерыва. А теперь он застрял в теле чёртова поэта, на свидании с женщиной, которая могла раздавить его, как орех.
Однако, если предстоит умереть, это не самый худший способ. И если его тело было телом поэта, то столетнее воображение было воображением всё того же извращенца.
Так что Спайк снова был в объятиях своей любви жизни и нежизни. Его последней мыслью, прежде чем события стали слишком интенсивными, чтобы думать, было то, что вселенной определённо надоело играть в игру Пни-Спайка.
Смотрите также:
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь.
Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться, либо войти на сайт под своим именем.
# 11 от 28 февраля 2016 15:26
Edgeni пишет:
на самом интересном месте!
# 10 от 28 февраля 2016 13:02
пожалуйста продолжение
# 9 от 31 июля 2012 09:30
Яд пишет:
Хороший перевод. Любопытно, что же дальше
# 8 от 19 мая 2012 17:30
prostoya пишет:
Интересно, и , по-моему, таких идей еще не было..Я не стала смотреть оригинал, буду ждать перевода.
# 7 от 27 апреля 2012 13:11
винни-пух73 пишет:
Весьма необычно. ВиХ решившие, что человек Спайк обвинит в своих преступлениях Ангела и точно убьет его - а что, здаврый смысл в этой идее есть. Логично, вполне логично.
Ксандер с генератором - господи. наконец-то фик. где из людей не делают злобных троллей!
Правда я искренне надеюсь, что Спайк управится сам, в смысле с разборками кто кому Рабинович, а не с унитожением ВиХ, это дело не одного человека, и ему не понадобится помощь несколько неадекватной Баффи.

Респект как переводчику - текст вполне художественный. Спасибо.
# 6 от 26 апреля 2012 18:57
Sikozu_Shianu пишет:
Спасибо огромное всем!!!!
Моё дебют на этом сайте, так волнуюсь)))) Я большой любитель фиков с очеловеченным Спайком, и, честно, безумно хотелось поделиться прочитанной историей, читала её на одном дыхании.
Надеюсь, со временем будет все в порядке и постараюсь не затягивать с продолжением ad
# 5 от 26 апреля 2012 16:07
Velvet_Cloud пишет:
Перевод отличный.
Сам фик поразил до глубины души. Баффи, хватающаяся за надежду, что кучка пыли, найденная ею в склепе - это не то, что осталось от Спайка. И тона начинает понимать, что он дорог ей. Только вот Спайк... Вольфрам и Харт так просто не отпускает своих сотрудников. Если с ними заключён договор - это почти навечно. Но зная Баффи... ВиХ просто по камешкам рассыплется. если она этого захочет - потому как истребительница настолько же упрямая, насколько и сильная. ok да и Спайк не дурак. Хм, а ещё ВиХ может изменить свою политику - ведь передумали же они убивать Ангела, оставили до Апокалипсиса...
# 4 от 26 апреля 2012 14:41
Doria пишет:
Завязка интересная, буду ждать продолжения.
Sikozu_Shianu, спасибо за перевод. give_rose
# 3 от 26 апреля 2012 12:23
Droplet пишет:
Sikozu_Shianu, отличный перевод! Буду следить за продолжением! 14
# 2 от 26 апреля 2012 12:18
Lemur пишет:
Мне сюжет понравился, буду ждать продолжение, автору спасибо за перевод
# 1 от 26 апреля 2012 09:25
mylene пишет:
Сюжет вроде бы неплохой, интересно узнать, что будет дальше. Фанфик длинный, да? Не удержалась, заглянула;) Но читать буду в твоем переводе, точно. Спасибо за то, что нашла и поделилась, кроссоверы с "Ангелом" подобной направленности я пока не встречала, поэтому заинтересовалась.
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гость, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
Несколько слов о сайте
Спаффи.орг существует с 03.12.2008. За все это время у сайта было много разных этапов развития, в том числе периоды активного роста и высокой посещаемости. Однако со спадом инте- реса к пейрингу и сериалу, активность посетителей также пошла на убыль. В связи с этим было принято решение перевести сайт в состояние периоди- чески обновляемого архива. Подробнее
Случайная публикация
в процессе разработки...
Лента комментариев
Здесь и только здесь размещены все самые лучшие фанфики про Баффи и Спайка. На Spuffy.org вы также найдете множество других форматов фан-работ по пейрингу Спаффи: арты, рисунки, коллажи, аватарки, видео, стихотворения, интервью и биографические данные. Все работы созданы фанатами для фанатов, что абсолютно исключает извлечение коммерческой прибыли. Герои и вселенная Баффиверса целиком и полностью принадлежат Джоссу Уидону, Mutant Enemy и 20th Century Fox.
Dalila © 2008-2016
Обратная связь